Ты мне не нужен (СИ)

На разборки он собрался. Его даже я сейчас смогу укатать с одного удара. А у меня в таких делах вообще опыта нет.
— Ты едешь домой, — заявляю на полном серьезе, скриплю зубами, когда в ответ мне прилетает коронная дерзкая ухмылка Яна.
— А ты решила поиграть в строгую госпожу, детка? Погоди, я не в форме для хлыста.
— Одолжи-ка мне свой ремень, — я поворачиваюсь к Вертинскому и протягиваю руку. — Верну быстро, можешь не переживать за свои штанишки.
Он прыскает в кулак и приподнимает бровь, обращаясь к Яну.
— Агата Юрьевна, бить детей непедагогично, — Костров поддерживает друга.
Эти двухметровые лбы оба надо мной смеются. Еще немного, и выть начну от злости. Бесят. Хочется попросить у медсестры поставить им самые больнючие витамины. С десяток на одну задницу толстой иглой.
— Значит так, малыш, ты прямо сейчас вызываешь такси и едешь домой без всяких выкрутасов. Не разочаровывай меня, я ведь знаю, что ты не лишен интеллекта.
— Ты че, нажаловался ей? Растрепал все? — Ян сжимает кулаки, морщится от натяжения кожи на подбородке.
Вот их с Дианкой сейчас рядом поставить — все подумают, что они друг с другом подрались. Сестра у меня тоже красавица со швами.
— Что мне надо было делать? — Вертинский разводит руками. — Смотреть, как тебя доламывают? Послушай умного человека, отлежись хотя бы пару дней. А желательно до момента, когда у тебя там все срастется.
— Да у меня даже не перелом, — Костров огрызается. — Трещины только.
— Я тебя сам сейчас добью, и уже не ремнем, чтобы ты жопу свою к кровати прижал. Заканчивай с этим дерьмом, ты на ногах еле держишься, мудила.
Напряжение нарастает. Эти два безрогих оленя прут друг на друга — глаза бешеные, вены вздуты, кадыки дергаются на мощных шеях.
— Вас не смущает, что между вами стоит девушка? — резонно подмечаю, так и не сдвинувшись с места.
— Ну так отойди, — Ян пытается подвинуть меня, а у меня от его пальцев на плече вспыхивают отголоски того раза в запертой аудитории.
— Не прикасайся ко мне!
Я врезаюсь спиной в грудь Вертинского, он осторожно придерживает меня, потому что пол здесь скользкий, а я еще и в бахилах не самого лучшего качества.
— Детка… — в Яна ударяет волна сожаления.
Он моментально меняется в лице. Смотрит на меня с неподдельным раскаянием в глазах, замирает на месте, чтобы еще сильнее не испугать.
— Если ты хочешь, чтобы я подумала над прощением, поедешь сейчас домой, — чеканю каждое слово, обнимаю себя руками, но взгляд Кострова выдерживаю.
Пусть не думает, что я какая-то слабая трусиха.
— Ладно, — бросает через сжатые зубы. — На выходе подождите, мне еще пару печатей надо шлепнуть.
По пути из отделения Вертинскому кто-то звонит. После быстрого разговора он извиняется передо мной, ссылаясь на какие-то жизненно важные дела, и просит проследить за Яном на такси.
Я даже ответить ничего не успеваю, как он уже выбегает из больницы.
Вот и что делать?
Я не хочу ехать с ним в одной машине. Но и бросить тоже не могу, потому что он может наломать дров…
Однозначно придется менять номер телефона после этой ночи.
  
Глава 26
 
Ян
Я не мог это объяснить, но мне дико заходила забота Агаты.
То, как она смотрела на меня своими большими напуганными глазами. Да даже то, как рычала, отправляя меня домой.
— На перевязку запишитесь, — медсестричка отдает мне все бумажки и заливается краской, когда я ей подмигиваю.
А я на все это смотрю и понимаю, что мне нахрен оно не надо. Даже если с Агатой сегодня не обломится, я все равно выберу ее.
Мне еще как-то вину заглаживать за свой долбоебизм. Не сдержался тогда в аудитории. Повел себя как последняя похотливая скотина.
Прижимал Агату к себе, вжимался членом в ее горячее место между ног, пока она просила остановиться. Ладно хоть в голове перещелкнуло, когда на языке соль появилась. Она плакала, а я дико хотел ее.
Не зря, наверное, мне досталось на гонке.
 
