Тренер: молодежка (СИ)
Я удивленно потирал ладонью ушибленную щеку, кожа горела после пощечину, скворчала как раскаленная сковорода с брошенным на нее куском масла. Бить Ленка умела, как надо, будто Джо Луис, а не крошечная девчонка, в которой даже пятидесяти килограммов весу нет. Я думал как бы ответить Елене Анатольевне на ее выпад, и варианты в голове перебирал, но Пупс крутанулась и зашагала прочь, не оставляя мне особого шанса.
— Вы, гражданочка дура круглая, — в обиде выпалил я.
Глава 17
В «Колосок» возвращались к ужину, хотя есть никто особо не хотел — сладкая вата на стадионе придала молодежи сил и перебила аппетит. От утреннего похмела не осталась и следа. Что сказать, навык постельного режима ввиду последствий «чрезмерного употребления» (знаем, проходили) приходит с годами, а когда тебе восемнадцать — метаболизм творит чудеса. Поэтому на обратном пути, ребята обсуждали игру и были полны свежих эмоций. Зацепила их игра московского «Спартака», показали футболисты почему «народной» командой называются. Но тут и команде Кузьмича надо отдать должное — никто автобус в штрафной не ставил, играли в открытый футбол, чем и порадовали болельщика.
— Пацики, вы видели, как ввозил Шалим*в торпедовцев в центре поля? — восхищался игрой красно-белых Осипов, у которого от волнения руки вспотели и он ладони о шорты все время вытирал.
— А мне понравился Родионов, — вторил Прокофьев, выпучив глаза. — Мяч блин, как к ноге прилипает, сука на клей приклеил.
— Не, не клей, он у него как на веревочки привязан! — хохотнул Ануфриев.
— Вот это внатуре круто! — согласился Прокофьев. — Лучший игрок матча, по любому!
Пока пацаны разбирали матч и делились впечатлениями, я решил пообщаться с водилой Геной. Тот грустный баранку крутил, хотя чего грустить — непонятно, команда крупно победила, а в «Спартаке» призовые за матч получают не только игроки, но и сотрудники. Вот так Чапай мотивацию поддерживает у людей.
Однако причина грусти водилы стала понятна сразу, скрывать ее Гена не скрывал и тут же мне все, как на блюдечке вывалил.
— Вань, я думал комсомолка с вами обратно поедет… — вздохнул водила, когда я присел рядом, языками почесать. — Куда она на фиг слиняла? Я тут сюрприз приготовил для это твоей Елены Анатольевны и такой облом.
Гена кивнул на букетик цветов, который лежал под панелькой, часа своего дожидался. Не розы, тюльпаны, причем желтые и явно откуда-то собственноручно водилой сорванные. Никакой упаковки, свежак. И целая охапка, дарить не стыдно.
— Пока рвал, на меня чуть собак не спустили торпедовские сторожа, зато на халяву, — расплылся Гена в улыбке
Мужик конечно красавчик, баба понравилась сразу в оборот берет и не мнется. Вижу цель не вижу препятствий. Но ответить на его вопрос я не успел, едва разговор Пупса затронул, как Ануфриев тотчас бросил спор по выбору лучшего игрока матча (между Шалим*вым и Родион*вым пацаны выбирали) и включился в беседу.
— Да, кстати Иван Сергеевич, а куда Елена Анатольевна делась? Не предупредила, ничего… может вам сказала? — спросил он.
— А тебе какая разница? — набычился сразу Гена, свободной рукой цветы отодвинул, чтобы меньше глаза мусолили.
Ануфриев быстро смекнул почему водитель альфа-самца включил и поднял виновато руки.
— Дядь Ген, у меня на Пупса видов нет.
Гена заерзал на сиденье, баранку пожмякал, но удовлетворился ответом.
— Елена Анатольевна осталась в Москве у нее какие-то срочные неотложные вопросы нарисовались, — ответил я.
— Бли-и-н, мы же хотели с ней после ужина в Клязьму окунуться, она же обещала, — спохватился Миша Баграмян, тоже разговор о Пупсе услышал.
Остальная молодежь тоже замолчала, на меня уставилась, как будто я за Ленку в ответе.
— Не, ну раз обещала — значит приедет, — заверил я.
— Точно приедет, Иван Сергеевич?
— Ну я свечку не держал, Осипов, по планам ее знаю не больше вашего.
