Мой милый шрам (СИ)

— Давай целоваться, — хитро сказала я, — И гори оно все огнем…
Огнарев смутился и задумался.
— Нет… Плохая идея, — тихо ответил он.
Я пожала плечами и выпила еще шампанского. У меня есть пять минут позитивной атмосферы, пока депрессия снова не вернется за стол.
Оставшийся вечер мы с Алексом не отходили от плана: болтали и улыбались, на Марка я больше не смотрела и даже не стала прощаться, когда у меня разболелась голова и я собралась домой. На парковке мне встретились Огнарев, который накануне куда-то пропал, с пьяной Катей, он аккуратно ее поддерживал, пока ее штормило в разные стороны. Какая же милота! В сердце ничего не ёкнуло, ни обиды, ни ревности, я даже немного болела за них и хотела, чтобы у этой странной пары все хорошо сложилось. Алекс говорил о ней очень трепетно, наш случайный секс не мог сравниться со светлым чувством, что начинало топить его холодное сердце.
На подъезде к дому меня ждал очень неприятный сюрприз, вернее целых три. При выходе из такси я зацепилась каблуком за порог машины, растянулась на асфальте, ободрала ладонь и колено и разбила телефон. Экран превратился в разноцветную паутину и не реагировал на команды. Вот черт, накаркала!
Кожу саднило от неприятной боли, мне хотелось поскорее стереть грязь и обработать раны. Но как только я подошла к подъезду, в окнах своей съемной квартиры я увидела свет, горящий в кухне и комнате. Я точно не оставляла его включенным, и я никогда не держала открытым окно.
Гребанный Феденька снова решил меня навестить, ключи от квартиры могли быть только у него. Интересно, что этот старый козел выпил на этот раз, чтобы меня удивить?
Я не вернусь домой…
Сколько денег на карте? Из-за разбитого экрана, я не могла зайти в приложение чтобы проверить, но по ощущениям, денег едва хватит на захудалую гостиницу. И позвонить никому нельзя… Дряхлый пердун опять подкинул мне проблем!
Сейчас я могла поехать только к Марку… Черт! Черт! Черт! Бедный малыш!
***
Я не исключала варианта, что Ридигер опять привел домой телку, поэтому я позвонила в дверь. Я рассчитывала, что он еще не вернулся с праздника, тогда я могла бы открыть дверь своим ключом и лечь спать, а с утра быстренько смыться. Но дверь распахнулась и меня встретил грозный, надутый взгляд.
— Дин-дон, Дин-дон, — весело сказала я, заходя внутрь.
Но Марк выставил вперед плечо, блокируя мое движение. Какой обидчивый малыш!
— Не выгоняй меня, я ранена! — я протянула к его лицу ободранную ладошку, — Есть перекись?
Марк развернутся и пошел в комнату, я победно следовала за ним. Ридигер открыл кухонный шкаф, достал из него пластиковую коробку, немного покопался в ней, быстро приблизился ко мне и рывком вложил в мою руку белый флакон и пластырь.
— Иди отсюда! — мрачно сказал он.
— Даже не подуешь на ранку? — мягко улыбнулась я.
— Марта! Пошла отсюда нахер!
Ничего себе, интеллигент!
— Где ключи от квартиры? — он злобно шипел, глядя в мои глаза.
Ключи лежали в той самой руке, в которую он только что плюхнул перекись. Видимо, мы подумали об одном и том же, потому что он сразу же выхватил их из моих пальцев.
— Малыш…
— Не называй меня так! — Марк перешел на крик, — Сколько у тебя таких идиотов, как я? Десять? Двадцать?
Таким разъяренным я видела его впервые, я даже немного сжалась в испуге и не могла найти слов, чтобы сгладить ситуацию.
— В тебе есть хоть что-то настоящее или сплошной расчет?
— Что-то есть, — тихо сказала я, — Я знаю, ты злишься, но у меня небольшие неприятности и мне некуда идти. Можно я переночую на диване?
— Нельзя! — Марк злобно оскалился, — Позвони кому-нибудь, тебя с радостью приютят!
— Я разбила телефон…
Ридигер громко рассмеялся. Он пугал меня, для грустного тихони, брюнет реагировал слишком эмоционально.
— Это не моя проблема! Придумай что-нибудь!
— Марк… — я жалобно смотрела на него.
— Я сказал, нет, Марта!
— Я не могу ночевать на улице, — бормотала я, — Пожалуйста, мы же друзья…
— Точно, мы отличные друзья!
Марк напористо метнулся к шкафу, достал большую картонную папку и вытащил из нее пачку пятитысячных купюр. Рывком он подскочил ко мне и засунул пачку в мою сумку.
 
