Под тенью маски 2 (СИ)

– Цори Поляди, доброго дня, – уже знакомый мне баритон, доносящийся из покоев фрейлины заставил сердце биться в два раза чаще.
– О, Максимилиан! Вы пришли, я так вам благодарна! Мне кажется, меня хотели отравить! – изливала свои тревоги цори Поляди, практически вешаясь к нему на шею, что тоже невероятно меня разозлило.
– Что вы такое говорите!– озабоченно пророкотал йор Горьер. – Какие у вас есть основания для такого громкого обвинения, цори…
И следующим в памяти вспыхнул момент нашего с ним тесного общения. Горьер ведет меня в танце, я подстраиваюсь. Мне страшно и, что таить, одновременно приятно. Горьер — мужчина от которого у любой женщины будет идти кругом голова.
– Вы потрясающе танцуете, цори.
– Спасибо, и вы тоже.
– У вас был персональный учитель по танцам?
– Нет, как и у всех. Я просто была очень прилежной ученицей.
– Вы живете в Штокенвильде? – задаёт правильный вопрос Горьер, и я внутренне сжимаюсь….
Голос. Его голос всегда действует на меня иначе. А в этот раз я была относительно спокойна. И страх, который сначала завладел мной, но потом быстро исчез, никак не относился к присутствию Горьера, скорее я была удивлена неожиданной встрече и тому, что моя магия решила вмешаться.
Да, и еще один факт, Максимилиан был непростительно груб. Мне уже приходилось видеть его раздраженным. В такие моменты из него сочится сарказм, но никак не грубость. Как он обозвал меня? Сопляком? То есть не узнал, даже при том, что лицо мое определенно должно было привлечь внимание — после бани я выглядела, мягко сказать, страшноватенько. Но он не обратил никакого внимания, прошел мимо и даже не зацепился взглядом.
Еще одна загадка, которую мне предложили разгадать? Хорошо, возьмусь и за нее.
— Спасибо, что предупредила, — обратилась я к змейке, и она тут же ответила теплом, даря успокоение и капельку силы, в которой я так нуждалась. Впереди меня еще ждала работа над физиономией Мартена и, при хорошем раскладе, несколько часов сна до рассвета.
Что же, наша дружба с моей огненной змейкой определённо крепчает. И пусть я еще не всегда понимаю, что она от меня хочет, но вреда эта хулиганка точно не причинит.
На этой позитивной ноте я развесила на спинке единственного стула свое недосушенное белье. Вытащила пузырьки и коробочки с волшебными растворами, зажгла маленький магический светильник и еще пару простых восковых свечей, а потом перед небольшим зеркалом принялась за свой образ.
Лицо наше все. Не только обновить, но еще и с точностью повторить бы все то, что было изображено вчера.
  
7. Новое задание
 
Йор Вермель был, конечно, недоволен моим уходом с поста, на который он меня своим великим благословением назначил, но Лиенда защищала меня так рьяно, что в итоге папаша просто махнул рукой. Тем более что эмоции били через край, и его дочь буквально порхала от счастья в ожидании предстоящих поездок.
За полдня, которые, как мне показалось, тянулись целую вечность, мы уже объехали с дюжину мест. Кроме торговых лавок, в каждую из которых заглянули по несколько раз, еще зашли в гости к трем семействам, а потом спасались от полуденной жары в парке.
Лиенда выгуливала новое платье и кружевной зонтик, а я плелась за ее спиной, проклиная тяжелые, утянутые шнуровкой до самых щиколоток ботинки. В какой-то момент, почувствовав, что по спине ползет чей-то взгляд, осторожно осмотрелась. Мельком между деревьев увидела наблюдающего за нами Зюнгера. Выдохнула с облегчением и тайком показала знак, что со мной все в порядке. Он удовлетворенно кивнул и скрылся в тени.
Но если быть честной, на самом деле я чувствовала отвратительно. Практически не спала ночью, снова вернулись боли и мучали в местах переломов. Видимо то, что я так бездумно сливала до этого магию в непалий, не только опустошило меня, но и остановило процесс регенерации. К тому же шрам на лице снова пульсировал и выглядел как ожог. Я кое-как его закрыла слоем искусственной кожи и загримировала, но все равно казалось, что краснота проступает, портя и без того прыщавое юношеское лицо Мартена.
 
