Я превращу твою жизнь в ад. Герадова ночь

– Разве нас не ждут? – прошептала девушка.
– Нет. Ириду я предупредила. Ее это не обрадовало, но ничего не поделаешь. – Ивонна остановилась у окна, задумчиво покусывая нижнюю губу. – Ты же учишься с Конкон? Какая она?
Вопрос сам по себе звучал странно, но за прошедшую неделю Ивонна сомневалась, что в действительности знает, что собой представляет Конкордия Райалин.
Взгляд Карлет заметался. Ивонна нахмурилась.
– Мне сложно сказать. На занятиях она только учится. Общаться ни с кем не пытается… – младшая сестра замолчала, кое-что вспомнив. – Хотя в последние дни она сблизилась с дочкой ректора.
– Той самой девкой, что исключили с магического отделения?
Карлет быстро кивнула.
– И что же их сблизило, интересно? – спросила Ивонна, скорее обращаясь к себе.
– Не знаю, – уронила Карлет. Девушка чувствовала невероятное облегчение оттого, что ее участие в игре отменилось.
Ивонна раздраженно отмахнулась, вновь меряя шагами комнату.
– Поразительный талант заводить знакомство с теми, к кому остальные даже приблизиться не могут, – задумчиво прошептала она. – Здесь явно что-то не так. Надо разобраться. Ненавижу чувствовать себя дурой. Еще это пробуждение магии…
Целительница замолчала. Она не хотела выдавать все, о чем было написано в послании. Мать прямым текстом сообщала, что глава в восторге от успехов внучки и от появления нового природника в роду. Пара предложений, а смысла в них оказалось больше, чем в большинстве писем, где суть размазана на страницы текста, потому что… Сарманель Райалин никогда и ни от кого не был в восторге.
Три людских порока – Пьянь, Дурман и Лень – герои взрослых сказок с неизменно плохим концом. Если в покупке масок для себя и Загадки Даниэль предоставил магу воздуха свободу выбора, то для Риджа и Клайма имелись четкие указания.
Дурман – карлик с позеленевшей кожей, носом как покатая гора и волосами, зачесанными в форме сосульки на затылке, – достался Риджу. Клайм надел маску Лени – жирдяя с обвисшими щеками и непропорционально широким ртом от уха до уха, в иллюстрациях во весь рост он часто держал на ладони огромный поднос с едой, не всегда приятной на вид. Маска Пьяни же осталась ничьей. Некромант забрал ее, ни слова не сказав друзьям.
Троица персонажей оказалась неполной, но, шагая к следующему пункту назначения, ни Ридж, ни Клайм об этом не вспоминали – тяжело оставаться в тени, когда студенческий район, как никогда, кишит гуляющими студентами, поэтому времени на посторонние мысли не оставалось.
«Кто бы за нами ни следил прежде, он отстал», – удостоверился маг энергии, незаметно проверив артефакт.
В центре двора, в который забрались парни, находился разбитый фонтан, кусок отколотой чаши лежал неподалеку, у забора, прикрытый отрезком плотного брезента. Под тем же брезентом они и спрятали ключ.
«Не совсем надежное место, но…»
Маг энергии остановился, задумавшись и не спеша уходить.
– Подождем немного. Время еще есть, – прошептал Клайм.
Маска Дурмана, надетая на мага воздуха, склонилась набок, выразив недоумение:
– Чутье?
– Да. Живот крутит.
– Знаешь, я бы сказал, что тебе надо сделать, чтобы он успокоился. Но ты все равно не послушаешь… – с тихим весельем послышался искаженный магией шепот Риджа – грубый голос, срывающийся на хрип и кашель.
– Ты не шутил, когда мы избежали той засады в Нордовском переулке, – безмятежно возразил Клайм. Его голос сливался с негромким бульканьем, словно где-то трясли сосуд, наполненный водой.
Ридж хотел возразить, но маг энергии резко прижал палец к губам. Артефакт пульсировал, выдавая чье-то приближение. Оба, не сговариваясь, прижались к забору, слившись с тенью, падающей от него на землю.
Медленно потекли секунды – первая, вторая… Когда Ловелас сосчитал до десяти, он решил, что прошла целая вечность, и в этот момент благодаря своей магии различил шуршание – легкая поступь девушки. Парни так ходить не могут, если, конечно, они не слишком худощавы и не женственны. Ридж указал направление, а Клайм сдвинулся с места, готовясь к броску.
