Попадос (СИ)

— А тебе, Ежи, — перебил его я, — мы подарим несколько поджопников, краски и бумагу. И неделю без сладкого. А если ты еще раз захочешь испортить фотографию, то следующее наказание будет серьезнее. Наааамного серьезнее. Ты должен помнить, если тебе хочется порисовать — бери бумагу и рисуй на ней.
Ежи забрался отцу на ручки, как скалолаз, и стыдливо уткнулся ему в грудь, пряча лицо.
— Сынок, что ты опять натворил? — мягко спросил его Мэд.
— Я хотел к твоему приезду подарить тебе картину, отец.
Мэд укоризненно посмотрел на меня, выражая взглядом — «ну как можно его наказывать за такое?». Но когда мы дошли до разрисованной фотографии и Мэд увидел художества, Ежи на руки пришлось брать мне и в срочном порядке искать папу, чтобы он занял сына на время.
Течка требовала уединиться, а ребенка одного нельзя было оставлять ни на минутку.
Папа нашелся в теплице — он так увлекся моим выращиванием растений, фруктов, кофе, что почти все свое время отдавал этому хобби, если не был занят внуком. Он неожиданно оказался отличным руководителем, чем значительно освободил мои руки, время и голову.
Ежи кинулся к нему, обнимая за ноги, радуясь, как будто не виделись неделю.
— Серхио, мы с тобой сегодня посадим в нашем парке несколько растений, а потом попробуем новое варенье из аберкосов.
Ежи закивал головой, доверчиво беря за ручку деда и уводя подальше от меня.
— Фигушки, дорогие мои. Ежи, что я сказал про неделю без сладкого?
Сын тяжело вздохнул, опустил голову и признался:
— Дедуля, я к приезду отца хотел нарисовать картину, как он привез свои сперматозоиды и подарил их папе, и у нас родился братик и мы все будем вместе каждый день.
Мы с дедом переглянулись, закатив глаза оба.
— Это Лиам тебе рассказал, детка?
— Ага. А ему папа. У него в животике уже есть братик, а у моего папочки только какашки. — И Ежи хлюпнул носом и заплакал, утыкаясь в деда лицом.
— А пойдем прямо сейчас кушать варенье из аберкосов, милый? Надо подсластить немного настроение. Папа же нам разрешит, буквально по ложечке. Да, Лиатт?
Я подошел к рыженькой копии, присел на корточки и погладил его по волосам, серьезно глядя в глаза.
— Милый, обязательно у тебя будет родной братик, только надо подождать. Это как Новый год с подарками. Каждый день не интересно. Понимаешь?
Ежи обнял меня и радостно вздохнул:
 — Я подожду, папочка!
Торопясь добраться в спальню, я в коридоре встретил Риона. По жаре он ходил с коротким рукавом, видно было, что бдсмные практики они с Мелли не прекратили.
— Передай Мелли, пусть аккуратнее объясняет Лиаму происхождение видов. А то с него станется и показать. Теперь Ежи трясет отца за сперматозоиды. Не представляю, что будет следующим этапом.
Рион засмеялся и повел носом:
 — О, к Мэду торопишься? Правильно. Только еще секундочку подожди, почему Сержи называет тебя «мапа»? Давно хотел спросить, да как-то не получалось.
— Я учил называть меня «мама», а Мэд учил «скажи папа, па-па», и первое слово было «мапа». Теперь так и зовет. Ну, я побежал. Поцелуй Лиама от меня, а Мельке дай подсрачник, чтобы раньше времени не учил ребенка всякому.
Рион захохотал:
 — Обязательно передам! Удачно провести время!
Вбегая в нашу с Мэдди спальню на всех парах, я застал его у коробочки с презервативами.
— А как же обещание Ежику подарить братика, Мэдди?
Мэд развернул в пальцах знакомые пластиковые прямоугольники, как карты, в количестве двух штук:
— Беременным на Землю лететь не стоит. Подождет немножко Ежик. Да, милый?