Понятно, что рассказывать ни Гене, ни пацанам о том, что у Ленки проблемы личного свойства нарисовались, я не стал. Помощь я Пупсу предложил, но помнится как она на эту помощь отреагировала. Потому пусть сама разбирается со своим золотым «придатком» и вообще делает все, что вздумает, шибко умная барышня это Ленка.
— Во облом… — покачал кудрями Баграмян.
— А тебе что без нее не купается? — снова включился Гена, со злости даже закурил, в автобусе прям.
Миша по интересу водителя к комсомолке то ли не сообразил, то ли специально хотел мужика позлить, но следом сморозил:
— Пацики, поднимите руку, кому кайф на Пупса в купальнике посмотреть?
Никто долго над ответом не думал — все руки подняли, улыбаясь во все тридцать два. Вот не знаю, то ли Миша не заметил, что Ануфриев специально для него пальцем у виска крутил и на Гену кивал, то ли спецом хотел отомстить. Ну за то что утром пришлось за мячиками побегать. Даже не отомстить, а самоутвердиться хотел за счет водилы. Вот паразит.
Сгладить углы я не успел — Гена резко руль повернул. Ладно я сидел ровно, а вот Ануфриев и Баграмян благополучно полетели в середину автобуса. Ладно пацаны молодые, сгруппировались, повезло, что не кубарем. Водитель с сигаретой в зубах, довольный как слон, что с Баграмяном удалось расправиться, сухо прокомментировал.
— Яму объезжал.
Однако, закрыв тему комсмомолки, пацаны решили переключиться на меня в своих обсуждениях.
— Иван Сергеевич, — завел шарманку Прокофьев. — А я вот от болельщиков спартаковских слышал, что игрок Иван Иванов забивал больше Родион*ва. Может рано вы с футболом то завязали? — последовал вопрос.
— Вон вы как мяч положили, сигарету с первого раза сбили! — подтвердил Осипов. — Еще играть и играть!
— Не, молодежь, я свое отбегался, после перелома у меня одна нога другой короче, — отмахнулся я.
— Вань, а как же Гарринча играл? — подключился Миша Баграмян и свои пять копеек вставил. — Будет наоборот ваша фишка — дриблинг корявый!
Понятно, что на такие вот комментарии и предложение, покупающие своей новизной, я отвечал в полушутливой форме. Профессиональный футбол — дело такое, пешком по полю ходить чревато с все возрастающими скоростями, потому какой из меня футболист, мебель разве что. Но Гена, слушавший наш разговор, задвинул очень любопытное предложение.
— Вы пацаны наоборот считайте, что вам повезло с Иваном Сергеевичем. Глядишь восстановится и будет у вас играющим тренером бегать.
— Иван Сергеич, дело Гена говорит!
— Разберёмся молодёжь, — я не стал говорить, что прямо сейчас нога у меня ноет так, что ни о каком футболе речи идти не может, тут бы до номера добраться, анальгина выпить. А при мысли, что какой-нибудь защитник команды соперника влетит в поломанную ногу в подкате, так вовсе пробирала дрожь. Боль то жуткая, фантомной памятью отложилась.
Ребята переключились, продолжили болтать о своем, а Гена продолжил вздыхать, что Ленку Пупса не удалось захомутать и накрылся медной трубой вечер в компании комсомолки (ага, он на него похоже всерьез рассчитывал). Что до меня, то в целом и общем я был удовлетворён прошедшей поездкой. Никто из парней не стал исполнять, а ведь в качестве не самого хорошего сценария поездки на стадион я рассматривал в том числе мордобой с болельщиками другой команды, выпивку и сигареты…Но дай бог ребята держали себя в руках и проблем (по крайней мер таких, о которых мне известно на данную минуту) в во время выезда не возникло.
Автобус приехал в «Колосок». Гена остыл, с каждым из пацанов попрощался, руку подал и пригласил ещё раз посетить «Спартак», но на этот раз на базе в Тарасовке. Пацаны, счастливые и довольные, вышли из автобуса. К реальности нас вернула Оксана Вадимовна, которая собственной персоной встречала нас на крыльце административного корпуса. Взмыленная, нервная, стоит уперев руки в боки и нахмурив брови. Ждет.
— Ну что, как съездили? — даже не спросила, а проскрежетала она от злости не в силах зубы расцепить.