Академия для Кэт: Найти координаты (СИ)

— Боевая магия, основное направление дара — огонь!
Кажется, этому нахалу не испортит настроение даже ведро с помоями на голову. Я с неудовольствием наблюдала, как оказавшийся боевиком парень зажигает на раскрытой ладони огненный, будто оплетенный сотнями крохотных язычков пламени, шар, размером с грейпфрут. И легко, будто теннисный мячик, подбрасывает на ладони. В груди родилось почти неконтролируемое желание сказать гадость. Хотя бы сказать. Если сделать ничего не могу.
— А я думала, что основное направление твоего дара — болтовня! Забалтываешь врага до смерти…
Закончить фразу не получилось. Подбросивший в очередной раз шар, парень, услышав, что я сказала, не смог его поймать. И огненный шар плюхнулся ему туда, где обычно на штанах находится ширинка. Какое-то мгновение мы с ним оба наблюдали, как расползается ткань под действием огня. Я злорадно, боевик — недоуменно. А потом под сводами огромного помещения раздалось басовитое и полное боли:
— Уа – ау!..
Глаза примчавшихся на вопль боевика доктора-гнома и Илиданы нужно было видеть! Наверное, нечасто боевикам случается собственноручно припечь самое ценное. Но это было еще ничего. Профессор Виллерт, витиевато и свистяще выругался, с отвращением глядя на боевика, так что Илидана залилась багровой краской от макушки и до кончиков пальцев. Даже мне стало как-то неловко и стыдно. Будто нашкодила я, а не Ферон. И махнул рукой, тем самым гася разгорающийся огонь на штанах нерадивого боевика. Но никто из нас, в этом я абсолютно уверена, не ожидал того, что рыжий доктор, возмущенно тряхнув толстой косой и едва не потеряв при этом свою медицинскую шапочку, процедит в пространство:
— И это выпускной курс боевого факультета! Без полугода боевой маг, который должен встать на страже границ нашего королевства!.. — Не уверена, но, кажется, доктора аж трясло от возмущения и негодования. — Какой позор! Даже беспомощную девушку не смог охранять без глупых приключений на свою голову!
Ну, допустим, не на голову, а на кое-что другое. Но сути это не меняло. Коротышка-доктор развернулся на каблуках и, чеканя шаг, покинул нас, оставив тихо поскуливающего боевика на попечение Илиданы.
Несколько мгновений мы с блондинкой потрясенно смотрели доктору вслед. Я так даже, кажется, рот от удивления приоткрыла. Что это было? Почему доктор сбежал и бросил пострадавшего на произвол судьбы? Понадеялся на Илидану? Или настолько взбесился, что позабыл обо всем? Я покосилась на блондинку:
— Илидана…
Но блондинка, даже не глянув в мою сторону, развернулась к пострадавшему от собственной глупости боевику и словно не леди, а рыночная торговка уперла руки в бока:
— Вот скажи мне, Фер, ты хоть когда-нибудь сможешь сделать что-то правильно? Так, как делают все нормальные маги? Без своего красования и хвастовства, которое все равно приводит к одному: беде?
Вместо ответа на справедливые, наверное, но довольно обидные упреки, парень прохныкал как малыш:
— Илли, помоги, а? Больно же!
— Зато бесплатно! — яростно огрызнулась девушка. — Иди и уговаривай магистра, чтобы оказал тебе помощь! А я не хочу, чтобы мой жених внезапно вошел сюда и увидел, как я накладываю руки на чужое мужское достоинство! Любой нормальный мужчина после такого разрывает помолвку!
— Ну так зачем он тебе нужен, если вы не доверяете друг другу? — Боевику явно было больно: он побледнел и кусал губы, на висках выступили бисеринки пота. — Есть много других. Которые будут просто счастливы даже просто касаться земли, по которой ты ступаешь! И никогда не оскорбят беспочвенными подозрениями, не говорю уже о разрыве помолвки!
— Конечно, не оскорбят и не разорвут, — едко отозвалась Илидана. — Кто ж в здравом уме откажется от невесты, у которой в приданом маркизат и второй по силе в королевстве целительский дар! Да эти твои с благостной улыбкой закроют глаза на все мои выходки даже в том случае, если мне вздумается танцевать голышом на ярмарочной площади наутро после Ночи Обновления зимы!