 
Маг воздуха кивнул, подав знак и едва не задев длинным носом Дурмана доски забора. Клайм остановился.
Легкий стук, забор качнулся, тонкие пальчики вцепились в верхний его край, а через мгновенье фигура в плаще с шуршанием спрыгнула на землю.
Пусть Клайм и являлся магом энергии, но слабаком отнюдь не был, и Ридж в который раз в этом убедился. Из-за темноты движения смазались – вот парень прижимался к забору позади неизвестной, а спустя миг поменялся с ней местами.
Бедрами маг энергии прижал девушку к забору, одной ладонью накрыл глаза, а второй удерживал заведенные наверх руки. Обездвижив и лишив возможности видеть, Клайм не оставил ей и шанса прибегнуть к дару.
Шумное дыхание и непрекращающиеся попытки вырваться нарушили тишину ночи.
– И кто это у нас? – почти ласково проговорил Ловелас, заглядывая под капюшон.
– Нос свой убрал, Ридж!
Парень отпрянул, услышав тягучий голос, пусть и преображенный маской Пьяни, но от этого не менее узнаваемый.
Клайм шумно втянул носом воздух, пальцы сильнее вцепились в женские запястья. Все его поведение было крайне нетипично для скупого на чувства мага энергии.
– И что ты здесь делаешь… – хватка Клайма ослабла, еще мгновенье, и он отстранился, тяжело закончив: – Дарла?
Девушка уверенно выпрямилась, скидывая капюшон и отодвигая маску Пьяни в сторону. В отличие от других двух персонажей третий грех изображался женщиной с сероватой натянуто-пергаментной кожей, короткой стрижкой с бритыми висками и двумя яркими пятнами – алые губы и золотистая радужка глаз.
– А какое тебе дело, Клайм? У меня договор с Даниэлем, не с тобой, – грубо откликнулась Дарла, качая головой в такт словам.
Ридж отвернулся и задумчиво почесал голову. Вмешиваться он не собирался, это был тот самый случай, когда третий лишний схлопочет словесную трепку.
– Я лишь спросил. Грубить не обязательно. – Маг энергии сложил руки на груди, к нему вернулась прежняя рассудительность.
– Тогда не будем задерживать ни вас, ни меня. – Дарла резко развернулась и направилась прямиком к брезенту.
– Разве тебе разрешено пользоваться даром? – сухо уточнил Клайм, не мешая девушке вытащить ключ.
Дарла тихо хмыкнула:
– Нет. Все еще запрещено. Но я и без него кое-что умею. – Дочка ректора откинула брезент и вскоре сжала в ладони одно из сокровищ этой ночи. Ее взгляд задержался на ключе, выдавая любопытство, но уже через секунду он исчез в складках ее плаща.
– Так, я чего-то не понимаю, – решительно встрял Ридж. – Мы должны были передать ключ тебе? С какой радости мы тащились на другой конец студенческого района?!
– Это вопрос не ко мне, – безразлично откликнулась девушка.
Маг воздуха издал страдальческий стон.
– Тише. Тебя могут услышать, – сделал замечание Клайм.
– Ну-ну. Когда ты прижимал меня к этому забору, твой голос звучал куда громче. Парни, вам надо поучиться самоконтролю, – настоятельно порекомендовала Дарла, оценивающе рассматривая ограду. – Хотя чего это я, кое-кто с ним явно переборщил. Верно, Клайм?
– Хватит, – отчеканил маг энергии.
– Обидела? Я не хотела… – Дарла подпрыгнула, ухватившись за край забора, и, уже будучи наверху, добавила: – Ой, соврала. Именно этого я и хотела. Пока, мальчики.
Дарла двигалась ловко, чувствовала каждую клеточку своего тела. Только, собираясь спуститься на землю, она не учла одного – сигнала к началу игры, озарившего небо светом и разорвавшего пространство рокочущим грохотом.
Парни услышали тихий вскрик и возню на другой стороне забора.
– Игра началась. Они подали сигнал раньше времени! – всполошился Ридж.
– Теперь мы запаздываем, – бросив последний взгляд на ограду, за которой скрылась девушка, Клайм развернулся в противоположную сторону. – Пошли. Надо спешить.