Ледяные (ЛП)

— О боже, — выдыхаю я.
— Еще раз, — рычит он мне на ухо. — Я хочу, чтобы твоя киска пропитала мой член.
Мои внутренности сжимаются вокруг его члена, когда еще одна ошеломляющая волна возбуждения пронзает меня. Его пальцы находят мой клитор, обводя его твердым прикосновением. В сочетании со всепоглощающими ощущениями от всего остального, он доводит меня прямо до грани.
Крик, пытающийся вырваться из меня, застревает у меня в горле. Моя спина выгибается дугой, когда узел распутывается, и я предаюсь забвению.
Я смутно ощущаю покачивание его бедер и пульсацию его члена, наполняющего меня своей спермой.
Он на мгновение падает рядом со мной, прижимаясь ногой к моей. Тяжело дыша, он перекатывается на бок и находит мою руку.
Я слишком измотана, чтобы двигаться, все еще дрожа и ощущая покалывание по всему телу, когда оргазм проходит.
— Это было… потрясающе, — выдыхаю я между тяжелыми вдохами.
— Да. — Он прикрывает глаза рукой. — Срань господня, детка.
Усталый смех покидает меня. Мы переводим дыхание в уютной тишине. Он рисует случайные узоры на внутренней стороне моей руки. Я закрываю глаза, расслабляясь от успокаивающего ощущения его пальцев, нежно касающихся моей кожи.
Он приходит в себя первым, с легкостью поднимая меня на руки. Мои бедра скользят вместе в ответ на его невероятную силу и выносливость.
— Куда ты меня несешь? — Я справляюсь.
— Я грубо обошелся с тобой. Теперь пришло время поклоняться тебе, — объясняет он, отводя нас в ванную.
— Ты не обязан. Я попросила об этом, потому что хотела, чтобы все было именно так. — Мои губы подергиваются. — И я наслаждалась каждой секундой.
Он мягко улыбается мне, целует в висок, прежде чем усадить меня на стойку.
— Я знаю. Я тоже. Было жарко, как в аду. Но я хочу сделать это. Это мой способ заботиться о тебе так, как ты этого заслуживаешь.
Как только он включает душ, он становится на колени между моих ног. Я прикусываю губу, когда он подталкивает мои бедра к краю стойки и закидывает мои ноги себе на плечи. Затем его рот опускается на мою киску, и я теряюсь в его умелом языке.
Пар заполняет комнату, пока он снова разбирает меня на части.
Я переворачиваюсь через край от медленного нарастания, удовольствие прокатывается по мне восхитительной рябью. Он смотрит, как я кончаю, лаская мои бедра.
Подталкивая, я обвиваю руками его шею для поцелуя, пробуя нас обоих. Его ладони скользят по моему позвоночнику, прежде чем он крепко обнимает меня. Мы оба говорим о своих чувствах без слов.
Горячая вода потрясает, когда мы принимаем душ. Он моет меня, большие руки с благоговением касаются каждого дюйма моей кожи.
Когда мы закончили и вытерлись, он относит меня в постель, притягивая ближе, чтобы я положила голову ему на грудь. Его руки перебирают мои влажные волосы.
— Я рядом, детка, — шепчет он, прежде чем я засыпаю.
  
ГЛАВА 29
 
МАЙЯ
Молочный завод Доннелли, возможно, больше не является действующей фермой, но это поспрежнему одно из моих любимых мест в мире. Мы с дедушкой медленно прогуливаемся по территории в рамках ежедневных упражнений, которые его физиотерапевт хочет, чтобы он делал.
Я должна была работать в эти выходные, но Марни не захотела. Она хотела, чтобы я сделала перерыв.
Поскольку я успеваю с заданиями, а мой график на весенний семестр даже легче, чем зачеты, которые я брала осенью, я одолжила машину Рейган после моего последнего урока в четверг и поехал домой, чтобы навестить моего дедушку. У нас есть еще один день вместе, прежде чем мне нужно будет вернуться завтра днем на утренние занятия в понедельник.
Дедушка делает паузу с усталым вздохом, тяжело опираясь на трость, к которой он перешел, когда его подвижность улучшилась. Я мгновенно оказываюсь рядом с ним.
 
