Меня ему продали (СИ)

У выхода мы столкнулись с другими студентами, которые, как выяснилось, всё это время наблюдали за нами сквозь приоткрытую дверь. Девочки с восхищением разглядывали Самрата, некоторые даже умудрились и глазки ему построить. И это меня разозлило.
«Я что здесь, пустое место? Они смеются или как? Если я с ним, то это не значит, что мы вместе? А наши кольца они не видят?» — мелькнула у меня полная раздражения мысль.
В конечном итоге психанув, я крепко обняла мужа, чтобы все видели, что он занят.
«Он мой муж!» — подумалось мне с отчётливым возмущением чужим нахальством.
Демонстративно поправив волосы, я показала девицам безымянный палец, где носила обручальное кольцо. Самрат же, от которого не укрылись мои действия, на это лишь рассмеялся, потрепав меня по голове, как маленькую девочку.
— Ты что смеёшься? Нравится, как эти девки на тебя слюни пускают? — шикнула я, остановившись и повернувшись к нему. — Нравится быть в центре внимания у женщин?
Скрестив руки на груди, я постаралась сделать взгляд как можно более суровым.
— Нет. — Продолжая смеяться и не обращая никакого внимания на других, Самрат опустил ладони на мои плечи, легонько сжимая их. — Мне просто нравится видеть твою ревность. Это прекрасное чувство, знаешь ли.
— Да я… Не ревную! — Замолчав, я насупилась. Мой запал быстро угас.
Наверное, я просто боялась признать нечто подобное вслух. Как-никак, но даже сам факт моей влюблённости в Самрата так и не был озвучен мной, как если бы это могло разрушить те доверительные отношения, что выстроились между нами.
«Нет, пусть он сначала первым признается, что любит меня», — размышляла я, не желая подтверждать то, что и без того было понятно.
— Хорошо, — легко согласился муж.
Обнял меня за плечи и повлёк к выходу университета.
Я затихла, оглушённая собственными чувствам.
— Но ты прекрасна даже в своём гневе, — немного помолчав, лукаво произнёс он.
— Смейся-смейся, — пробурчала я.
— Эй, я ведь всё давно доказал тебе, — шепнул Самрат, неожиданно склонившись и коснувшись губами мочки моего уха. — Мне интересна лишь ты и твоя компания, дорогая жёнушка, но боюсь, что мои более откровенные признания окончательно засмущают тебя. И на это позволяется смотреть только мне и никому больше. Именно поэтому только когда мы окажемся дома, за закрытыми дверями и наедине, — его хрипловатый голос становился всё ниже, отдаваясь во мне вибрацией, из-за которой стремительно тяжелел низ живота, — я покажу тебе, что ты зря ревнуешь меня к кому-либо. Обещаю, что не дам тебе заснуть ночью, поэтому будь готова отвечать за свои дерзкие слова, гюнеш.
Мои щёки мгновенно вспыхнули. На полпути я даже запнулась о свою ногу, но Самрат держал меня крепко и уверенно, так что не дал мне упасть. По правде говоря, я очень хотела, чтобы день быстрее закончился и пришёл вечер, дабы воплотить его обещания в жизнь.
Глава 32
Самрат
Когда мы вошли в ближайшую к университету кофейню, я был ещё зол, но умело это скрывал от жены, которая пыталась отвлечь меня. Вскоре ей и вправду удалось переключить моё внимание на себя, однако я всё равно то и дело вспоминал ублюдка, что недавно домогался её. В воображении у меня мелькали картинки жестокой расправы над ним, хотя и стараниями Ясмины мои мысли постепенно перетекали в более позитивное русло.
С тех пор, как мы поженились, официальное свидание у нас было один раз. И, сидя в уютном кафе, который язык не поворачивался назвать элитным, ведь в нём находились только студенты и, вполне возможно, преподаватели из университета, я впервые задумался об этом.
«Как много я сделал для неё? Смог ли я дать ей всё, что должен давать муж своей единственной жене, которую поклялся перед Аллахом всегда любить и оберегать?» — задался про себя вопросом, задумчиво поглядывая на Ясмину.
— Что ты будешь? — спросила та, изучая меню, пока официант ожидал наш заказ.