— Скучала, детка? — подкрадываюсь к ней сзади и обнимаю. Чтобы не сбежала сразу. — Почему одна?
Фиг пойми, куда Верт делся. Я еще предъявлю ему за это. Друг, блин. Оставил девочку одну ночью, а сам съебался. Уж мог бы меня дождаться, чтобы Агату здесь за это время никто не украл.
Она начинает отпихиваться локтями, а я со свистом втягиваю воздух. Пиздец ребра ноют.
— У твоего друга появились какие-то дела. Ты закончил? — она все-таки вырывается и поворачивается лицом ко мне.
В темноте сложно разглядеть, но я просто уверен, что прямо сейчас она морщит нос от недовольства.
Ну да, опять облапал. Но это все от колес, зуб даю. Руки прям своей жизнью живут.
— Закончил, закончил. Какие планы на остаток ночи?
— Поехали, — отвечает не слишком развернуто и начинает шариться в телефоне.
— Куда?
— К тебе, — бросает мимоходом и показывает мне, что за нами приедет какое-то белое ведро.
— Вот это подарок судьбы. И даже связывать не придется? — хмыкаю, кладу руку ей на поясницу и вжимаю в себя.
Ее запах тут же вытесняет всю боль. Руки чешутся залезть Агате в какие-нибудь интересные места.
— Идиот! — она отталкивает меня ладонями, но тут же начинает суетиться, когда я взрыкиваю.
— Полегче, крошка. Я вроде как поломанный.
— Прости, — сводит брови к переносице. Появившиеся морщинки никак не портят ее лицо.
Потеряшка запрокидывает голову и пытается разглядеть мое лицо. Чет достается ему в последнее время. Я, как и любой мужик, не особо загоняюсь по поводу шрамов, но такими темпами скоро реально буду похож на Франкенштейна.
— Тебе выписали какие-то таблетки? Мазь? — спрашивает тоном строгой училки.
Бля, а почему у меня встает-то от этого? Вообще свой член рядом с ней контролировать не могу.
— Да и да. Завтра куплю.
— Знаю я, как ты купишь. По пути сделаем остановку у аптеки.
— Да я говорю, завтра…
— Нет. Сегодня.
Мне становится смешно, а Агата надувается сильнее.
Ладно, придется думать о разлагающейся тухлятине с опарышами, чтобы вынести эту поездку на такси рядом с ней. Это будет нереально долго.
Когда машина подъезжает, я перекрываю малышке путь к переднему сиденью. Тупо встаю возле двери и не двигаюсь с места, пока Агата, забавно чертыхнувшись, не смиряется со своим положением.
Она сразу отодвигается на другой конец, а я залезаю следом и растягиваюсь спиной на сиденье. Голову кладу ей на колени.
— Ты ч-чего?
— Сидеть мне как-то пока не с руки, чудо. Сжалься над умирающим.
— Ты не умираешь, — цокает, а себе под нос тихо добавляет «придурок».
Я, по-моему, даже в какой-то момент отключаюсь, когда Агата явно по чистой случайности в момент задумчивости начинает своими пальчиками перебирать волосы. Реально выгляжу как ручной кот.
Вот так все и происходит. Сначала она, женщина в смысле, усыпляет твою бдительность, а потом ты очухиваешься, когда она уже сжимает твои яйца. И вообще не в приятном смысле.
В аптеку мы выбираемся вместе, потому что я не собираюсь отпускать Агату шастать одну по улице, когда там нихера не видно.
Она еще и расплатиться мне под руку лезет, господи ты боже мой.
— Неуместная благотворительность, детка.
К концу поездки меня окончательно размазывает. Чувствую себя так, будто по мне каток проехался.
Да, я бы точно проебался, если б рванул на разборки с Рузановым. Чую, меня бы первым ударом и вынесли. Так что тут отдельное спасибо Мирону за его самодеятельность, хоть я и злился поначалу за то, что он Агату дернул посреди ночи.
— Ты как? — она осторожно трогает меня за плечо, когда я откидываюсь на спинку и прикрываю глаза.
— В норме.
— Сможешь дойти до квартиры?
Тяну лыбу. Ну конечно же нет, малыш, без твоей помощи мне никуда.
Трясу головой в ответ, для убедительности прижимаю ладонь к пострадавшей стороне ребер.