Граф Суворов. Том 11 (СИ)
— Ты в своем уме?.. дорогой. — ошарашенно проговорила Ангелина. — После всего что они сделали, после покушения… ты хочешь с ними договорится?
— Любая война рано или поздно заканчивается мирными переговорами. Так что начать их можно. — неожиданно поддержала меня Мария. — Делать вчерашних врагов, если не союзниками, то по крайней мере торговыми партнерами — обязанность любого государя. Но отдавать им алмазы и показывать слабость нельзя.
— У тебя есть какие-то другие предложения на обмен? — спросил я.
— Увы. — вздохнув развела руками Мария. — У меня вообще сейчас другие заботы. Наше посольство добралось до Якутска, и даже сообщило радостную весть — в стане неприятеля разлад по религиозным причинам.
— Паладин тянет на себя одеяло? — предположил я.
— Именно. Он уже организовал мятеж, который, однако, окончился неудачей. Большая часть судов, собранных для защиты от нашего рейда, осталась прикрывать Якутск, не выполнив его прямой приказ. А после возвращения в сибирскую столицу часть лоялистов освободила Саин-хана. — довольно ответила первая супруга. — Жаль не прикончили друг друга в результате, но с паршивой овцы…
— Что с нашим… связным? — не удержавшись спросил я.
— Вроде жив, как ты понимаешь я не могла спросить у послов прямо, естественно все их переговоры прослушивают. — ответила Мария. — Но сейчас в стане врага два примерно равных лагеря, сторонников хана, после поражения Паладина, даже немного больше. Английские, голландские и шведские офицеры, в основном католики, перешли под командование Генриха, вместе с кораблями. Остальные соблюдают верность контракту и держатся Булата.
— Отлично. По крайней мере возникнут проблемы в их координации. — задумавшись проговорил я.
— Есть еще одна мысль, которую мне передали. — сказала Мария и выдержала паузу заставив меня кивнуть. — Генрих не ходил в субботу в церковь.
— И какое это имеет значение? — проговорила Ангелина, но спустя секунду протянула понимающе. — О-у…
— Именно так. Вполне возможно у него были неотложные дела, и для любого другого это было бы простительно, но не для святого паладина самого Папы. — улыбнувшись сказал Мария. — Что-то тут не чисто. Как бы выяснить что именно?
— К счастью, у нас всё так же действует правило пяти рукопожатий. — улыбнувшись ответил я. — Даже если мы прямо не можем задать вопрос Папе, мы знаем кто может.
Выйти на связь с патриархом было не самой сложной задачей, хоть и пришлось облетать границу зоны. Заодно отправили курьерские катера с механойдами. Он выслушал нашу просьбу и обещал разобраться в ситуации, так что я вновь стал ему должен чуть больше. А пока шло исследование официальные делегации двух христианских религий выходили на контакт я тоже не сидел без дела.
— Почувствуйте свою стихию. — в очередной раз повторял мне барон Курский. — Не волнуйтесь, у многих уходят десятилетия, чтобы с первого появления воплотить их в упорядоченный конструкт.
— Нету у меня столько времени. — поморщился я, без труда зажигая синее пламя на клинке. А вот дальше… перекинуть огонь на другие конструкты не получалось, хоть ты тресни. Даже у Марии, которая ещё пару недель назад вообще не проявляла никаких признаков владения стихией, получилось немого охладить воздух в комнате, а у меня…
— Огонь, это страсть! — вещала наставница Инги, Дарья Олеговна. — Ярость, гнев или азарт. Яркие неприкрытые эмоции. Выплесните их из себя вместе с конструктом. Примите свою суть и у вас все получится!
— Ничего не получается. — с досадой выдохнул я, после очередной многочасовой тренировки.
— Честно сказать, не помню, когда я последний раз видела тебя в ярости. — заметила Ангелина, занимавшаяся вместе с нами. — Даже страсть — скорее размеренное и глубокое удовольствие… прости дорогой.
— Да, яркие эмоции это не про нас. — вполне обыденно и спокойно кивнула Инга, у которой пока тренировки были на уровне объемных конструктов. — Только не понятно почему тогда меч огнем удается наполнить… Может он какой-то другой?
