Канашибари (СИ)

Ивасаки и Араи вмешались, когда не были обязаны этого делать. И сделали это явно не потому, что им хотелось подраться. Затем они поделились с нами самостоятельно заработанной едой…
Однако я все равно не могла ничего с собой поделать. Я не могла им доверять. Слишком свежи были воспоминания о «кэйдоро», слишком болезненна рана, оставленная в моей душе поступком Минори. А ведь ее я знала столько лет… Мы буквально выросли рядом.
Что уж говорить про нескольких незнакомцев.
Но я… хотела.
— Знаешь… я точно смогу начать доверять тебе не раньше, чем ты перестанешь называть меня «Химэ», — фыркнула я. Кадзуо усмехнулся.
Тяжелые мысли испортили настроение, которое неожиданно поднялось после болтовни Йоко и Ивасаки. Уютное тепло, окутавшее меня у костра, развеялось от холодного ночного воздуха.
Однако при этом в голове вспыхнуло множество вопросов. К Кадзуо. Раз уж он сам заговорил о доверии… пусть ответит хоть на некоторые из них.
— Тогда в матия, в наш… с Минори первый кайдан, почему ты сразу не сказал, что к чему? — я продолжала смотреть вперед, на дрожь фонарей вдалеке, но внимательно ждала ответа.
Кадзуо усмехнулся.
— Ты вечно задаешь странные вопросы. Могла бы придумать что-то поинтереснее, — он ненадолго замолчал. — Вспомни себя в тот момент. Когда только попала в это место и искала ответы. Те ответы, что устроили бы тебя. Неужели ты бы поверила в мои слова о ёкаях, кайданах и выживании? — он фыркнул.
— Нет, не поверила бы, — выдохнула я. Действительно, это было бы не просто странно — дико. Я не могла поверить в это даже после кайдана.
— А так вы, перед тем как привыкнуть к местным правилам, прошли страшную историю и получили свои омамори, чтобы не умереть. Три дня, чтобы более менее свыкнутся.
Я едва не приоткрыла рот от удивления. Даже не задумывалась об этом, но, действительно, мы бы погибли, если бы в тот вечер не стали участницами кайдана. Вернее… Минори погибла бы раньше. А я не выживала бы сейчас.
— Почему ты помог нам, почему спас меня от монстров, но позволил Саито погибнуть? — снова задала я вопрос. В моем тоне не было обвинения, как в тот день.
Краем глаза я заметила, что лицо Кадзуо на мгновение искривилось.
Пару мгновений он молчал, но затем медленно заговорил.
— Я не спасаю убийц и предателей. Более того, по возможности я избавляю от них это место. Чтобы в следующих кайданах они не убили еще больше людей.
Теперь я посмотрела прямо на Кадзуо, и в моем взгляде наверняка можно было заметить удивление.
Кадзуо приподнял бровь и скосил на меня глаза:
— Что? Чему ты так удивлена? Думала, мне нравится смотреть, как люди погибают?
— Нет, — я резко повернула голову обратно в сторону фонарей. — Не переоценивай себя, я о тебе вообще не думала. Были проблемы поважнее. Просто слабо верится.
Кадзуо фыркнул.
— Вспомни «кэйдоро». Думаешь, я не согласился присоединиться к команде «полицейских», когда меня в неё позвали, потому что мне наша так понравилась? Нет. Просто я собирался выиграть и не хотел приводить к победе команду убийц.
— Убийц?
— Шоичи и его друзья. Они в реальной жизни были бандой грабителей и, уверен, на их руках была кровь не одного человека. Конечно, жаль других, кто попал в команду «кэй» и проиграл, но уж лучше так, чем если бы вся команда «воров» проиграла, а такие, как Шоичи, выжили бы.
— Откуда ты про них знаешь? — я приподняла бровь.
Кадзуо некоторое время молчал, но, вздохнув, все таки ответил.
— Я работаю в прокуратуре. По крайней мере, работал там в прошлой жизни. И, несмотря на скромный стаж, знаю многих преступников. И узнал банду Шоичи.
Я была немного удивлена. Кадзуо впервые поделился со мной пусть и небольшими, но подробностями своей жизни. И почему-то от этого на душе стало чуть легче, однако я поспешила прогнать лишние мысли из головы.
Посмотрев на Кадзуо, я слегка улыбнулась. Заметив это, парень приподнял бровь:
— Что опять?
— Ты похож на прокурора. Наверняка у тебя в шкафу коллекция подобных костюмов, — моя улыбка стала чуть шире.
 
