Тренер: молодежка (СИ)

Баграмян, парень горячих кровей отступать не стал. Парни сблизились, уперлись друг другу лбами. Вот тебе и «битва за лидерство» вспыхнула.
— Я че виноват, что ты деревянный? — проредил Миша.
— За языком следи! — Паша кулаки сжал.
— А то че?
— Ноги поломаю!
— Рискни здоровьем…
Как хорошо, что Оксана Вадимовна на игру не пришла, а то случился бы у директрисы сердечный приступ. Мне же все таки пришлось горячих и молодых разнимать, в конфликт вклиниваться.
— Расходимся! — выдал я за несколько секунд до того, как перепалка словесная не переросла в драку. — Дважды повторять не буду!
— Не ну а почему он исполняет, Иван Сергеевич! — Ануфриев переключился на меня. — Я ж его щелкну дурака.
— Иди броди, — Баграмян отмахнулся и сел на поле, дыхание восстанавливать, обувь шнуровать.
— Сюда подойди, — я положил руку Анфуриеву на плечо и в сторонку отвел, следом ребят из его команды подозвал. — Подходим, не стесняемся. Выигрывать хотим? — я обвел каждого из шести игроков взглядом.
— Блин, ну только если армяна из игры выключить, козел вонючий, — раздраженно сплюнул на поле Осипов, у которого тоже не получалось справляться с Баграмяном.
— Травмировать никого мне не надо, Осипов, а вот из игры Мишу выключить можно!
— Как? — заинтересовался Прокофьев, которому больше всего досталось «плюх» между ног от Баграмяна и понятно дело парню хотелось пацану реваншироваться во втором тайме. — Может сзади подкатиться… ноги оторвать, правильно Паша говорит этот Михаил — борзый козел.
— Ноги я тебе оторву, если ты игрока переломаешь, — я подошел к Сергею ближе и постучал подушечкой указательного пальца по его лбу. — Голову включай.
— Что включать, Иван Сергеевич? — возмутился Осипов. — Не идет против него игра, как жужелица по полю носится! Как против него играть?
— Тактически, Кирилл, — я присел на корточки, парней ближе подозвал. — Вот сюда все посмотрите, как губки впитывайте.
Вытащил из кармана коробок спичек, расчертил им небольшую тактическую схему — на утоптанной земле прям, чтоб наглядно. И пояснять начал, без замудрствований особых теоретических, но на вполне понятном языке для молодых, чтобы сразу дошло и не переспрашивали. Пацаны слушали внимательно, кивали — интересно. И вопрос уже даже не в том, чтобы сигарету выиграть, а в том, чтобы Мишу приструнить.
— Видишь Баграмяна — отпасовывай на ближнего, — пояснил я. — Так по полю и загоняете, что за он за пятнадцать минут язык положит на плечо.
— Вы с ним в собачку предлагаете сыграть? — хмыкнул Ануфриев, явно довольный предложением.
— Раскатать предлагаю, может скромнее станет, у нас игра командная, а самоедством заниматься не стоит.
— Поддерживаю! — заявил Прокофьев, хлопая в ладоши и тем самым заводя себя.
— Кто где стоит на поле всем понятно?
Закивали.
— Тогда расходимся!
Команда Баграмяна все время нашего совещания с любопытством наблюдала, но когда мы закончили, никто не возмущался. Что возмущаться — ну подсказывает тренер сопернику, а толку от таких подсказок? Когда в команде есть игрок уровня Миши, то результат предопределен. Потому молодежь из стана соперника смотрела на Ануфриева и ко снисходительно — мы вас ребята в первом тайме разорвем и во втором преимущество закрепим разгромом. Вот и на перестановки ребят на поле Баграмян и команда смотрела с явным скепсисом во взгляде.
Посмотрим.
Сводилось мое предложение к тому, что хорошо технически оснащенного Баграмяна надо не пространства лишать (где он легко обыгрывает любого из команды на пятачке и забивает после этого очередной мяч), а наоборот играть широко. Побегать надо заставить Мишу, чтоб пропотел, а заодно чувство мяча потерял. Ну а для этого следует определенным образом на поле выстроиться.
  
Глава 19
 
Начали второй тайм.
Немного еще пошутковали о том, что я решил помочь одной из команд — Баграмян ехидно улыбаясь, предложил поставить в команду Ануфриева еще одного игрока, нашего запасного Кирилла.
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, — я подмигнул нападающему, к себе подозвал. — Миш, 20 мячей наколотите — проси что хочешь.
 
