ТОРРЕЗ. Книга 3 (СИ)

Кота не ожидал столь прямого вопроса, и ему понадобилось несколько долгих секунд на размышление.
— Не знаю… — наконец выдавил он. — Ну а что вы с Вольфом обычно делали?
— Ну, всякое. Ну, то есть…э… это сейчас не важно. Всё-таки мы с Вольфом были в иных обстоятельствах. В его доме много было очень много строгих правил, которые я очень охотно нарушал. но это всё равно не то. Просто он всегда был для меня скорее очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень близком другом. Не разлей вода. Два сапога — пара. Из одного теста. Птицы одного полёта. Одной масти. В общем, ты понял! Да и он же мой ровесник. А младший брат — это совсем другое дело!
— Хм, хорошо. Допустим… о! Может, тогда дашь мне какой-нибудь жизненный совет? Как старший брат младшему?
— Хм, это можно! Первый и главный — градус нельзя понижать! — сразу выдал Лео.
Кота насмешливо фыркнул.
— Это я знаю. Дизз уже рассказывала. А ещё? Может совет насчёт девчонок?
— Э… ты знаешь. Это не ко мне. Из-за всё тех же правил девчонок я стал видеть только в акаде… короче, поздно. И уже как-то не до этого было. Упустил момент. Да и как-то они мне… ну… может, ещё что-нибудь?
Кота сперва попытался что-нибудь придумать, но в итоге просто развёл руками. Лео тяжело выдохнул, прокручивая в руках кружку.
— Может ты и прав. Наверно действительно поздно играть в мяч, притворяясь, что тех событий и кучи лет после них не было. Но когда тебя похитил Англхорн, я испытал такую ярости и страх, какие давно не чувствовал…
— Правда?
— Правда. И когда мы вернули тебя, я пообещал себе одно. Может, я уже не смогу быть братом, которого ты хотел бы иметь. Но я обещаю, что впредь буду выполнять свой главный семейный долг — оберегать и защищать тебя любой ценой. И теперь я всегда буду рядом. После всего, что с нами было, самое главное — не допустить того, чтобы раскол повторился. А теперь… допивай уже вино, хватит стакан мучить. Пойдём наверх, хочу развеяться! — простонал Лео, вставая из-за стола.
Когда старший брат проходил мимо пьющего Коты, тот краем глаза заметил, как лев что-то быстро поднял с песка. Осушив стакан, Кота заглянул под стол, не найдя там своей обуви. Обернувшись, он увидел, как Лео ехидно удаляется быстрыми шагами, перебросив его сапоги через плечо.
— Эй! Ну-ка! — крикнул лев, бросившись догонять брата.
* * *
Вольф стоял на верхней площадке бара, глядя, как внизу Кота неуклюже прыгает перед Лео, пытаясь отобрать свои сапоги. Волка это заметно улыбнуло. Засмотревшись на милое зрелище, он и не заметил, как к нему подошла Дизз.
— Скучаешь?
Вольф, хоть и изрядно выпил, не был похож на весёлого пьяницу. В отличии от волчицы.
— Есть немного.
— У меня соперники кончились. Может, составишь мне компанию? — спросила Дизз, приглашая Вольфа за стол с двумя бочонками и двенадцатью желтоватыми кубиками.
— Я не умею играть в Перудо, прости. Так и не понял этих дурацких правил…
— И вовсе не дурацкие! Ну, для пиратов так вообще гениальные. Пойдём давай, я научу, — сказала Дизз, потащив Вольфа за рукав.
Не в силах отказать даме, волк таки поддался и сел играть в кости, попутно разбираясь в этих странных правилах.
Однако не прошло и трёх партий, как с центра бара раздался возглас:
— ВСЕМ ВЫПИВКИ В ЧЕСТЬ МОЕЙ ПОБЕДЫ! — громогласно залился басом Ковальди.
Мирно играющий на гитаре Бруно чуть не свалился с бочки, едва услышав этот крик. Следом за Теодором, чуть покачиваясь, поднялся Кову.
— Да ладно тебе. Просто поддался на радость старику! — отмахивался лев.
— Ага, поверил! Вот ещё! Тост, джентльмены! Моя победа в карты — это мелочь по сравнению с тем, что сделали для нас сеньорита Торрез и её товарищ сеньор Лайонхарт. Такую заебумбу нам закатили! Фиииу фить! — присвистнул лев, поднимая в воздух кружку пива. — Per i nostri cari amici! Вздрогнули!
