Подарок для Темного (СИ)

— Кольцом на пальце, штампом в паспорте. У нас только от дурости татушки с именем мужа делают. И то — на попе. А после развода болезненно сводят.
— Ты тоже разводилась?
— Нет, — вздохнула я. — Не успела.
Паровоз тронулся с места, затянув за окном все густой белой пеленой. Я достала из корзинки мешочек с кормом и сыпнула горсточку ворону. Ногтем поскребя по клетке, спросила:
— Как тебя зовут, чудо ты мое в перьях?
— Кар-р-рл!!! — Он слетел с жердочки и стал клевать зерна.
— Ну… Язык не сломаю, — улыбнулась я. — Спасибо тебе, Карлуша. Выручил ты меня.
Отодвинув клетку, выложила на столик талмуд с историей ведьмовского колдовства и глубоко вздохнула:
— Начнем?
— Прямо здесь? — озадачился Эгорт.
— Нет, дождемся, пока меня ведьмы в мышь превратят, и потом займемся обучением.
Расстегнув пуговицы сюртука, он снял его, подвернул рукава рубахи и придвинулся ближе к столику.
— Убедила. Открывай.
Осторожно перевернув толстую верхнюю корочку, потрепанную временем и сотнями рук, я обратила внимание на старое зеленоватое пятно на титульном листе.
— Кто-то когда-то пролил зелье, — как само собой разумеющееся подсказал Эгорт.
— Это опасно?
— Уже нет. В лавках принято обрабатывать весь товар. Снимать чары. Ведьмы не потерпят недобросовестных торгашей. Любая потенциально сильная ведьма — это же не только конкурентка, но и возможная сестра. Ковены отслеживают каждую, кто наведывается в колдовские лавки. Если ее дар их устраивает, начинают склонять к посвящению. Порой за ведьму идет настоящая битва.
— Получается, не все ведьмы состоят в каком-нибудь ковене?
— Есть одиночки. Вероятно, их даже больше. Ковен — это не принуждение. Все исключительно добровольно. Кроме своевольного выхода из круга. Тебе бояться нечего. Ты же ненастоящая ведьма. Никто охоту на тебя не откроет.
— Я так понимаю, в продаже обычно негодная атрибутика? — вздохнула я, краем глаза заметив гордо прошедшую мимо нашего купе даму в красивой широкополой шляпе с перьями и инструктированной камнями булавой.
— Я бы сказал, слабая. Особенные заклинания ты не найдешь в открытом доступе. — Эгорт проследил за моим взглядом и, сделав паузу, сменил тему: — У тебя нет столько денег.
— Да, тряпье у Алкарии так себе, — тяжко вздохнула я.
— В Ликроуне каждой невесте выделяется отдельный гардероб за счет организаторов отбора. Платье для финала шьется индивидуально. Ты до него, конечно, не дойдешь, но успеешь поносить красивые наряды.
— С чего ты взял, что я не дойду до финала? — уязвленно возмутилась я.
— Гостья из другого мира против четырех сильных ведьм? Я парень малограмотный, но не дурак. У тебя нет шансов. Да и потом — ты правда хочешь замуж за лорда Агосто?
— Он богат, — пожала я плечом. — Владыка заснеженных горных хребтов и шахт Тронстума, кажется, так назвала его Алкария. Разве ему не будет интересно узнать, чем способна покорить его простая девушка в противовес тем, которые приправляют свой успех магией?
— Ему сто лет, Рия, — вдруг сказал мне Эгорт, отчего я поперхнулась воздухом.
Я отправлялась на отбор невест для старпера, который вот-вот кони двинет! Мотивы побега Алкарии становились прозрачнее.
— Почему бы и нет? — вымолвила шокировано.
— Потому что он уже сыт. Обычные человеческие радости не доставляют ему удовольствия. Жена будет его игрушкой, очередной пешкой.
— Да он же на ладан дышит! — засмеялась я, скорее нервно, чем весело. — Какие игрушки, пешки, я тебя умоляю! Преставится старичок — и жена наследством обогатится.
— Я не знаю, что такое ладан, и зачем на него дышать, но этот старичок еще лет двести проживет. Будь он одной ногой в могиле, думаешь, кинулись бы ведьмы бороться за его внимание? Не недооценивай Айвора Агосто и его окружение. Лучше быть всегда начеку, — тон у Эгорта был серьезный, проникновенный.
Он старался достучаться до меня, а я лишь представляла себе дряхлого дедулю, вдруг решившего, что пора бы на старость лет заиметь молодую сладкую женушку. Аж плечами передернула от мурашек, проскакавших по позвонкам. Жуть какая-то!