Несчастный боевик уже почти позеленел. И мне неожиданно стало его жаль. Да, дурак и мерзкий нахал. Но ведь он уже наказан за свою глупость! Думаю, ожог в интимном месте — это то, что раз и навсегда научит его технике безопасности.
 
— Илидана, — тихо позвала блондинку, пока свара не вышла на новый виток, — ты же медик, а значит, обязана помогать всем страждущим, независимо от их половой и расовой принадлежности. Неужели твой жених этого не понимает? Если хочешь, я буду свидетельствовать о том, что это действительно оказание медицинской помощи, а не что-то другое.
— Да, Илли, — жалобно поддакнул боевик, цвет лица которого медленно, но уверенно выцветал до серого, — я тоже поклянусь на камне истины, что ты меня лечила, а не играла со мной в любовные игры…
— Да заткнись ты, ради магической силы! — с досадой прикрикнула на болезного Илидана. — Поклянется он!.. А ты, Кэт, — блондинка фурией развернулась ко мне лицом, — слишком жалостлива! Боевиков учат оказывать себе первую помощь самостоятельно!..
— Первая помощь и полноценное лечение — это слишком разные вещи, — тихо возразила я. — И это Ферон может не понимать разницу между этими понятиями, а ты ее знать просто обязана.
Илидана скривилась и с отвращением покосилась на молча страдающего парня, с лихорадочной надеждой переводящего взгляд с меня на блондинку и обратно. Но больше не сопротивлялась, сухо скомандовала:
— Ферон, ляг на кровать, вытянись и постарайся не напрягаться, а то я сильно выложилась на диагностику Кэт. — И не удержавшись, уколола: — Откуда мне было знать, что некоторые пятикурсники не знают элементарных правил обращения с пульсаром!
Наверное, Илидана и вправду опасалась появления своего жениха. Потому что, хоть ей и было неудобно, но девушка стала так, чтобы мне с моего места был хорошо видно, что она делает.
***
Остаток вечера прошел мирно. Излеченный боевик каким-то образом связался со своим начальством и отпросился переодеть испорченные штаны. Я не поняла, как именно Ферон с кем-то общался, так как вслух он ничего не говорил и ничего не писал, просто какое-то время сидел, вытянувшись в струнку и глядя в пространство перед собой расфокусированным взглядом. Просто попеременно то бледнел, то густо, почти до оттенка спелой черешни краснел. Видимо, разговор вышел нелицеприятным для него. Но в итоге он вскочил с места и сообщив, что скоро вернется, умчался.
Пока он отсутствовал, Илидана сводила меня в местную уборную, совмещенную с чем-то вроде ванны и сауны одновременно. «Удобства» нового мира приятно поразили: да, отхожее место мало напоминало привычный мне унитаз, скорее оно было похоже на деревянное сидение в хорошо обустроенном дачном септике, но вот функция очищения у него была покруче. Заглянув в него из любопытства после того, как сделала свои дела, я увидела, как в темном зеве закручивается разноцветная туманная спираль, в которой и исчезают без остатка отходы жизнедеятельности моего организма. Илидана, когда я, краснея, задала ей вопрос, спокойно пояснила, что все туалеты в академии снабжены очищающими заклинаниями, без следа удаляющими то, что в них попадает. Нужно только вовремя их подпитывать. Как это делается, я спрашивать не стала. Решила, что на первый раз информации о быте нового мира мне хватит. Сполоснула руки под несильной струйкой тепловатой воды, текущей из раззявленной пасти какого-то монстра с вытянутой мордой, я поспешила назад в кровать. Глаза уже слипались от усталости, а мне еще был обещан ужин.
Молочную кашу, чем-то напоминающую цельную пшеницу, я жевала с полузакрытыми глазами. То ли просто силы подошли к концу, то ли это моя рана давала еще о себе знать, но Илидане пришлось контролировать каждую мою ложку, зачерпнутую в небольшом миленьком горшочке. Наверное, чтобы нечаянно спросонья не сунула ее себе в ухо. На булочку и травяной настой, который Илидана назвала «Шерти», и который дожидался меня на тумбочке, исходя ароматным паром, сил не хватило. Кажется, я уснула тогда, когда блондинка заботливо забрала у меня ложку и опустевший, в конце концов, горшочек, и отвернулась, чтобы поставить их на поднос, а мне дать чашку с горячим напитком. Вернулся ли Ферон, я так и не узнала.