Глермзойская пустошь (СИ)

Следов этого налёта, правда, практически не было видно. Гоблинши уже не шныряют по внутреннему большому двору у выхода нор, видны следы лезвий на порубленных повозках, сваленных в одну кучу, да из перебитого скота не выкинули, конечно же, ничего - мясо сушится на ветру, обложенное и натёртое пахучими полынными травками, шкуры натянуты на всём что возможно. В стороне от поселка появился небольшой курганчик из земли - и это было достижение, так как в мелких кланах могли и съесть своих павших в битве сородичей, или в лучшем случае выкинуть тела в ближайшую яму.
Встречали меня с воодушевлением - ещё одна победа в копилку достижений клана! Беспрекословно подчиняться могучему вождю, который не знает поражений - разве это не счастье? - говорили клановые. Никто не сомневался, что за налёт мы отомстим.
Навстречу вышел Хрезкач. Он как будто бы ещё больше постарел - морщин больше и глубже, осыпающаяся старческая кожа, темные пигментные пятна… По его лицу прошла будто бы тёмная волна: переживает, что проворонил нападение?
А ещё Хрезкачу очень не понравился профессор. А особенно то, что пришлось делиться некоторыми препаратами, которые Мартин Тассе начал себе отбирать:
- Я возьму пока это, это... Это, и вот это. А потом вон то и то. Есть любопытные мысли, как это использовать. А вот этого бойца можно исследовать? Какие нестандартно развитые лобные доли…
Где-то мелькнула фигура Викника, как всегда, чем-то распоряжавшегося. Выжил в нападении - вот кого мне в последнее время было не жалко, и этот проныра видимо это чувствовал.
Я рад был вернуться в то место, которое стало мне домом. Здесь я ощущал себя хозяином. Мне нравилось заботиться о занятых делами крысах, порывисто бегающих под моим взглядом. Нравилось видеть, как меняется первобытная пустошь, посреди которой появляется наше уже довольно крупное поселение. И пусть тут ещё всё было недостаточно сделано в плане безопасности, но ведь я начал обживать это место всего год назад! И за это время не было мне покоя, я пролил и крови и пота немало. Это моё логово стало для меня якорем, особенно в сравнение с тем, что я пережил с момента, как очухался в том подземном городе… Но были те, кто сподвиг меня на это всё.
Конечно же, я заметил их, а потому не отреагировал, когда с лёгким рычанием мне на ногу, а потом оттуда по спине на плечи, цепляясь за пояс, ремешки поползли те, кого я ждал.
- Вердрёнок? Ты? Куда полез? Хариб, как ты вырос! Тигр! Осторож…! Порезался?
Пищали ещё несколько моих “находок” прошлого года, подбегая со всех сторон.
- Тише вы, тише. Ничего не слышно. Так, стоять! - снимал я за шкирку себя одного, чтобы на его место тут же забрался другой.
- Хотите подарки? Эй, ты… Подай вон тот баул!
Я распаковывал отобранные трофеи и для малышни (Хотя уже вымахали - по пояс! Растут не по дням, а по часам!) доставая коллекцию странных черепов, когда-то принадлежавшие мутантам из лаборатории в катакомбах, россыпи ярких металлических и каменных пуговиц, стекла и прочие безделушки. Крысята пищали от восторга и убегали хвастаться всем своим знакомым.
- Что-то вы уже большие… Надо бы начинать к какому-нибудь делу приставлять.
Лука, Обскур тоже играли здесь, их одежда, сделанная из мешка муки, насквозь пропиталась жиром и кровью - значит с охотниками возились. Все они были достаточно чумазыми, чтобы понять, что немалую часть времени проводят на улице
Когда я возился с ними, воспоминания о прошлом, о погибшем друге Орво, о проблемах вокруг покидали. Тут я знал, что у меня одна забота — построить свою жизнь здесь, жизнь вместе с крысолюдами, людьми, другими расами. Играя с малышами, иногда посещаемая тоска о том, что я мутант, а мог бы быть нормальным, обычным жителем этого мира даже не приближалась ко мне.
Спустился в свою нору. Здесь уже кто-то, пока я был наверху, разжёг очаг. Было тепло, от очага струился уютный золотистый свет. Стену украшали доски, уже с неумело нацарапанными на них рисунками чем-то острым - крысята пострались. Один угол устилали кипы мягких шкур, а на полу лежало дефицитное сено и витал запах лаванды и разнотравья.
 
