Все его потребности (СИ)

— Нет причин волновать твоего отца прямо сейчас, Алиса. Я позвоню своему адвокату и позабочусь об этом. — он протянул руку и погладил Веру по голове, прежде чем пройти мимо нас к своему офису. — Все будет хорошо, я обещаю. — сказал он, оглядываясь через плечо.
Я повела сестру вверх по лестнице в свою комнату. Вера отстранилась и плюхнулась на кровать, в то время как я вошла в шкаф.
— Что она говорила?
— Она в камере с кучей пьяных людей. Она казалась испуганной.
Я сняла платье и натянула старые джинсы и толстовку. Вернувшись в спальню, я засунула руки в карман рубашки спереди и устроилась рядом с девочкой.
— С Варей все будет в порядке, Алиса?
— Да, все будет хорошо. Но сначала нам нужно посмотреть, сможем ли мы вызволить ее из участка.
— Ты же не собираешься заставить меня вернуться домой, правда? — я погладила ее по спине.
— Нет, но последнее слово за папой.
Не то чтобы его, казалось, это так или иначе волновало. И это то, что злило меня больше всего. Я ужасно волновалась за своих сестер, в то время как отец, вероятно, был где-то в отъезде, прекрасно проводя время со своей новой девушкой. Обида и разочарование боролись с гневом. Я устала быть ответственной. Но именно поэтому Вера была здесь, в доме Егора, и именно поэтому я собиралась вытащить жалкую задницу Вари из тюрьмы под залог. Я была нужна своим сестрам. Я не собиралась бросать их.
— Я не понимаю, почему папа должен принимать решение. — ответила Вера. — Ты та, кто делает все. И мне здесь нравится. Милена и Семен забавные. Кроме того, я собираюсь присутствовать на свадьбе. Милена попросила меня быть младшей подружкой невесты. — она улыбнулась. — Они мне нравятся. Почему Егор так себя с ними ведёт?
— Они не всегда были лучшими родителями. — Я пригладила прядь темных волос Веры, откинув ее за плечо.
Раздался стук в дверь.
— Заходи. — сказала я.
Егор вошел в комнату. Он снял галстук и расстегнул две верхние пуговицы своей белой рубашки. Мои глаза встретились с его, и на этот раз я не отвела взгляд.
— Я нашел твою сестру. Она в обезьяннике в центре города. Мы можем внести за нее залог прямо сейчас.
— Поехали. — я сразу же подскочила на ноги.
— Я тоже хочу пойти. — сказала Вера.
— Нет, ты останешься здесь. — я сунула ноги в кроссовки. — Мы скоро вернемся.
Глава 70. Егор
Егор придержал пассажирскую дверь седана для меня, прежде чем обойти его и сесть за руль.
— Ты не обязан этого делать, ты знаешь. Я могу справиться с этим сама. — сказала я.
Он завел двигатель и выехал за ворота.
— Ты слишком долго справлялась с этим сама. — он повернул голову и взглянул на нее.
— Меня не нужно спасать, Егор.
— Правда? Итак, у тебя есть что пятьдесят тысяч для внесения залога, не так ли?
Стиснув зубы, я уставилась в окно. Я была в большом долгу перед ним, и это всегда было между нами, как невидимая стена. Я устала быть у него в долгу, хотела бы, чтобы мы были на равных. Тогда мы никогда бы с ним не встретились…
— Мы могли бы, конечно, позволить ей гнить в течение нескольких недель до суда. Что думаешь? В конце концов, ей почти восемнадцать. — подытожил он.
— Прекрасно. Так что ты хочешь в обмен на этот заем?
Когда Егор не ответил, я отстегнула ремень безопасности и придвинулась ближе к нему, положив руку на его ногу, подтягивая ее ближе к месту соединения ног. Когда я погладила его полутвердый член через ширинку, я прошептала ему на ухо:
— Во что мне обойдутся что пятьдесят тысяч? Как я должна буду их отработать?
Он резко съехал на обочину и припарковал машину, прежде чем повернуться ко мне. Он схватил меня за затылок, притягивая мое лицо вплотную к своему.
— Немедленно прекрати это. Я хочу твоего прощения, ты, неблагодарное девчонка.
Тогда я действительно рассмеялась. Как это похоже на Егора. Требовать прощения и оскорблять меня на одном дыхании.
— Жестоко. Я не хочу тебя прощать. Ты этого не заслуживаешь.
