Последняя из рода Леер - 3 (СИ)

— Нет, — усмехнулся он.
— Значит, титул?
— Не помешало бы.
— А если я предложу вам более высокий титул в своей стране, намного более высокий, чем вы можете получить здесь?
— В вашей стране? — снова усмехнулся он, и на этот раз в этом смехе ей почудилась насмешка, — Мне казалось, Мория ваша страна.
— Так и есть. Но и Эления мне не чужая, и я готова предложить вам титул графа там.
— В обмен на что?
— В обмен на ваш проигрыш сегодня Темному рыцарю, — ответила Мила.
Их прервали. Внезапное появление короля заставило мысленно простонать.
— Простите, я не испортил ваши планы, дорогая?
— Ну что вы, — ответила она и позволила себя обнять за талию. Белый рыцарь сразу отошел, чем и воспользовался Лестар, встав напротив нее.
— Ищите новую жертву на сегодняшнюю ночь? — съязвил он, но она была так поглощена мыслями, что мало того, что не расслышала его слов, так и не обратила внимания на то, как напряженно он за ней наблюдает, — Дорогая, вы в порядке?
— Что? — не поняла принцесса и наконец посмотрела на мужа.
— Ничего, — ответил он, — Думал, приду сюда, и вы пожелаете мне удачи.
— Удачи.
— Интересно, почему вы так хотели, чтобы я проиграл сегодня? — внезапно растеряв весь свой холодный и невозмутимый вид, проговорил он. Почти прошептал, а пальцы впились в ее плечи, а потом разжались, и король улыбнулся, — Может, именно поэтому вы пришли ко мне ночью. И стонали от наслаждения, и желания, и экстаза — для чего? Кого вы хотели спасти?
Она задрожала. Он понял. Все узнал. И что теперь будет? Темница? Обвинение в предательстве? Что?
Спросить она не успела. Громкий звук труб объявил о скором начале последнего этапа, и рыцари поспешили к выходу.
Она только успела коснуться руки Белого рыцаря и попросить одними глазами о том, о чем они говорили, но за своими мыслями не заметила, какая ненависть сейчас снедала этого мужчину и какая боль. Услышать те слова короля, прочувствовать их и понять, что она… Это было похоже на изощренную пытку, на самый страшный удар, подобный смерти. Поэтому он не думал сейчас, отметая голос разума, выжигая все чувства, чтобы потом посмотреть, как она задохнется от своей собственной боли.
* * *
Все те же трубы возвестили о начале боя. Противники пока присматривались друг к другу. Кружили по периметру, нападали, встречая глухую оборону, и тут же отступали, чтобы самим испытать на себе силу удара противника. Милава часто видела эти игры — во дворце отца, в академии, здесь, но никогда не любила даже смотреть. И уж тем более не хотела участвовать. Ее друзья, напротив, с жадностью и упоением следили за каждым движением противников, даже Жанна. А Майк так вообще принялся полушепотом комментировать все происходящее. Но сегодня она и сама смотрела не отрываясь только на одного рыцаря. На которого они все сделали ставку, а еще молилась, чтобы Белый рыцарь внял ее просьбе и проиграл. Впрочем, сегодня он и без ее вмешательства мог проиграть, и Темный оказался не таким уж слабым противником. Он медленно и верно загонял белого в угол, заставлял ошибаться. А потом ее отвлек радостный крик в сетке, где сражался король, поэтому она пропустила, как белый провел молниеносный прием, отсекая, тем самым единственный шанс Милы на победу. Жанна застыла, впрочем, как и Майк, а Белый развернулся к ним и издевательски поклонился, наблюдая как бледнеет королева, как застилает пелена ярости ее глаза, как ногти впиваются в ладони, малейшие детали и как она встает и идет к выходу, вместе со своими спутниками.
А потом он обернулся на поверженного противника и с удивлением узнал в нем Артура Марании. Своего друга — мятежника. Впрочем, не он один. Король тоже заметил и отдал приказ немедленно схватить мужчину. А потом посмотрел на ложу и Белый рыцарь содрогнулся от ярости, пылавшей в его глазах.
