Дебют (СИ)

Мало кто знает, что англичане «открыли» путь в Московию, разыскивая проход в Индию. Неважно, в какую именно. А что еще оставалось делать будущей «королеве морей», если испанцы и португальцы, с подачи Римского папы, поделили весь мир? Тягаться с могущественными морскими державами Англия ещё не могла — аглицкие суда, застигнутые у берегов Африки или Индии, испанцы и португальцы топили безжалостно. Поэтому пришлось искать альтернативные пути. И вот, отважный капитан Ричард Ченслер вместе с двумя другими мореплавателями, отыскивая Северо-восточный проход, отправился в далекое ледяное море. Увы, плавание оказалось трудным. На двух кораблях команды погибли от холода и цинги, зато сам Ченслер, пройдя Белое море, вышел к устью Северной Двины и, к своему удивлению, обнаружил не диких туземцев, одетых в шкуры, а монастырь и крестьянские деревушки. А дальше, проигнорировав запреты местной администрации, Ченслер рванул прямиком в Москву, где царь Иван Васильевич по прозвищу Грозный удостоил капитана аудиенцией и дал ему грамоту на право вести торговлю.
А потом было триумфальное возвращение в Англию, создание Московской компании, хартия от королевы на право монопольной торговли с Россией. И вот, Ченслер опять возвращается в Москву, где получает от Ивана Грозного право на беспошлинную торговлю (думал ли Иоанн Васильевич, сколько денег он потеряет?), ряд других привилегий.
В обратный путь Ченслер забирает воск, пушнину, войлок и канатную пряжу, так необходимую молодому английскому флоту. Всего товаров на двадцать тысяч фунтов стерлингов. В переводе на русские деньги это составляло двести тысяч рублей, а сколько это на деньги моего мира (хоть того, а хоть этого).
Кроме товаров в Англию отправляется и русский посол Осип Непея, которому было поручено установить дипломатические отношения с королевой.
Русский посланник сумел добраться до Лондона, а вот Ченслеру не повезло — корабль попал в шторм и все товары, с частью экипажа и капитаном, ушли на дно.
Но дело Ченслера не погибло. Московская компания имела не один корабль и скоро в Московию отправились иные моряки и купцы.
Торговля, тем более беспошлинная — сплошная выгода. Да и английский флот нуждался в канатах, парусах, ворвани. Англичане получали пеньку, лен, строили близ Холмогор и Вологды собственные мануфактуры по производству канатов, по дешёвке скупали рыбу, кожи и бивни моржей. Московская английская компания приносила баснословные прибыли, уступающие, разве что, ост-индской компании. Но английские купцы — люди мудрые. Зачем платить за то, что можно получать бесплатно?
И тут, на радость Англии, в России случилась Смута, когда на престол входили либо непопулярные цари, либо самозванцы, либо трон вообще пустовал.
И вот, английский король Яков, «радея» о русском народе, отправляет в Архангельск корабли с наемниками и двумя вице-королями. Их задача — захватить (нет, не так — взять под покровительство) Поморье, а потом продвинуться до Волги.
Но пока английские корабли собирались в путь, плыли суровыми северными морями, изменилась политическая ситуация в России. На престол был избран мой предок — Михаил Романов, а князь Пожарский, получив откуда-то сведения о намерениях англичан, отправляет в Михайло-Архангельский монастырь отряд стрельцов с пушками.
Увы и ах, бедные англичане. Когда они подходили к монастырю, их уже торжественно встречали и стрельцы с зажженными фитилями, и пушки, что «ласково» посматривали на корабли.
Но англичане не были бы англичанами, если бы не умели делать умную и обиженную морду, если что-то пошло не так. Так вот и здесь — вице-короли объявили, что они являются посланниками от короля, что прибыли просто поздравить Романова с избранием на престол. А то, что они собирались захватить чужое, так это поклеп. Торговать! И, будьте добры, подтвердите право беспошлинной торговли, данное Иваном Грозным. Вы же русские, значит, свое слово обязаны держать.
Интересно, не пошла ли английская русофобия, самая сильная в мире, именно от обид, что причинили наши предки Англии? Как же, испортили им игру, а все выглядело так красиво.