— Помогу тебе по-дружески! — язвительно произнес он, — Сними себе отель! Кстати, можешь пригласить туда Алекса!
Я протяжно выдохнула и прикрыла глаза, но истерика Марка еще не закончилась.
— И еще один не большой подарок, — он взял со стола ключ от мустанга и бросил его в сумку, вслед за деньгами, — Забирай! У тебя больше нет причин приходить сюда!
Губы Марка дрожали, я видела, как его трясет от злости, а меня разрывало от жалости. Мой бедный малыш… Когда я говорила, что он слишком слаб, чтобы со мной связываться, именно это я и имела ввиду.
— Пошла отсюда! — он схватил меня за плечи и, больно на них надавив, потянул меня в сторону входной двери.
Я могла бы поспорить с ним, объяснить, что я бы все равно приходила сюда и без мустанга, но такие связи лучше рвать сразу. Убеждать его в обратном, равносильно напрасной надежде и вере, что у него есть шанс. Но шанса у Марка не было. Я хотела отдать ему ключи и деньги, но раз он уверен, что я общалась с ним только ради выгоды, пусть так и будет. Чем сильнее он во мне разочаруется, тем быстрее отболит.
Я сняла себе дешевый номер и улеглась в неудобную, жесткую постель. Всю ночь проворочилась не находя себе места, мне хотелось еще раз вернуться в квартиру в Башне Федерация и помириться с обиженным нудилой… Но этого делать никак нельзя, для его же блага.
  
Глава 10
 
Марк
— Ну, что, у твоего папаши кто-нибудь появился? — высокомерно спросила мать.
Идеальная первая фраза для сына, которого не видела полтора года. Как и положено бывшей жене олигарха, сразу после развода, она перебралась в Лондон и тратила денежки, полученные в качестве компенсации за отказ от раздела совместно нажитого имущества.
— Не знаю, — пробубнил я.
— А у тебя?
— Нет.
Я внимательно следил за дорогой, пока вез ее из аэропорта и хмуро смотрел из под бровей. В последнее время я совсем потух и стал еще мрачнее, чем обычно. Если бы Марта меня сейчас видела, снова бы закатила глаза. С нашей последней встречи прошло три месяца и в моей жизни все перевернулось с ног на голову, опять же, благодаря ей. Как только я сказал первое уверенное: «нет» в своей жизни, я ощутил в себе новое, неизведанное чувство, оно давало возможность сопротивляться и перестать прогибаться под других, хоть это случилось не сразу.
Медленно, но успешно я стал показывать зубы отцу и Алексу. Я перестал выполнять простые просьбы на фирме и все время лез туда, куда меня не просят, отец бесился и постоянно отчитывал меня, моей задачей было довести его, как можно сильнее, чтобы он отстал от меня и перестал навязывать мне строительство. Пока он держался, но это давалось ему все трудней. Отношения портились со скоростью света.
С Алексом все было проще. Я просто решил, что с меня хватит. Я не хотел видеть ни его, ни эту хамскую компанию зверья. Сначала я отдалялся плавно, но ненависть внутри меня росла, меня раздражал его вид, его голос, то, как он двигался и улыбался. Перед моими глазами постоянно всплывала картина, как Алекс шепчет Марте что-то на ухо, а она задорно хохочет. В ничем не примечательный день, я просто оборвал связь, ничего не объясняя. Когда я перестал делать то, что вызывало во мне омерзение, мне стало легче дышать. Жаль, что у меня ушло столько времени на принятие этого великолепного решения. Позже, мне даже выпала возможность отомстить Алексу и я сразу же ей воспользовался, надеюсь, я сделал ему так-же больно, как он мне.
— Почему я должна жить в отеле, когда могу остановиться у тебя? — мать нервно полировала поверхность солнечных очков.
— Это будет неудобно нам обоим.
— Так мы могли бы чаще видеться.
— Ты все равно все свое время будешь проводить со старыми подругами.