Дебют (СИ)

Я вдруг заметил, что у Иосифа Виссарионовича Джугашвили хмурый вид. Я хотел было спросить, чем он недоволен, но тот меня опередил.
— Ваше императорское величество, — произнёс он. — Вот вы норвежцам кислород перекрыли, а вы забываете, что они-то в основном с Архангельской губернией контактируют. И тем самым вы не только норвежцев наказываете, вы весь мой регион наказываете. Там ведь безработица начнётся. На одних только судоремонтных верфях больше пяти тысяч человек работают. Куда им подаваться, чем им семьи кормить свои? Да и продажи сырья и леса неплохо регион кормили.
— Ну а что вы предлагаете? — спросил я. — Спустить всё на тормозах? Позволить норвежцам и дальше вести с нами работу, ожидая очередного покушения?
— Ваше императорское вещество. Позвольте, я иной вариант предложу.
— Так предлагайте, — произнёс я. — Мы поэтому здесь и собрались, чтобы формировать правильные решения.
— Видите ли, я вам говорил в прошлый раз, что из Польши и Прибалтики следует перенести некоторое производство. Я тут провёл анализ и вижу, что некоторые машиностроительные заводы и предприятия по переработке металла неплохо бы перенести к нам в Архангельск. Тем самым мы и людей работой обеспечим, и престиж района поднимем. Да и у норвежцев будет больше мотивации скорее с нами отношения наладить. Опять же металл у нас на Кольском хороший добывается. Кроме того, зачем этот металл возить через всю Россию, когда можно наладить переработку и производство оружия и техники прямо там, чтобы было предприятие полного цикла. Это решит массу проблем. Кроме того, как я знаю, к списанию планируются винтовки Арисака. А это ведь неплохое оружие. Просто патронов у нас под них нет. Так мы сможем и здесь производство наладить.
Хм-м, интересно…
— Это же переучивать сколько людей придётся! — встрял Кутепов.
— А зачем переучивать? — возразил я. — Отправить же из Польши и Прибалтики людей в Архангельск.
— Да, условия там будут совсем не курортные, — хмыкнул Мезинцев.
— Не курортные, — согласился я. — Так мы им и жалование повысим. Думаю, они гораздо охотнее побегут. Опять же, кто-то согласится, кто-то не согласится. Таким образом, мы закроем вопрос безработицы в Архангельске. Местные обучатся и тоже станут специалистами. Я думаю, что всё дело займёт… Сколько, по прикидкам, займут все эти мероприятия? Как считаете, господа?
— Пять лет максимум, — заявил Джугашвили. — Это крайний срок. Но я считаю, что мы за три года сможем уложиться.
Очень знакомые заявления. И что-то мне подсказывает, что обещания будут исполнены.
— В Архангельской губернии, — произнёс Джугашвили, — проживает более пять миллионов человек.
На этом моменте я сам опешил. Такие данные не поднимал, но уверен на сто процентов, что это в несколько раз больше, чем в двадцать первом веке. Хотя, чего тут удивляться? В России этого мира и людей живёт в три раза больше.
— Небольшая безработица и сейчас есть, — продолжил он. — Но вот после вашего указа, боюсь, как бы процентов тридцать людей работы не лишилось.
В одном месте прибудет, в другом убудет.
— Ваше императорское величество, — вдруг произнёс Кутепов. — А как быть с производствами в Польше и Прибалтике, которые мы уже переносим в Архангельск?
— Как-как… Пускай тоже работают. Нам не помешает производство и там, и там. Не будем же мы замораживать теперь всё. К тому же постараемся сделать без лишней шумихи. Незачем заставлять Европу суетиться.
— Тоже верно, — исполняющий обязанности военного министра Шилов.
— Начать бы, правда, стоит не со строительства предприятий, а со строительства жилья для рабочих, лавки, больницы и все прочее, что для людей нужно, — добавил Джугашвили.
— Далеко идущие у вас планы, — хмыкнул я. Слова инфраструктура еще нет, но Джугашвили прав.
— Ну а как же, всё для людей. Когда у людей есть крыша над головой и еда, то и работа быстрее спорится, и цели быстрее достигаются. А коли приедут, как голытьба, так и будет всё в беспорядке, через одно место.
