Обычная магия 2 (СИ)
— Одна из девочек как-то порезалась. Ещё как-то у гостя кровь носом пошла. Вроде кровь больше не лилась…
— А что насчёт смертей?
— При мне тут никто не умирал! — воинственно встопорщил ухоженную бороду хозяин клуба.
— Отлично, — кивнул Бьёрн, — а до вас?
Виктор всплеснул татуированными руками и заходил из стороны в сторону.
— Вот именно этого я и боялся! Именно этого! — сокрушённо забормотал он. — Это призрак прежнего владельца, так ведь? Он ведь так не хотел продавать клуб, так не хотел уходить…
— Хм, давайте-ка поподробнее, — сказал Бьёрн.
Виктор вздохнул, прошёл за барную стойку и достал красивую бутылку с тёмной жидкостью. Предложил гостям, получил отказ, налил себе, но пить не стал. Принюхался, ещё раз вздохнул и сказал:
— Тут раньше был другой клуб, «Нирвана». Ну как — клуб, скорее сомнительная такая дискотека. Но хозяин «дискотеки», говорят, своё заведение нежно любил. Его тут удар и хватил во время прощальной вечеринки. Но это давно было, года два или три назад.
— Потом заведение работало?
Виктор покачал головой:
— Нет. После его смерти «Нирвану» закрыли, а потом наследники его продавали долго-долго. В прошлом году я здание купил. Ремонт сделал. Тут раньше знаете, какое уныние было? Без слёз не взглянешь! А теперь…
Бьёрн кивнул, прерывая словоохотливого клиента, и сказал:
— Ясно. А теперь выйдете, пожалуйста. И не входите, пока я не позову. И людям своим передайте: не входить. Посмотрим, что тут за «призрак».
Виктор залпом опустошил стакан, хотел сказать ещё что-то, но махнул рукой и удалился.
— Призраков же не бывает? — уточнил Руслан, глядя на закрывающуюся за клиентом дверь.
— Не бывает, — согласился Бьёрн. — Но что-то необычное тут точно случилось. Счас я кое-кого вызову, а ты молчи. Ни звука, ясно?
Руслан кивнул.
Наставник подошёл к большому зеркалу слева от барной стойки и постучал. Как в дверь.
Руслан с любопытством следил за Бьёрном, не зная, чего ждать.
Прошла минута. Другая. Не происходило ничего. Наставник снова постучал в зеркало и сказал:
— Я же знаю, что ты тут. Выходи.
Руслану показалось, что по всем зеркалам в зале словно рябь прошла. Как по воде. А потом в зеркале, возле которого стоял Бьёрн, показалась незнакомая фигура.
Светловолосый незнакомец был тощ и вызывающе разодет: белая куртка с меховым воротником, ультрамариновая водолазка, что там ниже, видно не было, но наверняка что-то столь же кричащее. У человека в зеркале были ярко-жёлтые глаза, пышная причёска и лицо без возраста: он то казался моложе Бьёрна, то выглядел старше Русланова отца.
Чем дольше Руслан смотрел в это зеркало, тем больше сомневался: а если это стройная женщина, а не тощий мужчина? Такая причёска, меховой воротник, кажется, подкрашенные глаза с неестественно длинными ресницами больше подходили женщине, чем мужчине.
— Дорогуша, — манерно проворковало отражение, — рады тебя видеть! Чем обязаны?
Отражение подмигнуло сначала Бьёрну, а потом и Руслану.
— А кто это тут у нас такой молоденький и хорошенький, а? — Руслана наградили игривой улыбкой и воздушным поцелуем. — И с такими интересными глазками…
— Ученик мой, и не притворяйся, что не знаешь, — пожал плечами Бьёрн. — Расскажи, что тут случилось и что ты тут делаешь? Тебе же полагается на проспектах жить и всё такое.
Существо в зеркале — однозначно не человек — пожало плечами, поправило мех, потом волосы и сказало:
— Где был миллион отражений, там мы, а тут — сам видишь, дорогуша, отражение на отражении! А что до того, что здесь было, так тебе же душка Виктор всё рассказал — мы слышали.
— Как с тобой тяжко, а, — вздохнул Бьёрн и медленно, почти по слогам произнёс:
— Почему тут люди по расписанию пьянеют?
Существо кокетливо улыбнулось и встряхнуло волосами.
— А что мне за это будет?
— Чего тебе надо? Только не наглей. Я и без тебя разберусь. Долго будет, это да, но разберусь.
— Ух, какой ты сердитый, дорогуша! — замеялось отражение. — Пусть вот твой мальчик нас поцелует, а?