По всему пляжу разнёсся этот прекрасный тост. Дизз чокнулась с Вольфом, Кову с Ковальди, Бруно с Вито, а Лео с Котой, наконец-то отобравшем сапоги. Вечеринка шла к вечеру, а её участники ни на секунду не переставали заливаться литрами алкоголя, всё больше уносясь в пьяный угар.
 
* * *
Солнце наполовину опустилось за горизонт, озаряя небо лучами заката. В этом перламутровом романтичном свете душа так и взывает к чему-то высокому. К искусству! К поэзии и музыке! И внезапно, именно об этом вдруг возник спор между Бруно и Лео. Подул прохладный вечерний ветерок и все пираты потихоньку покинули пляж, перебираясь в открытый бар. Там был тёплый очаг, яркий свет масляных ламп и общее тепло толпы. Вольф только начал понимать, как нужно играть в Перудо, когда его отвлекли крики друга. Собственно, на конфликт вкусов обратили внимание практически все, с интересом наблюдая за спором.
— Ещё раз говорю тебе, глупый невежа! Итальянские композиторы — самые великие в мире! Россини, Вивальди, Паганини, Корелли! — стоял на своём Бруно.
Перо на его шляпе, казалось, не уступает в пьяности ему самому. Оно давно опустилось к полям, еле держась на заколке.
— Бестолочь! А я говорю тебе, что английские классики в сто раз лучше этих твоих бубербилли! Шилд, Марш, Камидж, Аддисон, Этвуд!
Кто-то хитрый из толпы выкрикнул.
— Так ты ж француз!
— Иди нахуй! — ответно крикнул Лео, не сводя глаз с Бруно.
— ТЫ ФРАНЦУЗ!
— ИДИ НАХУЙ!
Кову наблюдал за спором со стороны, когда к нему подплыла Дизз, очевидно, прослушавшая начало конфликта.
— Что происходит? — спросил волчица, указав на кричащих парней.
— Смотри, Дизз. Вот так выглядит спор двух аристократов… — подняв палец, сказал лев.
— О как… — только и ответила Дизз.
Вольф уже хотел вмешаться и попытаться успокоить друзей, как из под одного из столов выполз Ковальди.
— Аааатставить споры! — прохрипел лев, с трудом поднявшись на ноги и стряхнув пыль с серебристых пуговиц. — Во-первых, все знают, что лучшие композиторы — немцы. База. Однако решить спор конкретно между Англией и Италией можно очень просто. Вон инструмент простаивает. Прошу к клавишам двух джентльменов! Решите спор музыкальным поединком, исполнив любимые композиции обеих стран. А мы насладимся произведениями, послушаем и решим.
По толпе пиратов прошёлся одобрительный гул.
— Я, как помощник капитана, могу выступить независимым судьёй! — высунулся из под барной стойки Вито, громко икнув.
— Нет! Решение будет вынесено толпой. Я люблю демократию! За сторону Италии будет играть мой любимый племяш Бруно. Но вот сможет ли сеньор Мориан?
Не дождавшись ответа от растерявшегося Лео, Вольф выступил в защиту.
— Я исполню. Мы с Лео воспитанники одной культуры. Я отстою честь Англии! — ударив по груди, сказал волк.
— Отлично. Бросим… бросим… ща-а… да где блять! Тихо! А! Вот она… — сказал Ковальди, достав из недр плаща серебряную монету. — Жребий решит, кто начнёт первым. Орёл — Бруно, решка — Вольф.
Монета со звоном полетела вверх, яркими огоньками отряжая последние лучи уходящего солнца.
— Начинает Бруно! — поймав монету, заключил Теодор.
Пираты и команда Торрез устроились поудобнее, готовясь слушать изысканную музыку. Бруно прикрыл глаза, снял шляпу и положил её на барную стойку. Аккуратно сев на табурет перед клавишами, он с хрустом размял пальцы, нервно выдыхая. Гул поддержки прошёлся по экипажу Флоренции.
Печальная, но сильная мелодия пронеслась по окрестностям пляжа. Пираты и команда Торрез с замиранием сердца слушали, как льётся музыка из-под пальцев волка. Никто не ожидал от пьяного Бруно столь идеальной и чувственной техники. Его пальцы мчались по клавишам с такой скоростью, что казалось, будто бы белые деревяшки сейчас вспыхнут огнём от его страсти. Исполнив последний аккорд, Бруно поднялся и в молчаливом поклоне отошёл к барной стойке, возвращая шляпу на голову. Он поправил перо, чтобы оно было так же остро направленно вверх, как его нос.
— Достойно, очень достойно! Но, как и у большинства итальянцев, слишком нудно. Мы, англичане, любим задор и веселье. Особенно, когда душа просит, — сказал Вольф, скинув с плеч свой кожаный плащ.