Обычная магия 2 (СИ)
— И что это может быть? Так, тут налево или направо поворачиваем?
— Налево, вон до той многоэтажки. А кто его знает, что это такое. На самом деле будить человека по расписанию много что может, но у всех тварей, о которых я знаю, ещё и спецэффекты имеются. Подменщик, например, заставляет человека вставать рано-рано, делать кучу дел, быть ужасно эффективным, а через пару-тройку недель жертва самоубивается. Или утряницы: игривые бестии, будят людей часов в пять-шесть и заставляют до изнеможения сексом заниматься. Будильщик ужасы насылает. А клиенты говорят, что ни эффективности, ни сексуальности, ни ужасов не заметили. Всё, пришли.
Бьёрн позвонил в домофон. Ему тут же ответил встревоженный женский голос:
— Это вы?
— Да, я. Бьёрн.
Домофон запищал, и они вошли в подъезд.
— Так, судя по нумерации, нам на двенадцатый этаж. Поехали-ка на лифте.
Дом был старым, но лифт работал удивительно исправно: не грохотал, не дрожал, грозясь застрять, а то и вовсе рухнуть. И пахло в нём прилично.
На нужном этаже приоткрылась дверь, из квартиры выглянула молодая женщина с короткими светлыми волосами и поманила их к себе.
Едва они вошли в тесную прихожую, им под ноги бросилась крупная чёрная кошка.
— Ой, закрывайте двери, а то Маркиза выскочит!
Руслан захлопнул дверь, и кошка, подняв голову, посмотрела на него с укором.
— Вот и Маркиза чует, что у нас нечисто, — всхлипнула хозяйка квартиры, кутаясь в просторное цветастое платье, похожее на простынь с вырезами для рук и головы. — Всё пытается убежать! А раньше смирная была.
Никакой жути в квартире Руслан не ощутил, но женщина выглядела действительно измождённой и напуганной. Круги под глазами, тусклый взгляд, бледная кожа. На фоне розового платья в алых цветах она выглядела совсем блёкло.
Из-за спины женщины опасливо выглянула маленькая девочка и тихонько спросила:
— Вы будете буку ловить?
— Если есть бука — поймаем, — кивнул Бьёрн. — Так, идёмте в спальню.
Женщина повела их за собой, по пути вздыхая, что вот и дочка всего теперь боится, и кошка убежать норовит, и она сама скоро с ума сойдёт. Девочка захныкала. Кошка попыталась поймать шнурок Бьёрна.
Наставник подхватил кошку и устроил на руках.
— Дамочка, вы ребёнка сами-то не пугайте. И, кстати, Маркиза ваша — Маркиз. И в подъезд рвётся скорее всего по любви.
Бьёрн гладил кота, и тот мурчал, довольно прищурив глаза.
— Правда? — удивилась женщина. — А мы кошечку брали…
Маркиз покосился на неё. Насмешливо, как показалось Руслану.
— Вот тут мы с мужем спим. Он сейчас на работе.
Небольшая светлая спальня. Бежевые с золотом обои. Золотистые шторы. Керамические горшки с фиалками, алоэ и незнакомыми Руслану растениями. Растения, кстати, яркие, бодрые — не похоже, что тут есть что-то злое.
Бьёрн поставил кота на пол и велел женщине выйти и увести ребёнка. Прикрыл за ними дверь.
— Вроде как всё чисто, — сказал Руслан. — Вон какая зелень на окне.
— Ага. Но проверить надо.
Бьёрн взялся чертить в воздухе знаки. Те, мягко светясь, тут же гасли. Наставник заглянул под кровать и в шкаф, придирчиво изучил подушки, ощупав их и проверив знаками.
Потом заглянул в горшки с зеленью, под матрас, за шкаф. В тумбочку у кровати, за штору. Но нигде не обнаружил ничего подозрительного.
За окном вдруг затренькала птичка. Руслан невольно прислушался к её щебетанию: точно не синица, не воробей, не зяблик. Подошёл к окну и выглянул. На внешнем подоконнике, водоотливе, за стеклом сидела сине-зелёная птичка. Полупрозрачная, но очень яркая.
— Этот чижик-пыжик тут что, поселился? — спросил Бьёрн. — Счас проверим. Давай-ка горшки уберём.
Они составили горшки на пол, открыли окно. Наставник опасно свесился с подоконника, потом повернулся посмотрел по сторонам, наверх и сказал:
— Точно! Вон там у неё гнездо.
Бьёрн отошёл от окна.
— Тут всё ясно: птичка рано утром просыпается и свиристит. А люди во сне к некоторым существам более восприимчивы, чем наяву, — вот и будит их чижик-пыжик.