В другом углу, на затвердевшей кожеИшар, Воэл и Обскур играли мелкими гоблинскими зубами, выкладывая на полу из них на коже замысловатые узоры.
Нам принесли сырую печень, жареного мяса, бульона, вяленых кореньев.
Но малые отказались есть, окружили меня и начали требовать рассказать о том, где я пропадал.
Рассадил их вокруг, смотря на довольных мальчишек (?) которые вгрызались острыми зубами в сочную мякоть сырой печени. И порой шевелили своими ушками, слушая о том, как я покорял человеческий город, а люди даже не догадались об этом.
(к вопросу о добавлении нового оружия ГГ)
 
 Глава 9.3 
Воэл пожаловался, что его обзывают “волом” и иногда Тигр с Харибом его шуточно хотят запрячь в повозку. Пришлось успокаивать:
- Ты подумай, вол - что в нём плохого? Смотри, вон бык стоит - смотри какой здоровый, какие мышцы! А какие рога! Он спокойный, потому что ему нет дела до той мелочи, что суетятся вокруг него. А если он разъярится - то топчет, раскидает всё вокруг. Так что они тебе просто завидуют, что ты похож на такого мощного зверя. К тому же в бою представь как удобно - тебя всегда будет удобно позвать, и не надо язык себе ломать!
- Вол... Воолл… Воооллл…- будто покатал на языке это слово Воэл. - Хоррошо! Я не буду обижаться. Сильный Вол не обижается на мелочь вокруг.
Остальные задумались, обдумывая такое изменение имени в краткую сторону.
- Что за имя такое - Обскур? Я не хочу! Об! Даже так не звучит! - пожаловался мелкий, по сравнению со своими братьями крысенок.
- Хочешь сократить, так зачем убираешь окончание? Может там всё самое интересное? Обскур… Скур! Скууррр!
- Скуррррр! - зарычал вслед за мной тоже не самый большой из братьев, поднимая губы и обнажая свои ещё небольшие клыки.
- А я? Ишар! Шаром мне что ли быть? - обиженно заявил третий.
Все вокруг покатились со смеху.
- Слушайте, мелкие. Вы же говорите, что вам тут скучно… Да?
- Дааа! - повскакивали они на лапки.
- А хотите пойти со мной в новый поход?
- Дааааа! - восторженно заорала мелочь.
- И вас возьму с собой!... Но не всех. - мелкие заозирались по сторонам с видом “кого убить надо?”
- Мы будем играть! Ну как играть… Я покажу вам. Пойдёмте за мной.
Через минуту, во дворе:
- Так, посмотрите. Видите вот земляной вал от этой кучи навоза начинается? Задача такая: кто по команде, от меня, по этой куче, по гребню вала, поднимется вооон на ту вышку, а потом спустится, и по другой стороне вернётся… Да, можно прыгнуть вон на ту крышу и вновь да меня. Так вот, первых трёх, кто пробежит всё это расстояние, я беру с собой. Что, нечестно? А я что-то про честность говорил? Мы идём в поход на племя псиноголовых, быстрых и безжалостных убийц! Которые уже наверняка начали разорять наши северные земли! (было бы что разорять - кроме форта на севере) Вы что-нибудь слышали о том, что я беру всех способных сражаться? Нет! Поэтому беру самых лучших! Остальные мелкие вашего возраста ещё в вольерах сидят. Так что давайте, жопы подобрали и готовьтесь…
- Готовы? - мелкие пихались, стоя у условной черты, занимая всеми и неправдами первый ряд недалеко от горы сухого навоза. - Вперёд! Пошли!
Крысята, отожравшиеся за спокойную для них весну и лето (компенсировали тяжёлую зиму?) побежали вперёд. Быстро-быстро цепляя лапками подсохшие лепёшки, они забирались выше и выше, когда высушенный солнцем навоз выпадал и вырвавшийся вперёд падал на своих собратьев. Другие хватали товарищей за голые хвосты, хватались за их конечности, чтобы забраться по спинам…
Видя, как я наблюдаю за вознёй, одиночки и группы крыс останавливались. Они провожали взглядом бегающих мелких и красные глазки их разгорались. Шёпотом, а потом всё громче они подбадривали кого-то из соревнующихся. Здешняя жизнь так скупа на развлечения… Шум нарастал, особенно когда на стену из пыльной кучи всё-же стали выбираться запыхавшиеся и чумазые крысята.