Полудержавный властелин (СИ)

Я же, пользуясь статусом главы государства, велел расстелить на пригорке кошму, да и залег на нее, оставшись в одной рубахе и наслаждаясь летним солнышком. Лежал, смотрел на ловцов в речной долине и вяло прикидывал, насколько можно сократить персонал великокняжеской охоты без умаления чести. По всему выходило, что хрен, по статусу положено держать и псарей, и сокольничих и бог весть еще кого. Ладно, может, Юрка с Ванькой охотниками вырастут — им достанется.
А в низине шла охота в полный рост — из кречатни, где в плетеных клетках сидели соколы, их по одному выносили на свет и пускали на дичь. Цапель кречеты били в угон — просто догоняли на одной высоте. С гусями-лебедями посложнее, кречет уходил вверх как реактивный истребитель, что называется «на хвосте», там кружил и, завидя цель, издавал боевой крик или даже вопль. Звук высокий настолько, что бил он по нервам, как электрический разряд. А сокол камнем кидался вниз.
И весь бомонд бурно обсуждал — послушна ли птица, хорошо ли выучена, быстро ли возвращается на перчатку… Тонкостей в этом деле столько, что если заниматься всерьез, нужно бросать все остальное, так что я лучше на кошме полежу.
Хренушки, не дали мне раслабиться и отдохнуть — прискакал из Москвы гонец с письмами. Мы, князья, конечно, народ работящий, но что ему стоило подзадержаться на часок-другой? Совсем не дают главе государства отдохнуть!
Сверху лежало известие о прибытии, наконец, псковских мастеров, отряженных строить каменный Кремль. Кирпича мы после завершения соборов накопили немало, начнем со стены, что вдоль Торга, а дальше по способности. Заодно познакомлю псковичей с каменщиками, вывезенными по моему заказу тезиками из персидских земель. Тамошние специалисты умеют делать большие своды и даже купола, вот пусть пскопских и научат. Практика показывает, что взаимообогащение технологий — вещь не только нужная, но и полезная.
А вот какой гад Шемякино письмо в общую сумку запихнул? Сказано же настрого — письма от соправителя вне всякой очереди и в первую голову! Слабенький у нас еще госаппарат, прямо как птица еж — пока не пнешь, не летает.
Дима писал и напрямую, и нашим кодом, чтобы я повременил с ударом на Новгород. Нет, сил заведомо хватит, сомнений в исходе столкновения у него нет, но война — это потери, а ему каждый опытный человек сейчас нужен. Даже несмотря на то, что сумел настоящей диверсией извести половину польского командования, давят ляхи неслабо. Наемников-то со всей Европы набрали.
Так что крестный брат предлагает не дергаться, а действовать по давно задуманному — готовить аферу с пушниной. Его люди на Волхове уже получили указания, разумеется, не детальные, а так, отдельные задачи. Все секретно настолько, что даже если они все соберутся в кучу и сложат свои предписания — ну выйдет, что великие князья пушнину скупают, так мы ее всегда скупали.
Над долиной кругами ходил сокол, а внизу свистели и кричали.
Я приложил руку к глазам — ну да, вон, собаки подняли пару лебедей, а кречету хоть бы хны. Так и кружил, пока его на перчатку не позвали, потом неторопливо спустился и позволил себя наклобучить.
А следующий сокол взвился вверх и почти сразу азартно бросился вниз, углядев цель еще до того, как ее вспугнули псы. И, похоже, двумя ставками подбил обоих лебедей — охотники радостно загомонили и немедля поскакали к добыче.
Только двое сокольников, постарше и совсем молодой, мальчишка еще, ехали мимо меня к обозу.
— Эх, Данша, какой кречет был! Загубил, как есть загубил! — горестно выговаривал старший.
— Да как же, дяденька Бутак Егорыч? — оправдывался младший. — Как родного лелеял, кормил…
— Вот и перекормил, — строго перебил старший, — зачем ему дичь, коли ты его кормишь? Эх, какой сокол был, а из-за тебя, балбеса, ленивый стал, с жиру сгорел…
Старый сокольник разочарованно махнул рукой, а я, наоборот, развеселился. С жиру сгорел! Это ж точно как про Новгород сказано!
  
Глава 18. Источник знаний
 
— Па-а-аберегись!
 