Баграмян воодушевился.
— Сделаю! А про еще одного игрока вы подумайте! Ну так у них хоть какие-то шансы появятся, Иван Сергеевич, — подмигнул он и в «центральный круг» побежал.
Давай-давай, паренек.
Разыграли.
Баграмян, после розыгрыша мяча в центре поля, как обычно хотел броситься в обводку, но не тут-то было — Ануфриев отпасовал на Осипова, сделав точную передачу в ноги, низом поперек поля. Миша, как паровоз, мчащийся на всех порах, применил экстренное торможение, за малым не влетев в Пашу. Удивленно зыркнул на него и резко развернулся. Бросился следом на Осипова стремительным рывком. Такие вот рывки и беганья за мячом всегда отнимают кучу сил.
— В касание играем! — я захлопал в ладоши, подбадривая ребят и напоминая о своей просьбе. — Осипов не держи мяч, отдавай! Не надо с ним нянчиться!
Осипов своей комплекцией, скоростью и чувством мяча, отлично подходил на позицию центрального полузащитника, формирующего рисунок командной игры. Играть в касание Вася не стал, решил с мячом повозиться — обработать, на рабочую правую ногу перекинуть (левой мяч принимал), прочувствовать. Как мы, когда я в бытность футболиста играл, говорили — приласкать мяч. Пока возился, сразу трое накинулись на него в отбор, чего Вася и ждал. Стянув на себя половину команды соперника, он мгновенно включился и отпасовал назад — на Прокофьева. Я уже руками всплеснул, на кой ляд самоедничать, спрашивается! Только ведь в перерыве обсуждали! Но Вася Осипов все правильно почувствовал — считай, что половину команды Баграмяна парализовал, включая самого Мишу. И это всего одной точной передачей. Только пас надо было вперед давать, на Пчелкина, тот по флангу прорвался, уйдя как от стоячего от Витьки Кулькина.
— Ося, Пчёла открывается, играем вперед, ты на поле смотри, — я энергичными взмахами руки показал, чтобы ребята из команды Ануфриева пошли к чужим воротам и в следующий раз не надо было делать отыгровку к своим воротам.
Осипов меня услышал, палец большой показал, по флангу левому приставным шагом поскакал. Но у Пчелкина конкретный фальстарт получился — загубил Прокофьев пацану шикарный рывок. Сергей, который по фактуре был не многим меньше Ануфриева, идеально подходил на позицию столпа игры в обороне, такой цементирующий собственную штрафную защитник. Однако сейчас, он ошибся, когда перепасовался с Димой Вербным, нашим вратарем — да-да, вратаря я на ворота поставил на второй тайм. Зачем Прокофьев это делал — вполне понятно, как и Осипов решил вытянуть на себя оставшихся членов команды Баграмяна. Это ошибка стала фатальной, такого же тайминга, как у «одноклубника» у Прокофьева не было. Чем и воспользовался Миша. Баграмян со своими тремя «одноклубниками» быстро сократил дистанцию, бросился на Прокофьева в прессинг, когда тот получил мяч обратно от вратаря. Феноменальная скорость Миши (пропадает талант в легкой атлетики, эх пропадает), решила эпизод. Баграмян не стал себя жалеть и постелился в подкате, пару метров проехавшись на заднице, по голой земле, как по полосе взлетной. Такой прыти Сережа от соперника никак не ожидал. От Баграмяна то, который ходит вечно прилизанный. Зато в подкате Миша выбил мяч из под ног Прокофьева и прям лежа, не выключаясь из уже нового эпизода, закатил очередную банку в ворота Вербного. Тот тоже молодец — вместо того, чтобы на раме остаться, бросился вперед, как гепард на добычу, забыв о своей позиции вратаря. Первый мяч второго тайма сделал счет неприличным — 11−7 и оказался забит в первые секунды игры. Мишка засранец, с надменной рожей убегая из штрафной, похлопал уже по плечу Прокофьева — крепись дядя.
— Иди ты… — обиженно протянул Сергей.
Я раздосадовано сплюнул, надо же так ошибиться на ровном месте, но быстро взял себя в руки и с удвоенной силой захлопал в ладоши. Игру пытался в нужное русло направить, чтоб не посыпалось то, что есть.