Руслан высунулся в окно и тоже заметил гнездо, похожее на ласточкино. Птичка летала вокруг него и пела, а из гнезда слышалось тихое попискивание.
— Всё, рисуем отгоняющий знак над верхней рамой — и по домам.
— Тогда птица не вернётся?
— Ну да, так отгоняющие знаки и работают, — хмыкнул Бьёрн.
— Но там же птенцы, — возразил Руслан, перестав разглядывать гнездо. — Они погибнут.
Он отшагнул от окна, стараясь не наступить на какой-нибудь горшок, и посмотрел на наставника.
Бьёрн вернулся к окну, прислушался.
— Точно, пищат.
— Нельзя же просто отогнать от них мать и оставить умирать.
Бьёрн прищурился и сказал:
— Ладно. Давай думай тогда, как этих птиц спасать.
— Так, а они выживут, если гнездо перенести?
— Конечно.
— Просто у обычных птиц, насколько я знаю, бывает так, что мать бросает гнездо, если его, яйца или птенцов люди трогали.
— Не, для многих существ люди ничего не значат. Ну что, придумал?
— Может, вызвать спасателей? Среди них ведь есть видящие?
— Э нет, ученик, спасатели не обязаны спасать котиков и птенчиков. Это как скорую из-за занозы вызывать. Взялся помогать этим птицам — помогай сам. Думай.
Руслану на секунду стало обидно: он тут за птенцов переживает, а наставник ему претензии предъявляет, как будто он какими-то глупостями занимается. Но на самом деле он прав. Нельзя же просто перевесить ответственность на других. То есть иногда можно и даже нужно, но иногда нужно думать самому. Так, наверное, и становятся самостоятельными.
— Так, если мы… я гнездо сниму, то можно его как-то прикрепить на дерево в парке?
— Можно. Как клей из волшебных травок сварить, я расскажу.
— Хорошо. Птичка и её дети не ядовиты? Ну, не опасны чем-то кроме пения?
— Нет.
— Ещё лучше.
Руслан задумался. Решать задачу с птицами оказалось одновременно волнительно и интересно. С одной стороны, к счастью, никаких монстров и убийц, а с другой — жизнь живого существа на кону. Даже целого семейства существ.
— Так, ну лестницу на двенадцатый этаж не протянешь… а что, если ты меня поддержишь, а я высунусь и сниму это гнездо?
— А что, если я тебя не удержу — и ты грохнешься? Тем более — гнездо высоко, чтобы достать, надо встать в полный рост.
Руслан покосился на окно. Стоять в полный рост на водоотливе — рискованное дело. Он скользкий и узкий.
Стоп, рядом же балкон! Если встать на балконные перила, то можно дотянуться: гнездо висит ближе к балкону, чем к углу дома.
— Можно забраться на балкон и встать…
— Он же остеклённый.
— Стекло можно снять! Хозяйка наверняка согласится, если ей сказать, что так нужно для… для дела!
— Ладно, я специалисту позвоню. Стекло, кстати, не только снять, но и на место вернуть надо будет. А это денег стоит. И побольше, чем нам тут заплатят. Готов раскошелиться?
— Конечно!
Бьёрн кому-то позвонил, потом переговорил с хозяйкой, заверив её, что они разберутся, а пока ей лучше взять дочку и погулять — благо погода прекрасная.
— Возвращайтесь часа через три. Всё будет отлично.
Женщина согласилась. Её дочка уточнила, точно ли они поймают буку, который пугает маму с папой, и, получив утвердительный ответ, ушла собираться на прогулку.
— Так, ну вот снимут там стекло, что дальше?
— Дальше нужна страховка! Как у альпинистов. Счас я посмотрю в интернете, где её можно купить…
— Разоришься ты на этом заказе, — фыркнул Бьёрн. — А надо уметь все имеющиеся ресурсы использовать! У тебя какие ресурсы есть кроме дара и денег?
— Ммм… ты?
Бьёрн рассмеялся:
— Неплохо, неплохо! Я имел в виду знакомства. Надо позвонить знакомым и уточнить, нет ли у кого нужного снаряжения. Ты спроси у Славика, у Регины, у Демона. Я тоже кое-кому позвоню.
Через двадцать минут, когда пришли мастера снимать стекло, у Руслана и Бьёрна было три варианта, у кого взять снаряжение. Выбор пал на Демонова приятеля, который жил сравнительно близко и был готов приехать со снарягой, если Бьёрн ему потом организует защитные знаки на это самое снаряжение.