— Ты хочешь остановиться, чтобы отдохнуть? Мы можем посидеть в старом доильном сарае.
Он отмахивается от меня, стоически разглаживая черты лица, чтобы скрыть гримасу дискомфорта.
— Я в порядке, цыпленок. Мне просто нужно перевести дыхание. Не нужно суетиться из-за меня.
— Я рядом, если понадоблюсь тебе.
— Расскажи мне больше о своей работе.
— Хорошо. — Я провожу пальцем по потертой строчке на шляпе Donnelly Dairy, которая у меня на голове, и продолжаю с того места, на котором остановилась, объясняя, о каких методах лечения у животных я узнаю на фермах Merrywood. — Честно говоря, меня никогда не перестает удивлять, насколько хорошо животные понимают нас. Они такие умные.
Мягкая улыбка, которой он одаривает меня, полна любви.
— Я очень горжусь тобой, Майя. Ты знаешь это, верно?
Я киваю.
— Это все потому, что ты наставил меня на этот путь.
— Нет. — Он качает головой. — Ты сделала гораздо больше, чем я мог мечтать за всю свою жизнь. В этом вся ты, моя блестящая девочка.
На моих губах появляется неуверенная улыбка.
— Я не могу поверить, что я почти закончила. Еще через несколько месяцев я получу эту степень. Мама и папа начинают планировать, как мы будем праздновать после выпускной церемонии.
Он хмыкает в знак признательности.
— Они говорили, что вы, ребята, могли бы съездить и провести неделю на озере Хестон до церемонии. Потом мама подумала, что мы могли бы пойти куда-нибудь на большой ужин вместе.
Дедушка надолго замолкает. Иногда он становится таким, когда испытывает приступ боли, но не хочет никого обременять.
Обеспокоенная, я касаюсь его руки.
— Ты в порядке?
Мрачное выражение его лица искажается. От ужаса, написанного на его лице, у меня перехватывает дыхание. Он издает прерывистый всхлип, который разрывает мое сердце пополам и сводит желудок от ужаса.
— Я собираюсь сделать это, Майя. Я обещаю.
Ледяной шип вонзается мне в грудь ноющим ударом от признания в поражении, боль пронизывает меня насквозь. Мои эмоции развеиваются так же быстро, как и его, мое дыхание прерывается хныканьем. Слезы переполняют меня и текут по моим щекам.
Я обнимаю его, прижимая к себе, как будто мое отчаяние могло удержать его здесь до тех пор, пока он мне нужен. Боже, пожалуйста. Я не хочу его терять.
Его тело кажется таким хрупким, дрожащим от хриплых рыданий.
Мир без него непостижим. Хотя он постарел и пережил болезнь, поразившую его тело, он остался счастливым. Меня расстраивает, когда я вижу, как его сила духа поколеблена, когда он раскрывает правду, которую он скрывает от всех нас.
С тех пор как я была маленькой девочкой, он единственный, кто поддерживал меня силой, которую я всегда считала бесконечной и неудержимой. Видеть, как он полностью ломается, клянясь, что проживет достаточно долго, чтобы увидеть, над чем я так усердно работала, абсолютно уничтожает меня.
— Мне жаль, — умоляет он. — Я обещаю, что я все еще буду здесь.
У меня нет слов. Все, что я пытаюсь сказать, не может вырваться, застряв комом в моем горле. Все, что я могу сделать, это уткнуться заплаканным лицом в его плечо с опустошенным кивком.
— Я обещаю, — повторяет он снова и снова.
Я обнимаю его крепче, желая, чтобы мое сердце не разлетелось на тысячу осколков.
***
Неделю спустя квартира в моем распоряжении, пока Рейган едет в город на небольшое шоу. Истон тоже уехал на выходные. Команда ушла после вчерашней игры и не вернется до завтрашнего позднего вечера.
Помимо занятий, я провела неделю, отсиживаясь в своей комнате или в библиотеке. Я не могу перестать работать. Чувство вины терзает меня, если я беру перерыв, потому что вместо этого я могла бы быть продуктивной. Это единственное, о чем я могла думать после того, как вернулась после встречи с дедушкой.
Единственное, что не дает мне сойти с ума, — это теребить золотое спиральное кольцо, которое Истон подарил мне, когда я до паралича поглощена всем, что хочу сделать.