Он наклонился и крепко поцеловал меня и слишком коротко.
— Я знаю, что не заслуживаю этого. — он отпустил меня и вцепился в руль, вращая плечами. — Теперь снова пристегни ремень.
 
Я вздохнула и застегнула ремень. Как раз в тот момент, когда я думала, что справилась с ним, он сделал нечто удивительное и продуманное. Это раздражало.
— Кроме того, я никогда раньше никого не освобождал под залог из тюрьмы. Я могу вычеркнуть это из своего списка желаний.
— Рада, что ты считаешь это забавным. — я бросила на него косой взгляд.
Он потянулся и взял мою руку, поднося к своим губам.
— Мой адвокат заверяет меня, что сможет добиться снятия обвинений, если она попадет в программу реабилитации от наркотиков. — он легонько поцеловал мои пальцы. — И я сегодня получил известие от детектива.
— Что? — я вырвала свою руку из его хватки. — Какого черта ты мне не сказал? Какая фамилия этого придурка? Кто он такой?
Я повернулась на своем сиденье и уставилась на него. Проезжающие фары отбрасывают тени на его профиль.
— Я не сказал тебе, потому что была зла. Чем дольше ты сохраняла эту отвратительную улыбку на лице, тем больше мне хотелось придушить тебя.
Он был невероятен. Да, это был тот Егор, с которым я привыкла иметь дело. Эгоистичный придурок, который делал все, что хотел, и не мог заботиться ни о ком, кроме себя.
— Какая. У него. Фамилия?
— Георгий. Ягодин. — сказал он, передразнивая мою интонацию. — Ну вот, это говорит тебе все, что ты хочешь знать?
Я сделала глубокий, ровный вдох.
— Вот почему бы тебе просто не рассказать мне, что сказал детектив, чтобы мне не пришлось выбивать это из тебя?
— Ну, у нас есть стоп-слово — Копенгаген.
— Егор…
— Ладно. Ему двадцать четыре, ранее его трижды арестовывали, два за хранение и распространение наркотиков, один за вождение в нетрезвом виде. Янг выходил сухим из воды. Он живет в частном доме, и он задолжал за аренду на три месяца. — звучало еще хуже, чем я думала.
— Чем он зарабатывает на жизнь?
— В документах нет работы. Детектив думает, что он продает наркотики. В основном, траву. Он живет с четырьмя другими людьми, двумя мужчинами, двумя женщинами, не считая твоей сестры.
— Идеально. Во сколько мне обойдутся услуги детектива и вашего адвоката? — последовала долгая пауза.
— Знаешь, дорогая, ты начинаешь выводить меня из себя. — его приятный голос противоречил его словам.
Я знала по опыту, чем вежливее и веселее он становился, тем больше злился. Что ж, очень жаль, я тоже была зла — зла на него, Варю, своего отца, свою покойную мать. О Боже, нет, это было неправдой. Я не злилась на свою маму. Как, черт возьми, я могла злиться на свою маму за смерть? Я скучала по ней каждый день.
Я вздохнула и потерла лоб. Я была сукой, раз даже подумала о таком. Мать была теплой, с большим сердцем и заботилась о людях. Она зависела от меня, просила меня сделать одну вещь — позаботиться о семье.
Это не должно быть так чертовски сложно. Почему отец и сестры не могли просто делать то, что они должны были делать? Я бросила колледж и вернулась домой. Я не жаловалась, не сходила с рельсов и не начинала встречаться с кем-то неподходящим.
Мне нужно было это исправить. И я бы начала с принятия помощи Егора. Я не могла вытащить Варю из тюрьмы в одиночку, хотя я утверждала обратное. Я бы отвезла Варю домой и вразумила ее. Правда, это не сработало, как тысячи других раз, когда я делала это, но я должна была продолжать пытаться. Это то, чего хотела бы мама.
Глава 71. Егор
Я с отвращением оглядел центр заключения. Там была отвратительная смесь алкоголя и немытых тел — не приятное сочетание. Человек в форме за стеклом взял мои деньги, Алиса подписала пару бланков, а затем мы ждали больше часа на неудобных стульях из литого пластика.
Алиса хранила молчание, но время от времени бросала на меня сердитые взгляды. Обычно после того, когда я говорил что-то, что, по моему мнению, было довольно остроумным. Но, по крайней мере, она снова смотрела на меня.