Дебют (СИ)
Да знаю я историю строительства храма святой Софии! Может, не во всех деталях, о которых мне хочет поведать экскурсовод (я их все равно не запомню), но в общих чертах помню неплохо. Вологда, по тем временам, один из богатейших городов России, потому что через него шли торговые пути из Архангельска (а это морская торговля с Европой) и из Сибири. Из Англии нам везли ткани, из Франции вина, оружие, зато из Сибири шла пушнина. А пушнина в те времена, это все равно, что нефть и газ в мое время.
И Кремль в Вологде должен был стать больше, чем в Москве. И стал он больше, с крепкими стенами — где деревянными, а где кирпичными. И башни Одна беда, что кроме стен крепость сильна людьми. Вот, люди-то и оплошали во время Смуты. А когда поляки в 1612 году подошли к стенам Вологды, а воеводы и войско оказались пьяными, то даже штурма не понадобилось! Ляхи вошли, практически, без боя, а потом три дня грабили город и насиловали женщин. Даже грустная присказка появилась: «Пропили Вологду воеводы!».
А ведь в том же году похожий отряд поляков пытался захватить Устюжну. А этот город, бывший раза в два меньше Вологды, не имевший оборонительных сооружений, умудрился отбиться и так накостылять супостатам, что те долго удирали.
— А вы знаете, что Вологда чуть столицей не стала? — не унимался юноша.
— Именно так, — кивнул я, соглашаясь с гидом, хотя и знал, что Иван Грозный не собирался переносить столицу. Просто Вологда оказалась ближе к северному порту. Есть версия, что Иван Васильевич просил политическое убежище у англичан. Правда, большинство историков в эту версию не верит.
— Да-да… Но этому помешали обстоятельства. Когда царь вошел в собор…
— Но стать столицей помешало то, что, когда царь вошел в еще недостроенный храм, ему на голову упала плинфа. Государь тогда крепко осерчал. Но это, молодой человек, лишь легенда, не подтвержденная фактами.
Я поискал глазами губернатора. Тот, уже сообразив, что императора не очень интересует древняя история, оттирал плечом настырного экскурсовода. Как губернатора-то зовут? Фамилия Коновалов. А, вспомнил.
— Федор Яковлевич, не обижайтесь, — улыбнулся я. — Прошу прощения, но я очень люблю Вологду, знаком с ее историей. Даже знаю, что ваш город ровесник Москвы. Но скажите вашему экскурсоводу — если бы плинфа упала на голову царю, то она пробила бы не только шапку, но и саму голову. А причиной отъезда государя стало моровое поветрие тысяча пятьсот семьдесят первого года. Давайте-ка лучше начнем торжественную службу.
Несправедливо с моей стороны торопить людей. Они же хотят принять государя по полной программе. Но увы, времени у меня на это нет. А что подумают — их трудности.
Глава 12. Институт прикладной климатологии
Наконец я добрался в Главный институт погоды Российской империи. Вероятно — здешний вариант нашего Гидрометрцентра. На самом деле, изначально я обратил на него внимание благодаря господину Титову. Тот предложил вывести институт из подчинения будущего министерства просвещения (пока прогнозы погоды тоже в ведение МВД) и перевести его в ведение своего кабинета. Точнее — моего кабинета, императорского. Странно. Обычно, камергер старался избавиться от всего лишнего, а здесь сам предлагает. Может, есть смысл? Хотя, есть что-то забавное, что прогнозы числятся по линии внутренних дел. Но для начала выкрою пару часов, навещу ГИП РИ, благо, он находится на Невском, недалеко от Аничкова дворца.
Пока ехал до института, в голове крутилась песня из одного старого кинофильма, который нравился моим родителям.
У природы нет плохой погоды
Каждая погода благодать
Дождь ли снег, любое время года
Надо благодарно принимать.
Встретили его императорское величество с приличествующим его положению радушием, но и с растерянностью. Выяснилось, что до сих пор никто из августейших особо, а также членов их семей, не выказывал интереса в погоде и ее прогнозированию, за исключением, понятное дело, пустяков — как бы одеться на пикник, а стоит ли нынче отправляться на увеселительную прогулку по Финскому заливу? У меня же к метеорологам имелись более важные вопросы.