— Государь, на тебя бочку катят!
Скала прянул от крика в сторону и двое взмокших мужиков прогнали по громыхающему настилу здоровенную бочку, изо всех сил не давая сбиться ей с пути.
Всюду знаки.
Мы свою бочку тоже катим и не дай бог, кто подвернется некстати.
— Бойся!
На этот раз тащили тесаные лесины. Стройка, куда деваться.
Звучно влипают в древесную мякоть топоры, летит земля с лопат, довольно ухают собранные на городовое дело мужики — Кремль строят!
Сразу за копошащимися в будущем рве землекопами шумит и кипит зажатый стройкой и посадом Торг.
— Княже, — скинул шапку попавшийся навстречу Гришка Кривой Кошель.
— Как дела, Григорий?
Его аж скривило, как от лимона:
— Не дай Бог! Суета, толкотня, кажен ден покражи, свары меж торговыми, драки! Того и гляди, большое непотребие выйдет!
— Потерпи, скоро стену выведут, закончатся твои мучения.
— Дай-то Бог, дай-то Бог, — все также пессимистично ответил Кошель. — Вот если бы Торг малость раздвинуть…
Я посмотрел вокруг. А ведь здравая идея, все равно от стен посад двигать надо, предполье очищать.
— Скажу на Думе, пусть обмыслят.
Кошель не успел даже толком поклониться — в устье Дмитриевской улицы вскипела колгота и Григорий, скликая послужильцев, ринулся сквозь толпу наводить порядок.
В Кремль меня занесло буквально на минуту, так-то я предпочитал сидеть на загородном дворе, поближе к Яузскому городку, но сегодня надо было распорядиться насчет книг. Стройка дело такое, народу много, стружек еще больше, как ни берегись от огня, есть здоровенный шанс, что все полыхнет. Вот я и эвакуировал книги — часть уже перевезли в терема на Кулишках, а самые древние отправили в Калязин. Там уже поставили (и довольно быстро) каменную книжную палату, в которой отбывал срок Исидор и куда понемногу свозили старые тома. Знания да сведения в них, так скажем, не сильно актуальные, а порой и вовсе мифологические, но вот ценность для будущих веков немалая и я поставил себе задачу среди прочего сохранить их, не дать сгинуть в огне войн и пожаров. Ради чего палату в Калязине выстроили в три этажа — третий заполнили просушенным мелким песком. А полы устроили разъемными, чтобы при пожаре можно было выбить клинья и обрушить всю массу песка вниз, на книжные сундуки. Ну да, не шибко для пергаментов полезно, но все же не прямой контакт с огнем — лучше книги откопать да отчистить, чем плакать над горелыми обрывками.
Исидору я прямо сказал — можешь книги перебирать, переписывать, вот тебе целый штат помощников, но за каждую утраченную спрошу, как с понимающего. А коли в пожаре погибнут, так вообще шкуру спущу, чтоб было на чем новые писать.
Исидор проникся. Вообще, все дворские, ближники и прочий окружающий меня люд твердо знали, что ежели у обычного народа лихоманки тоже обычные — ну там, Огнея, Трясея, да Корчея, то у великого князя еще и Либерея, которая пострашнее прочих. И что за небрежное обращение с книгами можно выхватить куда больше, чем за невычищенного коня или помятый опашень.
Так что пусть экс-митрополит сидит на волжском бережку и хранит раритеты. А нам сейчас другие книги нужны. Педагогика, химия, военное дело, строительство, мало ли. И самая главная — «Где взять денег?», бестселлер всех времен и народов.
Причем часть этого вполне может написать Дима, но я и азбуку из него буквально клещами вытягивал. Понятно, что у него война на руках, но мы же кладезь знаний и, что даже важнее, носители радикально иных подходов. Научный метод, вот это вот все, а не «Бог дал, бог взял». Хотя знания наши и подходы ну очень сильно впереди планеты всей.
И получается парадокс — знаю я, скажем, про легированные стали. И что легировать их можно хромом, никелем, кобальтом и бог еще знает чем. И как мне это знание донести до исполнителей? «Хром» да «никель» тут не более, чем набор звуков, непонятные слова, а как их сделать понятными, если я в геологии ни ухом, ни рылом?