Тренер: молодежка (СИ)

— Майор Бубликов, — он вытащил удостоверение, но даже не удосужившись его развернуть, чтобы в полном виде представить. Просто сунул мне в лицо красную корочку.
Вообще, конечно, удивительно, что на кражу часов приехал целый майор. Опытным взглядом старого сыщика, майор посмотрел на Оксана Вадимовна.
— Голубушка, это мы вам звонили?
— Мне, — директриса была напугана настолько, что даже не стала поправлять опера.
— Преступник где?
Ануфриев сразу же в голову в жал, что не ушло от глаз майора. Посыл опытного мента я понял сразу. Никто особо не спешил заниматься процессуальными процедурами. Сюда приехали конкретно за тем, чтобы Пашку арестовать и в отдел отвести. Ну а дальше уже по грамоте разбираться. Поэтому я счел возможным вмешаться сразу.
— Уважаемый, а у нас уже разве проведено следствие, опрошены свидетели, суд состоялся? Чтобы подозреваемый стал преступником называться? — строго спросил я, сверля опытного мента взглядом.
— А вы вообще кто, товарищ? — спросил майор пренебрежительно и заодно вымерил меня строгим взглядом в ответ.
— Меня Иван Иванов зовут, — я представился.
Майор хмыкнул, переключился на своего сержанта.
— Слышь, Гена, ты понял кто это?
Гена головой покачал, не узнал походу, а вот майор узнал, потому и сказал.
— Это же Иванов, бывший игрок московского «Спартака», он к нам в «Динамо» должен был прийти после финала кубка, — пояснил опытный мент так, как будто меня рядом не было.
Вернул взгляд на меня, улыбнулся кончиками губ.
— Что, спартаковец облом вышел, да?
Я промолчал, на глупые вопросы отвечать не стал. Зато сразу понял, что за фрукт передо мной. «Целый майор» весьма дерзкий тип, а еще походу перед Оксаной Вадимовной и сержантиком за счет меня возвыситься хочет. Посмотрим, что у него из этого желания выйдет.
— Товарищ майор, давай ты, наверное, сначала представишься как положено. Удостоверение покажи в развёрнутом виде, а то я ознакомиться не успел, — сказал я.
Скажу честно, удостоверение мента мне тысячу лет не тарахтело, а вот вывести майора Бубликова из себя — это да. Однако Бубликов на удивление спокойно отреагировал на мою просьбу. Достал снова удостоверения, открыл и сунул мне в лицо, остановив руку всего в нескольких сантиметров от моих глаз.
— Бубликов Семён Петрович меня зовут. Ознакомились товарищ нападающий?
Майор захлопнул удостоверение и обратно в карман убрал, не дожидаясь моего ответа.
— Ознакомился, удостоверился, — подтвердил я. — Теперь, когда я понимаю, что передо мной майор, то повторю вам свой вопрос. С каких это пор вы подозреваемых преступниками называете? Да и по подозреваемому у меня тоже вопрос — разве доказательства не нужны?
  
Глава 21
 
— Мне свой вопрос может быть повторить, товарищ майор? — я бровь приподнял. — Или быть может сами соизволите ответить?
— Какой вопрос? — насупился майор.
— Ну как какой. Доказательства какие у вас имеются или основания? Почему вы Ануфриева задерживаете? — повторил я.
Признаюсь честно, никогда особо не разбирался и не знал специфики работы ментов, но как говорится — если ляпать, то уверенно. Потому что логично предположить, что если человек в чем-то обвиняется или подозревается, то для этого должна быть веская причина. Вряд ли причину Бубликов назвал во время звонка Оксане Вадимовне. А то что товарищ майор назвал — это так, вилами по воде без доказательств. Паша ведь рассказал противоположную точку зрения. И у меня куда больше резона верить именно Ануфриеву, чем человеку, которого я вижу в первый раз. Пусть он и мент, законный представитель власти. Жаль, конечно, что я не смог понять, откуда взялось подозрение заранее, но дыма без огня не бывает. Поэтому неплохо теперь услышать версию мента, очень даже интересно.
Бубликова мой вопрос не то чтобы поставил в тупик, а как будто ошарашил. Я говорил, что майор, как любой порядочный мент в высоком звании, носил усы? Нет? Так вот Бубликов усы носил и от возмущения начал их закручивать.
— Доказательства, говорите, основания? А вы вообще кто такой будете, товарищ, чтобы я вам что-то говорил и как-то отсчитывался? — строго по милицейски спросил он.
 