Руслан смущённо покосился на наставника: целоваться с существом, да и вообще с кем-то, кроме Кобры, в его планы не входило.
— Не хочешь помогать — так и скажи, — пожал плечами Бьёрн. — Сказал же: сам разберусь.
Он отошёл к барной стойке, и существо шагнуло ближе, встревоженно вглядываясь в зеркало, как в окно.
— Эй, не уходи! Мы пошутили! Мы всё расскажем!
Бьёрн вернулся к зеркалу, и существо грустно-грустно вздохнуло, печально глядя на него из-под ресниц. Бьёрн не шелохнулся.
— Вот ничем тебя не пронять, — досадливо поморщилось существо. — Эх, давай как обычно. Хотим мартини!
Бьёрн с полминуты пристально смотрел на существо в зеркале, потом махнул рукой:
— Ладно. Рассказывай — будет тебе мартини.
— Сладкий, — жёлтые глаза уставились на Руслана, — подойди поближе.
Бьёрн хмыкнул, но подойти разрешил. Напомнил только, что нельзя разговаривать.
— Можно с нами разговаривать, можно! — очаровательно улыбнулось существо. — Только осторожно…
— Так, кончай трепаться — говори по делу, — повысил голос Бьёрн, и существо обиженно наморщило нос.
— Да что тут рассказывать? Пока прежний владелец тут обмывал закат своего клуба, к нему винный дух присосался. Они это дело любят, к пьяным прилипать. А владелец возьми да и умри! Человеческая смерть — дело такое… непростое. Винный дух силы получил немеряно, а заодно и последнее желание человека — «не хочу уходить отсюда!» Так что улететь из клуба не может, ума у винного нет, вот и повторяет этапы последней пьянки покойника. Десять — развеселиться, полночь — напиться, два часа — смерть. Ну, винный, сам знаешь, не злой и не слишком сильный, так что человеки не умирают, а так, отрубаются.
— Значит, двойного изгнания хватит, — задумчиво произнёс Бьёрн. — Хотя нет, лучше тройное… интересные дела случаются!
— Эй, наш мартини! Не забудь!
— Счас.
Бьёрн отошёл к бару, нашёл нужную бутылку, бокал.
— Оливку и зонтик не забудь! — крикнуло существо.
— Оливок тут нет, — отозвался Бьёрн. — Зонтик ты поищи, ученик.
Руслан отошёл от зеркала и вскоре обнаружил упаковку коктейльных зонтиков. Протянул наставнику. Тот надорвал пачку, вытащил фиолетовый в розовых лепестках зонтик и сунул в бокал.
— Ещё лимонный сок капни. И нужна трубочка.
— Обойдёшься, — фыркнул Бьёрн.
Существо почти прижалось носом к зеркальной поверхности в ожидании Бьёрна. Он подошёл к зеркалу и медленно-медленно, по глотку, начал пить. Существо непостижимым образом взяло бокал у отражения Бьёрна и тоже с явным наслаждением принялось за напиток.
— Ах, хорошо! Ещё хотим! Ещё!
— Хватит. Всё, кыш отсюда — счас будем изгнание проводить!
Существо показало Бьёрну язык, послало Руслану очередной воздушный поцелуй и исчезло.
Руслан посмотрел вопросительно, и наставник кивнул:
— Всё, можешь говорить. Опережая твой вопрос — это зеркальщик. Разговаривать с ним сможешь попозже. Пока он тебя в зеркала собирает. Ну, копит информацию. И, кстати, не вздумай с ним вежливость разводить. Он — кривое зеркало: если ты с ним церемонишься, он наглеет. А если грубишь ему, он может и помочь.
— А почему он о себе говорит «мы»?
— Он и есть «они», на самом деле. Все отражения: волосы от одного человека, нос от другого, шуба от третьего. Глаза только свои. Наверное. Во всяком случае всегда одинаковые, жёлтые.
Бьёрн поставил бокал на стойку и недовольно проворчал:
— Вот гадость! Придётся ещё и стоимость бутылки из оплаты вычитать! Ладно, давай-ка работать.
Вдвоём они быстро покрыли зал десятками удвоенных знаков изгнания. Потом Бьёрн встал у барной стойки, а Руслану велел встать напротив.
— Синхронно создаём знак. Вот такой, — наставник начертил несложную фигуру из трёх элементов. — На счёт «три». Раз! Два! Три!
Одинаковые знаки засветились перед Бьёрном и Русланом, отразились в сотнях зеркал и залили зал нестерпимым светом. Руслан зажмурил левый глаз — и сияние стало выносимым.