Кадзуо тоже слегка улыбнулся, и эта его улыбка уже не была холодной.
Я услышала, как голоса у костра смолкли, Араи и Йоко поднялись, чтобы пойти спасть. Ивасаки начал тушить костер.
Я развернулась, чтобы вернуться в палатку и попробовать наконец уснуть. И встретилась глазами с Кадзуо, который все это время наблюдал за мной. От неожиданности я остановилась.
Прошло несколько секунд, и я, наконец, отвела глаза и пошла дальше. Кадзуо схватил меня за запястье:
— Возвращаясь к началу разговора… Можешь никому не доверять. Но знай: если что, я тебя подстрахую.
Когда я развернулась, чтобы увидеть выражение лица Кадзуо, он уже отпустил мою руку и, развернувшись, пошёл в сторону своего спального мешка.
Я смотрела ему в спину, до сих пор чувствуя прикосновение ледяных пальцев к своему запястью. И не понимала: мне злиться, радоваться или насторожиться.
Встряхнув головой, я почти запрыгнула в палатку и, резкими движениями пытаясь расстегнуть замок, стиснула зубы. Когда молния, наконец, поддалась, я легла, однако сон все не шёл.
С новой силой нахлынули воспоминания о ночи в доме, полном ёкаев. Летающая голова, пытающаяся впиться мне в горло, изуродованное лицо Кучисаке-онны, держащей в руках острые ножницы, хищный оскал Дзёрогумо и стая ее пауков…
Меня передернуло. По коже пробежали мурашки. Я невольно огляделась, представляя, как сейчас в палатку влетит нукэкуби, чтобы закончить начатое.
Так ещё и Кадзуо со своим странным поведением. Я тяжело вздохнула. Здесь и так слишком сложно, слишком опасно. Зачем вести себя так и запутывать все ещё сильнее?
Укрывшись с головой, я зажмурилась и приказала себе успокоиться. Дышать ровно. Расслабиться. И ни о чем не думать.
Я услышала тихий шорох и едва не подскочила. Но это была Йоко. Практически не издавая звуков, она легла на своё место.
Не знаю, почему, но так мне стало спокойнее. Палатка была небольшой, и я ощущала присутствие Йоко, слышала ее ровное дыхание. И, успокоившись, наконец провалилась в сон.
  
Глава 14
 
過去
 
Вырвавшись из сна, я едва не вскрикнула, резко сев в своём спальном мешке. Противные щупальца кошмаров ещё не отпустили меня, и сердце продолжало бешено колотиться. Мысли путались, и я даже не могла толком вспомнить, что мне снилось, чтобы постараться успокоиться. Хотя утешение было бы слабым — кошмары вызвало не мое воображение и не просмотр фильма ужасов перед сном. Страшные сны были лишь отголоском кошмаров наяву.
Я зажмурилась и глубоко задышала. Не было ни малейшего желания снова ложиться спать. И оставаться в палатке — тоже. Мне стало душно в замкнутом пространстве, и я поспешила выбраться наружу. Но меня остановил голос Йоко.
— Хината?
Спросонья голос Йоко звучал слегка хрипло, девушка с трудом разомкнула глаза. Видимо, её кошмары не мучили. Или же необходимость восстановиться после болезни была сильнее.
— Прости, что разбудила, — тихо отозвалась я, ругая себя за эгоизм. Я даже забыла, что рядом кто-то был.
— Ничего, — Йоко зевнула. Её блестящие светлые локоны слегка спутались, а глаза покраснели, но даже так девушка была похожа на изящную фарфоровую куклу. Я невольно провела рукой по собственным волосам, боясь представить, как выгляжу со стороны.
Потянувшись, Йоко села и, быстро моргнув несколько раз, внимательно посмотрела на меня.
— Кошмары?
Её голос был серьезным, но при этом мягким. Я лишь кивнула и поспешила выбраться на свежий воздух.
Йоко, снова зевнув, вылезла из палатки вслед за мной.
Оглядевшись, я поняла, что было достаточно рано: солнце не успело далеко уйти от горизонта, а небо было бледным и ещё только наливалось красками.
Мы умылись росой, и я с глубоким сожалением подумала о зубной пасте и шампуне. Йоко помогла мне привести волосы в относительный порядок, а затем поправила и свои локоны.