— Я, товарищ майор, тренер этих ребят, — охотно представился я. — Поэтому мне неплохо было бы понять, в чем вы моих воспитанников обвиняете.
— Ну начнем с того, что не я их лично обвиняю… — Бубликов вымерил меня презрительным взглядом, до сих пор не мог понять чего это я раздухарился.
Вспомнилась одна известная присказка. Милиционер не бандит, от него спасения нет. Только подчас работать такая формулировка может по-разному, как в одну сторону, так и другую. В любой формуле перегибы есть, в этой тоже. Не всегда менты честно свои обязанности выполняют, и тогда от такие вот милиционеров нет спасения… И вот этому майору Бубликова я не доверял. Было что-то этакое в его надменной роже, что заставляло усомниться в благопорядочности.
— Вы Иванов кто? — задался он вопросом и сам же на него ответил. — Вы — футболист и тренер.
— Так точно, — согласился я.
— Вот и играйте в футбол, тренируйте или что вы там делаете. А мне позвольте своей работой заниматься. Лады?
Ответа его вопрос не подразумевал. По крайней мере, Бубликов его не стал дожидаться. Обернулся к директрисе.
— Так вы у нас Оксана Вадимовна, дамочка? Я с вами же разговаривал?
— Я… — проблеяла все еще перепуганная и ищущая пятый угол директриса. — Со мной разговаривали.
— Хорошо, Родина вас не забудет. А Ануфриев кто? — товарищ майор кивнул на Пашку. — Этот?
Вот что впечатляло в этом менте, так это то, что ему не требовались какие-либо ответы. Сам сказал, сам подтвердил, а кто что на этот счет думает, так это разве важно? Поэтому дожидаться идентификации Пашки от директрисы, майор не стал.
— Гена, — Бубликов повернулся к своему сержантику. — Давай, чего ты стоишь, как истукан. Мы сюда зачем приехали? Забираем и едем в отдел.
— Есть, — подтвердил сержант и двинулся к Ануфриеву, зачем-то наручники доставая.
— А вы, гражданин Иванов, если будет интересно потом с решением суда ознакомитесь, там вам и доказательства и все остальное приведут, если закон то велит, — майор обращался ко мне.
— Подождите ка, уважаемый… — начал я, но Бубликов меня перебил.
— Если вы понадобитесь — вас вызовут на допрос.
И с этими словами захотел уйти. Полагаю, что Гена арестует Ануфриева и на этом все кончится. Что тут скажешь, ситуация складывалась не из приятных. Понятно, что товарищу «целому майору» совсем не хотелось ехать в выходной день к черту на кулички, чтобы арестовать несчастного пацана, бывшего детдомовца, от того Бубликов и злился. Ну хотелось мужику, как всем нормальным людям дома на диване полежать в выходной, пиво попить, в ящик попялиться. Но я понимал, что если дам менту вот так запросто уйти, то закончится все крайне плачевно. Гена, который уже шел к Паше с наручниками на перевес, посадит его в бобик, отвезет в отдел, где на Ануфриева составят протокол задержания. При наличии условного срока это не очень хорошая практика, потому что срок из условного сразу может превратиться в реальный. Отмазать может пацана и удастся, но действовать будет куда сложнее.
Короче говоря, уйти я майору не дал, дорогу перегородил.
— Вы погодите горячиться, уважаемый, — сказал я, глядя ему в глаза.
— Чего? — Бубликов малость ошалел от моей наглости и сам как вкопанный теперь застыл.
Нечасто видимо товарища майора вот так одергивали.
— Говорю на секундочку отойдем, разговор есть, — пояснил я, не собираясь отступать. — Вы только сержанту своими скажите, чтобы не торопился пацана вязать.
Гена в этот момент уже подошел к Ануфриеву и что-то тому говорил, показывая наручники. Вязать чтобы прям заламывать, сержантик не решился. Во-первых, Паша не особо сопротивлялся, чтобы к радикальным мерам переходить, а во вторых попробуй Ануфриева повяжи, с ним договариваться надо.