Он ворвался в ее покои и не обращая внимания на присутствующих в комнате, схватил за плечи. Майк среагировал мгновенно и буквально оттащил короля от принцессы. И получил в ответ огненный заряд. Жанна мгновенно бросилась на помощь другу и окатила пылающий костюм водой из кувшина. А потом развернулась и вытащила нож, чтобы в следующую секунду пустить его в ход, бросив чуть левее короля. Задеть его не было ее целью, но вот отвлечь от шокированной принцессы, заставить обратить на себя внимание… У нее получилось. Он обратил, а потом заговорил:
 
— Нападение на королевскую особу в данной стране карается смертью.
— Я не являюсь подданной вашей страны, и как телохранитель обязана защищать принцессу, даже от вас.
Он промолчал, но судя по виду, немного успокоился.
— Хорошо. Оставьте нас.
Наконец Мила отмерла и кивнула, давая знак своим друзьям уйти. И как только за ними закрылась дверь, она снова оказалась в железной хватке короля.
— Артур Марани, серьезно? Ты хотела этим турниром вернуть его к власти?
— Если бы он победил, то ты не смог бы посадить его и отнять титул, как сделал в прошлый раз.
— А сейчас он в тюрьме. По твоей милости, между прочим. И я задам вопрос — на что ты готова, чтобы вытащить его оттуда? — и то, с каким превосходством и желанием он в этот момент на нее смотрел, то, как раздел и обласкал взглядом, заставило ее окончательно проснуться и сделать то, что давно собиралась. Она ударила его. Сильно, с чувством, а потом замахнулась снова, но на этот раз он перехватил руку.
— Скажу яснее. Я выпущу твоего… друга из тюрьмы, а ты будешь оказывать мне некоторые услуги.
— Я не шлюха.
— Дааа! А вчера мне так не показалось.
— Ненавижу.
— И ненависть можно превратить в страсть, — ответил он и поцеловал, только на этот раз она не дала своему предательскому телу поддаться. Больше нет.
— Дрянь, — прорычал он, когда она прокусила его губу. А потом вытерла губы тыльной стороной ладони.
— Принцесса Элиани никогда не будет подчиняться такому подонку, как ты.
— Однако спать с таким подонком принцесса Элиани себе позволяет.
— И будет жалеть об этом до конца жизни. Впрочем, об этом глупом эпизоде лучше вообще не вспоминать, потому что не стоит он того. Ты не даришь даже десятой доли наслаждения, что дарил он.
В следующий момент он ее ударил так, что она пошатнулась, но устояла и с новым вызовом уставилась на него.
— С меня хватит. Я разрываю контракт.
— Тогда Марани умрет.
— Это был его выбор. И он знал, на что шел. А шантажировать себя я больше не позволю.
— Если ты уйдешь, Эления утонет в войне, — новая угроза, новый шантаж. Он понимал, прекрасно осознавал, как низко пал. Готов был почти умолять, угрожать всем и всему, но одного не мог сделать. Отпустить. Пусть ненавидит, кричит, шипит и считает чудовищем, пусть холодная и безразличная, пусть не с ним, но рядом. На расстоянии прикосновения.
— Думаешь, я эти полтора года в игрушки играла? Или нарядами занималась? У тебя свои союзники, а у меня свои. Даже если эльфы пойдут за тобой, за мной встанет Адеон. Теперь уже встанет.
— Из-за твоего друга Акрона? — усмехнулся он.
Она и сама не знала, почему Адеон изменил решение. И да, приезд Акрона вселил в нее уверенность, но решение поддержать ее они приняли сами. И эту загадку ей еще предстояло разгадать.
— Я не так беззащитна, как ты думал.
— А вот я беззащитен, — прошептал он едва слышно, но она разобрала, — Ты переиграла меня сегодня. Но это еще не конец войны.
— Ох, я и не сомневаюсь в этом, — ответила она, наблюдая, как он покидает ее комнату.
Через секунду в комнату вошли Майк и Жанна, а она едва успела отвернуться, чтобы друзья не заметили, как горит щека. Она заморозила воду в миске, которой обтирала расцарапанные руки, завернула в салфетку и приложила кусочек к щеке, чтобы через минуту повернуться к друзьям более-менее нормальной.
— Что он сделал?
— Угрожал, впрочем, как всегда. Думаю, пришло время выручать нашего друга.
— Когда?
— Завтра. Во время боя короля и этого проклятого Белого рыцаря. Пусть они поубивают друг друга. А я буду наслаждаться видом. Мятежники будут готовы к тому времени?