Я ничего не ответил третьей супруге, хотя мысли на этот счет меня посещали очень давно. Как и о причине его появления именно в такой форме. Меч, покрытый голубым пламенем — первый увиденный мною конструкт в этом мире. В руках Ведьмы он с легкостью резал тела и броню. И первый мой конструкт, который я применял даже не сознательно. Кастет-кольцо, пробойник, меч и вот теперь — огненный клинок.
Татуировка, которая вызывала у меня так много вопросов в начале, давно стала на столько естественной, что я даже не заметил, когда она исчезла. Вместо центра силы, сместившегося в чакру Звука, осталось лишь привычное место активации. Я полностью управлял и владел конструктом… но что, если он не мой?
Мысль была не слишком приятная. Как её не крути в голове. Получалось что огненный меч — не мой стихийный конструкт, а краденное нечто, чему я даже объяснения не знаю. Но когда я, переборов страх быть обвиненным в шулерстве и краже, поделился своими мыслями с наставниками, мне все трое хором заявили, что это невозможно.
Пришлось нахмурится и еще раз вылететь за пределы лагеря, чтобы связаться с Романом Суворовым, который упоминал что-то про татуировку ещё во время нашего знакомства, больше полутора лет назад.
— Я, помню, сильно удивился её наличию. — задумчиво проговорил командор находящегося в десятках тысяч километров судна. — Клинки резонанса редкая и сложная техника, многие используют татуировки в качестве инициатора, своеобразной подсказки, которая легче позволяет создавать и контролировать конструкт. Помню мы с отцом сильно удивлялись, обнаружив такую у вас.
— Ваш брат, Бронислав, сказал мне тогда что у клинка должен быть хозяин. Попросил его забрать. — нахмурившись проговорил я.
— Он был при смерти и наговорил много глупостей. Например, потребовал усыновить одного инвалида… — усмехнулся Роман. — Если кто и знает о подобном феномене, то ваша матушка. Попробуйте спросить у неё, но рекомендую сделать это при личной встрече. Или это может быть врожденный талант Рода, тогда её императорское величество не скажет вам ничего, она урожденная Морозова.
— Благодарю. — задумчиво ответил я.
— Да не за что, ваше высочество. Вижу, что я породил больше вопросов чем дал ответов. — улыбнулся Роман.
— Как проходит ваша компания на западе? — спросил я, решив сменить тему.
— В целом — неплохо. — ответил Суворов. — Силы заговорщиков удалось локализовать и уничтожить, флот разбить или захватить. Обнаружили обезглавленное тело, предположительно Грини. Так что в скором времени должен появится новый предводитель мятежа, или всё стихнет на очередные сто двадцать лет.
— Значит Петр вернется в столицу победителем. — задумчиво проговорил я.
— Не раньше, чем через пару месяцев. Хоть местную жандармерию и удалось взять под контроль, но его сиятельство все время отвлекается на теракты, которые становятся все циничней и масштабней. — вздохнул Роман. — Вчера взорвали резонансную электростанцию в жилом районе. Эффект диссонанса распространился на десятки километров, погибли или были искажены тысячи людей…
— Уроды. — поморщившись проговорил я. — Есть подозрения кто в этом замешен?
— Почерк тот же что и в Петрограде, так что подозреваем Детей господних, но твердых доказательств нет. Задержанные кончают с жизнью, а может им в этом помогает кто-то из жандармерии или военной полиции. — пожал плечами Роман. — Разбираемся.
— Ясно, желаю вам удачи и как можно скорее поймать гадов. — кивнул я, и попрощавшись отключил связь. Воспоминания о твари, объединившей в себя сотни человеческих тел, в центре Петрограда, были еще свежи, и меня невольно передернуло. А ведь тогда мы вовремя оказались в нужном месте. Если сейчас, то же творилось в городах, под лозунгами освобождения от русской тирании…
Отогнав лишние мысли, я связался с патриархом. В начале хотел написать «матушке», но вовремя сообразил, что подобные сведения могут быть очень конфиденциальными. Как, например, её Песнь, что позволяла открывать врата резонанса без тотальных разрушений.