 
Наверное, у ведьм есть молодильные яблочки для лорда Агосто, решила я. Иначе зачем жертвовать лучшими годами своей жизни, да еще и рожать от старика?
Перемолотив свои хаотичные мысли в труху, вернулась к книге и перевернула титульный лист. Не успела зачитать заголовок, как на страницу легла чья-то посторонняя пятерня в перстнях и узором вязи, уходящим под рукав черного плаща.
— Не советую соваться в колдовство, не имея о нем ни малейшего представления, — прозвучал низкий, рыхлый голос надо мной.
Съежившись от захлестнувшей меня паники, я робко подняла лицо и мучительно сглотнула.
Выразительные зеленые глаза смотрели на меня с магическим исследованием моих мыслей. Незнакомец читал меня, ковырялся в моей голове, не стесняясь кривить губы в ухищренной полуулыбке.
— Вы кто?
Эгорт кашлянул, привлекая мое внимание, и руками сымитировал корону на голове.
— Ох! — спохватилась я, подскочила и, как умела, поклонилась. — Прошу прощения, ваше величество. Не узнала.
Незнакомец весело засмеялся, сверкнув белизной зубов. Эгорт спрятал лицо за ладонью. Я ошиблась. Это был вовсе не король, и кланяться ему — цирк.
— Вы едете издалека. Ирвин Кассерген, — представился зеленоглазый и, взяв меня за руку, галантно поднес мои пальцы к своим губам. — Герцог Дюрендский.
Герцог…
Я обратила внимание на белоснежный стоячий воротничок над широким, пышно повязанным галстуком. На расшитую серебряными нитями жилетку и украшенный красными вставками плащ. От остальных пассажиров Ирвин Кассерген действительно отличался. Подстриженный и причесанный с идеальным боковым пробором, гладко выбритый, с гордой осанкой.
Пауза затянулась. Я должна была представиться, но напрочь все забыла. Залюбовалась.
— АлКАРия!!! — каркнул ворон, приведя меня в чувство.
— Алкария Фашараш, — наконец вымолвила я. — Это Эгорт Лигэллоу, мой сопровождающий. Его котик Аро. И мой фамильяр — Карлуша, — представила я всех поочередно.
Герцог коротко кивнул.
— В нашем вагоне оказалась мышь. Наверное, кто-то прикормил кусочком сыра. Нас с матушкой, леди Илмой Кассерген, любезно попросили перейти в этот вагон, пока ее не поймают. Мышь, — уточнил он, улыбнувшись и смутив меня.
Медленно повернула голову туда, где сидела дама, поразившая меня своей шляпой, и прикусила губу, догадавшись, что это и есть леди Кассерген.
— Ее несколько смущает ваше занятие. Не могли бы вы отложить его до нашего возвращения в свой вагон? — попросил меня герцог.
— Да. Да, конечно. — Я захлопнула книгу, надеясь, что поганую мышь быстро поймают. Ведь у меня каждая минута была на счету.
— Фашараш знакомая фамилия, — задумчиво добавил Ирвин Кассерген. — Вы не родственница Наала Фашараша?
— Дочь, — вздохнула я, стыдясь человека, которого в глаза не видела.
— Значит, вы едете в Ликроун?
— Вы знаете про Ликроун? — удивилась я, снова заставив герцога засмеяться.
— Алкария, я живу в Ликроуне. Мой отец — мэр города. Мы с матушкой навещали наших родственников на западе Тронстума. Загостились, и теперь всеми путями спешим домой до начала нового отбора. — Он еще раз взглянул на книгу и хмыкнул: — Никогда бы не подумал, что дочери Наала Фашараша практикуют колдовство.
— Наша бабушка была ведьмой.
— Что ж, удачи вам, Алкария. Отбор будет жесткий.
— Спасибо, — пискнула я, опустив ресницы.
Герцог сделал шаг назад и развернулся, как я очухалась:
— Погодите. Может, запустим в ваш вагон Аро? Он все-таки кот, должен быстро поймать мышь.
Проснувшийся кот округлил свои глазища и вытянул уши.
— Торопитесь от нас избавиться? — снова улыбнулся Ирвин.
— Да ну что вы. Ваш вагон наверняка комфортнее.
— Немного.
Я перевела взгляд на Эгорта. Ему идея явно не нравилась, но он тоже не мог отказать герцогу. Вытащив зашипевшего Аро из клетки, прижал к груди и вместе с герцогом покинул купе.