— Я доверяю тебе, — просто сказал я в ответ, глядя на неё.
Жена замерла. Её глаза слегка расширились, будто она не была готова услышать от меня таких слов. И я не лгал. Я действительно доверял ей. Я не знал, как и когда это случилось, а ещё что конкретно меня к этому подтолкнуло. Раньше я никому бы так не доверился. В особенности женщине, с который жил совместно от силы пару месяцев.
 
Растеряно и как-то машинально кивнув, Ясмина с трудом сглотнула, уставившись обратно в меню. Её пальцы заметно подрагивали, пока она бегала по последнему взглядом.
Терпеливо ожидая момента, когда жена определится с нашим заказом, я не сводил с неё внимательного взора, с любопытством наблюдая за ней.
С тех пор, как я забрал Ясмину из родительского особняка, и мы подтвердили брак в мечети, прошёл целый месяц. Месяц нашей по-семейному тихой жизни и моего беспокойного сна, потому что я не знал, чего стоило ожидать от отца в дальнейшем. Пожалуй, тут никто не знал бы, что могло вновь взбрести ему в голову.
За прошедшее время я только один раз смог связаться со своим человеком, который работал на мою родню и жил с ними под одной крышей. Его звали Джемалья, и он принёс мне неутешительные вести, несколько выбившие меня из колеи. Оказалось, моя мать была наказана за то, что посмела пойти против мужа при сыновьях и подчинённых. Как именно, можно было только догадываться, но тишина, образовавшая в телефонной трубке, когда я спросил об этом своего осведомителя, только подтвердила худшие опасения.
— Тирамису здесь готовят невероятно вкусно! — Ворвался в мои мысли полный восторга голос Ясмины, разгоняя не самые приятные из моих воспоминаний.
Я моргнул, сосредоточив взгляд на ней. Она взволнованно прикусила нижнюю губу, а в её блестящих глазах было столько любви и восторга, что те передались и мне.
Впервые за всё время, что мы находились вдали от университета и ублюдка-преподавателя, я искренно улыбнулся. Поднял руку и накрыл её ладонь, лежавшую на столе. Временами мне казалось, что я мог читать мысли жены, когда мы встречались глазами. Мог знать, когда она врала или что-то недоговаривала. Впрочем, только телесный контакт, кожа к коже, мог полностью раскрыть её истинные чувства, словно некий детектор лжи.
— Всё хорошо? — решил уточнить я.
— Да, — согласилась Ясмина, не колеблясь ни на секунду. — Теперь всё хорошо.
Её улыбка стало шире, а сама она заметно расслабилась, касаясь второй рукой моей.
— Спасибо, — прошептала жена.
В уголках её глаз собрались слёзы, заставив меня тихо чертыхнуться.
— Gülüm?
Отодвинувшись, она стала яростно стирать предательскую влагу, что текла у неё по щекам, но при этом не переставала улыбаться.
Моя роза.
Она и правда была похожа на цветок. Цветок, медленно раскрывшийся на моих глазах и цветущий только на солнце. Ясмина стремительно расцветала, стоило уделить ей внимание, а также продемонстрировать собственную любовь и нежность. Если раньше она воспринимала нечто подобное сразу в штыки, отказываясь принимать чью-то помощь или заботу, ведь всегда надеялась только на себя, то теперь… Всё изменилось. И мне очень льстило, что я стал первым человеком, который научил её доверять другим. Пожалуй, я с нетерпением ждал того дня, когда моя жена окончательно бы поняла, что могла найти во мне понимание и поддержку абсолютно в любых вопросах.
— Не обращай внимания, — сказала наконец она, когда прошло достаточно времени для того, чтобы я начал уже волноваться.
«А не сделал ли я ей больно?» — закралась ко мне мысль, пока Ясмина не начала говорить. Слёзы продолжали течь из её часто моргающих глаз, но сама она, пусть и не успевала стирать их, выглядела счастливой и на удивление даже весёлой.
— Сама тоже немного в шоке, если честно, — призналась жена, отдышавшись.
Потом вернула руку, позволив мне взять её ладонь в свои и поцеловать каждый палец.
— Ты говоришь, что я вью из тебя верёвки? — вдруг поинтересовалась Ясмина, вернув мне мои же слова, брошенные ей в аудитории.