— Вы ведь уже не губернатор Архангельской губернии, — усмехнулся Кутепов.
 
— А я своих не забываю, — парировал Джугашвили. — Может, я больше и не губернатор, но не привык на свою работу плевать. Я очень много сил и души вложил в то, чтобы этот регион был одним из лучших в России. Так с чего вы решили, что я забуду о своей цели, став председателем Кабинета министров?
— А кто же за это всё платить будет? — задал вопрос Кутепов.
— Регион наш, довольно богатый, — заявил Джугашвили, видимо его задели расспросы министра.
— Государство тоже частично поучаствует, — добавил я.
— Благодарю вас, — кивнул Иосиф Виссарионович. — При поддержке государства мы сможем обеспечить достаточное финансирование для скачкообразного роста. А коли сомневаетесь, рекомендую посетить Архангельскую губернию. Уверен, вы будете очень удивлены, — заявил Джугашвили. Ваше императорское величество, знаю, что это уже не мой дом, но всё равно в гости вас приглашаю. Буду рад, если вы посетите те места, и с удовольствием составлю вам компанию, и проведу хорошую экскурсию.
Заманчивое предложение, и возможно я им даже воспользуюсь.
— Не плохо бы вам и на Урал съездить, — добавил Говоров Леонид Александрович. Он ещё не принял дела, так как только сегодня прибыл ко двору, но я предложил ему поучаствовать в сегодняшнем совещании. — Проинспектировать производство танков. Там много чего любопытного, и есть на что посмотреть.
А это тоже хорошая идея, — подумал я. Мой дядя был танкистом. И при том, что увлечённым танкистом. Он с детства любил танки и сам по распределению напросился в танковые войска. Знал о строении танков столько, что и в энциклопедиях столько не вычитаешь. А ведь я кое-что даже помню. И особенно хитрые инженерные решения, применяемые как российскими, так и зарубежными инженерами. Неплохо бы и вправду съездить, посмотреть, как работают, да пару дельных советов конструкторам дать. Конечно, Т-34 нам не создать — как минимум металла нужного нет. Суть в том, что просто нет такой надобности. Так-то Т-34 создавался для противодействия немецким танкам. А здесь ещё не знают танковых боев. Да и тех ошибок нет, на которых учились русские инженеры и танкисты еще не совершено. Даже удивительно, что такой термин как танк вообще здесь встречается. Ну ничего,, предложение дельное и, думаю, им стоит воспользоваться.
Помнится, первая необходимость в танках появилась для того, чтобы прорываться через укрепление и колючую проволоку. Пехота-то прорвать не могла, а бронированная машина проходила через все эти укрепления, как горячий нож сквозь масло. И даже крепости им были ни по чем. Англичане, которые спонсировали в те времена и русских и французов, и стали пострелять те самые танки, для того чтобы закрепить успех Франции. А дальше эту разработку подхватили уже все, кто занимался развитием боевой техники, в том числе и мы. А сейчас нам надо укрепляться и идти вперёд прогресса. Потому что стоит зазеваться и военный прогресс других стран может больно ударить по нам. Да так, что мы и не очухаемся потом.
По итогам совещания я попросил задержаться Мезинцева и Джугашвили. Собственно, от Мезинцева мне были интересны доклады по Замятину и другим расследованиям. А вот Джугашвили я хотел познакомить с начальником КГБ. Как-никак председатель кабинета министров должен быть в курсе всех дел, в том числе и щекотливых. И если кто-то из министров окажется недобросовестным или ненадёжным, Джугашвили должен одним из первых об этом узнать, и думаю это будет правильно. В том числе, он сможет быстрее принять нужные решения или отсечь нежелательного субъекта, пока тот не успеет серьёзно навредить.
— Иосиф Виссарионович, я не особо пока что афиширую весь перечень задач, которые исполняет Владимир Викторович, — произнёс я. — Но думаю, что вам это будет необходимо знать и очень полезно. А как минимум те аспекты, которые касаются внутреннего состава.
— Это интересно, — ответил Джугашвили.