Когда к нам подошел офицер, присланный начальником полиции, цори Лиенда восседала на скамье возле фонтана и вполголоса читала книжицу со стихами о любви.
Он лишь мельком посмотрел на меня и обратился к девушке:
— Цори Вермель, доброго денечка! Прошу простить за беспокойство.
Лиенда вскинула испуганный взгляд и театрально прижала руки с томиком стихов к груди.
— Йор Секоль? Что вы здесь делаете? Что-то с отцом?
— Нет-нет, что вы! С начальником ничего не случилось. Он просто прислал меня с поручением. Йор Вермель попросил доставить вашего охранника в полицейский участок, а вас попросить побыть сегодня до вечера дома.
— Йор Секоль? — Лиенда грозно сдвинула брови и сложила руки на груди в протестующем жесте. — С какой это стати я должна отпустить с вами своего охранника в участок ? Он разве что-то нарушил?
— Ну что вы! — растекался патокой взволнованный офицер, натягивая улыбку до самых ушей. — Йор Вермель просто попросил привезти вашего юного охранника! Говорит, что хочет его взять… в общем, цори Лиенда, не портите мне жизнь своим недоверием. Вы же понимаете, что я не имею права ослушаться приказа! Ничего с этим мальцом не случится! Мамой вам клянусь!
— Ну, хорошо, — сдавшись, но при этом капризно надув губки, ответила Лиенда и повернулась ко мне. — Мартен, ты ведь все слышал? Ты согласен?
— Как скажете, цори Лиенда, — спокойно ответила я, слегка поклонившись. — Но сердить вашего папеньку, я считаю , и правда не стоит. Давайте, мы отвезем вас домой, а потом с офицером Секолем отправимся в участок. Тем более и небо хмурится , как бы не разразился дождь. Промокнет ваш новый наряд и зонтик не спасет!
Она посмотрела на небо, окинула взглядом живописную поляну на подоле своего нового платья, согласно кивнула и, в сопровождении меня и присланного офицера, пожелала вернуться домой.
Йор Секоль не проронил ни слова, и хоть я и ощущала легкое волнение, но в целом была уверена, что начальнику снова захотелось внимания. А может быть, он действительно скучал по живому и непредвзятому общению. Уж что-что, а искреннее восхищение я всегда играла отменно.
Когда мы подъехали к участку, йор Вермель уже ждал меня возле своего служебного автокапа. Он был сосредоточен и молчалив, подал знак приблизиться к нему и сесть в салон, тем самым лишь разогревая мой интерес.
— Здравия вам, йор Вермель. Прибыл сразу, как и просили, — почти шепотом поприветствовала я начальника полиции, а рыжему водителю кивнула, зная что тот непременно смотрит на нас в зеркало.
— И тебе не хворать, малец. У нас с тобой снова дела. Брать своих олухов не хочу, на то было желание одной важной особы. Сегодня состоится осмотр той книжицы, что мы с тобой недавно рассматривали. Мне же нужны глаза и уши. С этим ты преотлично справляешься, как и с ролью придурковатого прислужки. Вот и не станем в этот раз ничего менять. Ты открываешь мне двери, стоишь где-то поблизости, а я понаблюдаю за этой встречей. Что-то не нравится мне вся эта история. Да и поведение советника, черт побери, не нравится. Ох, не хватало мне будто бы своих проблем, еще теперь и это...
— Вас понял, — кивнула я, затаив дыхание.
Эка честь мне оказана! Быть прислужкой самого начальника полиции! Постоять у самого носа этого Сумеречного дьявола. И, возможно, найти еще одну маленькую зацепку, которая приведет меня к истине. Я вжалась в сиденье и приготовилась к волнительной встрече. Узнает ли он меня в этот раз?
Йор Вермель довольно вздохнул и отдал водителю приказ, от которого мне вдруг стало не по себе:
— Бежуль, у нас еще одна небольшая встреча, так, между делом. Давай-ка , на пару минут заедем в Берчингемский переулок, в хлебную лавку. Малец, — обратился он ко мне , — хочешь маковый калач? Говорят, там они очень уж вкусные…
  
8. Калачи с маком
 
Мне в этот момент показалось, что я маленький крысеныш, увязший в ловушке или в бочонке с медом. Берчингемский переулок? Калачи? К сожалению, в ближайшее время я не собиралась туда от слова совсем.