Директор института — Илья Ефроимович Кибаль, мне понравился. Довольно-таки молод, лет под сорок, но скорее, ещё моложе, потому что возраста добавляла наметившаяся лысина. Скорее — тридцать пять или тридцать семь лет. Мне уже говорили, что Кибаль защитил докторскую диссертацию по физике не то в двадцать семь, не то в двадцать девять лет. Даже по меркам моей реальности это рано, а здесь и подавно. Впрочем, наверняка кто-то защищал диссертации и раньше. Был у меня приятель, защитивший кандидатскую в двадцать три, что по европейским меркам сразу же делало его «доктором философии». Кандидаты наук, насколько помню, имеются только у нас, да на Украине.
А вот разговор у нас не пошел. Когда речь шла о современных задачах Главного института погоды, господин Кибаль был на высоте. Рассказывал мне о задачах его ведомства, о том, какое значение для экономики имеет информирование о фактической и ожидаемой гидрометеорологической обстановке, о её влиянии на выполнение специальных задач в зоне чрезвычайных ситуаций, использование технических средств; предупреждение и оповещение об опасных и особо опасных гидрометеорологических явлениях.
Но когда я заговорил о возможности ученых влиять на погоду, господин Кибаль сразу же скуксился.
— Ваше величество, я считаю, что мы не имеем права вмешиваться в погоду. Изучать, исследовать погодные условия, климат — это необходимо!
— А чем плохо, предположим, отогнать грозовую тучу накануне праздничного мероприятия? Вон, в прошлом году, когда во Франции праздновали День взятия Бастилии, такой дождь шел, что Сена из берегов вышла. Но река-то как вышла, так и обратно ушла, а праздник людям испортили. Или, напротив, создать условия, при которых в безоблачном небе появятся облака, а потом прольется дождь? Понимаю, мероприятия могут и подождать, их можно отменить, а вот как быть с сельским хозяйством? Ежегодно четвертая часть полей в нашей стране испытывает засуху. Только пшеницы с рожью гибнет на тысячи пудов. А засуха — это удар по нашей экономике. Еще хорошо, что сейчас государство может себе позволить поддержать аграриев. А что было лет сорок-пятьдесят назад? От голода умирали целыми деревнями. Подсчитано, что голод в российской империи случался каждые семь лет.
К счастью, в этой истории не было голода в Поволжье, скосившего около пяти миллионов человек. Нет, засуха-то была, но коли здесь не случилась гражданская война, то людям смогли помочь.
— Я понимаю, что вы руководствуетесь благими намереньями, ваше величество, как и положено государю, — вздохнул Кибаль и замолк, посматривая на меня взором мудрого столетнего старца, все постигшего и искушенного.
— Я знаю, чем вымощена дорога в ад, Илья Ефроимович, — сухо отозвался я и спросил. — Поверьте, даже лучше, нежели вы. Верите? Вот и славно. Но что вы можете мне сказать об отрицательных последствиях влияния человека на погоду? Понимаю, что если над Самарской губернией прольется рукотворный дождь, то где-нибудь в Симбирской будет засуха?
— Что-то в этом роде, — отозвался директор ГИН. — Я считаю, что вначале следует изучить все риски, связанные с изменением климата, а уже потом попытаться подменять собой Всевышнего.
— Всевышнего мы с вами все равно не сумеем подменить, можно даже и не пытаться, — мягко сказал я. — Но где гарантия, что доктор Кибаль не окажется в той же ситуации, что и Дмитрий Иванович Менделеев?
— В какой ситуации? — не враз и понял Кибаль, потом вспомнил. — Вы имеете в виду, что Менделеев отрицал явление радиоактивности?
— Именно так, — ответил я, а потом чуть не брякнул — мол, радиоактивность-то великий химик отрицал, зато потом один из радиоактивных элементов Периодической таблицы, получил название менделевий. Не уверен, что менделевий уже открыт.
— Можно ведь дойти до абсурда, — сказал я довольно нейтрально, хотя хотел сказать — до маразма. — Ведь человек, самим фактом собственного существования уже влияет на природу. Ни одно живое существо не приносит столько вреда, сколько человек, верно? Так почему же господь бог, или природа, до сих пор не уничтожили человечество? Не станем вдаваться в длительные дискуссии, я бы с удовольствием вас послушал, но мало времени. Скажу попросту. Мы существуем либо по милости Господа, либо потому, что природа в виде человека создала для себя некую защиту. Кто знает, не придет ли нашествие зеленых человечков из космоса? Или боевых треножников, как у Уэллса. Кто тогда защитит природу, Землю? Согласны со мной?