 
* * *
Спустя несколько часов обсуждений, мне удалось убедить Иосифа Виссарионовича не показывать мне все достижения и достопримечательности Архангельска, а ограничиться только самыми знаменательными на его взгляд и интересными. И, несмотря на это, программа всё равно была довольно плотной и насыщенной. Предстояло много чего посмотреть и много куда съездить.
Первым делом, как ни странно, мы отправились на одну из плавучих рыбоперерабатывающих баз, куда нас доставили из порта на небольшом судёнышке. Плавучая база поражала масштабами, по крайней мере для этого периода времени. Её впору было спутать с авианосцем, которые ещё не успели изобрести в этом времени.
— Вот, Ваше Императорское Величество, рыбу доставляют прямиком на базу, а потом рыболовецкие суда сразу же уходят продолжать лов, практически без отрыва от работы.
Он показал и вправду удобные мостки для приёма и перегрузки сетей с рыбой. Как раз в этот момент один из небольших судов прибыл и перегружал улов.
— Вот, сейчас разгрузят, и снова в море, чтобы без отрыва от производства, — пояснил Джугашвили.
— А в порт им не надо? —удивился я.
— А зачем время тратить без необходимости. Корабль в ремонте не нуждается, команда готова продолжать работу.
— И правда, интересно, — кивнул я. — А как же снабжение? Что же они совсем не отдыхают, ничего не едят?
— Ну как же, отдыхают они на кораблях, там вполне удобные каюты. Что касаемо продовольствия, так они его получают прямо с базы.
— С базы, — удивился я. — А на базе продовольствие откуда?
— Так небольшие баржи курсируют от порта к базе, перебрасывая готовую продукцию, консервы и мороженую рыбу с икрой в порты. А обратно везут как раз продовольствие и всё необходимое: сети, некоторые инструменты и запчасти.
— Очень любопытно. Хорошо всё организовано, чувствуется рука профессионала, — похвалил я.
Тем временем рабочие выгружали из сетей рыбу.
— Сейчас вот ловится сёмга и горбуша, как раз сезон, скоро на нерест пойдёт, и у рыбы полные брюшины икры. Также беломорская сельдь, вот, и камбала с окунем вылавливаются, — похвалился он.
— Замечательно. Хорошо у вас всё организовано, — с одобрением посмотрел я на Джугашвили. — Особенно интересно поставили на поток беспрерывную работу.
— А у нас выхода особо нету, — пожал плечами Джугашвили. — Они работают до прекращения логистики. Когда море льдом покрывается, лова почти что и нет. Температура до минус сорока доходит, там не то что рыбу ловить, на улицу выходить опасно.
Меня ещё поводили по базе, показали, как живут работники. Каюты были небольшие, но вполне удобные. Оценил и рабочее пространство, на удивление всё было чисто и аккуратно. Понаблюдал как перерабатывают рыбу, заготавливая консервы и рыбу в заморозку.
Нам в качестве подарка выдали с собой пять отборных тушек сёмги и бак с десятью литрами икры. Всё это должны будут поставить на наш стол сегодня в качестве ужина.
Следующим по программе был непосредственно порт. Логично было бы начать с него, но Джугашвили решил показывать именно в такой последовательности.
— Торговля сейчас, несмотря на эмбарго с норвежцами, идёт полным ходом. К нам сейчас британцы и за консервами, и за рыбой приезжают, и за деревянными изделиями, за той же щепой и опилками. Причём, как мне уже доложили, оборот по закупкам англичан значительно вырос.
— Ага, — ухмыльнулся я. Видимо, они это всё потом норвежцам и перепродают втридорога. Не удивлюсь, если уже сейчас увеличилось количество иностранных кораблей в наших водах, аккурат на количество норвежских судов, которым перекрыли дорогу.
— Ещё, между прочим, поставляется вологодский лён, как для своих потребностей, но в основном выкупается англичанами. Большие силы положены в создание береговой охраны. Ведётся постоянная борьба с браконьерами. Притом что русские браконьеры составляют едва ли пятьдесят процентов. В основном и норвежцев хватает, и англичан.