Дебют (СИ)

Похоже, настало время принять какое-то решение по отношению к Марине. Возможно, это тот самый момент, когда следует разделить ситуацию и эмоции. Душой и сердцем я, естественно, хочу быть только с Мариной, и больше ни с кем. Вот только есть ещё один нюанс.
В поездке у меня было время подумать, и я понимаю, что я бы хотел быть всё-таки не с Мариной из этого мира — молодой, прекрасной, жизнерадостной и энергичной, а с той Мариной, которая провожала меня когда-то в мой последний путь, с которой у нас двое детей. Да и по детям я соскучился. А эта Марина хоть и прекрасна, и вызывает только самые тёплые чувства, но не сможет стать заменой моей настоящей семьи. Это лишь сублимация, попытка заглушить боль утраты. Да и что уж говорить? Чувство вины, которое подспудно снедало меня всё это время. Я ведь жив и здоров, даже смерть и попадание в другой мир не избавляет меня от ответственности за то, что я оставил жену с двумя детьми без мужа и кормильца. И раз уж так получилось, надо признать перед самим собой эту вину и научиться с этим как-то жить.
Изменить-то я ничего не смогу, а вот навредить делу, тем самым усугубив и так непростую ситуацию — запросто. И если я поддамся эмоциям и найду какой-то способ жениться на Марине, тем самым я загублю куда более важное дело. Я просто нанесу вред своей империи, а также имени рода Романовых. Вряд ли императору простят женитьбу на простолюдинке, какой бы хорошей и доброй она не была. Поэтому отбрасываем эмоции и смотрим в будущее. А здравый смысл требует задаться вопросом и найти такую невесту, которая максимально усилит позиции империи и позволит создать дипломатические отношения с такой державой, союз с которой заставит тысячу раз подумать врагов Империи: а стоит ли вообще сюда соваться? Такие дела.
Будто услышав мои мысли, ко мне в кабинет без всякого стука и приличий, чеканя шаг, вошла матушка. Гневный взгляд Ольги Николаевны не сулил мне ничего хорошего. И что-то мне подсказывало, я знаю причину её не самого благостного настроения.
— Александр, потрудитесь объясниться! — рявкнула она с порога.
— Объясниться? В чём же вам требуется мои объяснения? Кажется, у нас с вами абсолютно нет никаких секретов.
— Мне тоже так казалось, — гневно прогромыхала Ольга Николаевна. — Однако, мне доложили, что заплаканная Эдита Мария пакует вещи. А ещё мне доложили, что она планирует в срочном порядке покинуть Россию. И что-то мне подсказывает, а сейчас, видя ваше благостное лицо, я в этом уже и не сомневаюсь, что вы приложили к этому руку! Я хочу знать, что произошло. Эдита-Мария — хорошая невеста, и союз Баварии усилил бы…
— Матушка, — перебил я Ольгу Николаевну, — поверьте, всё происходит так, как и должно, — ответил я.
— Я хочу знать причину! Что вы наговорили этой бедной девушке? Быть может, для вас это пустое. Или вы думаете, что вы сможете сослаться на ветер в голове, но речь не идёт об амурных отношениях между подростками. Вы как-никак император. А значит, разрыв отношений может повлечь за собой очень тяжёлые последствия. — продолжила поучать меня матушка.
— Ольга Николаевна, эти вопросы не обсуждаются. — добавив твёрдости в голос, произнёс я. — Есть веская причина. И уж поверьте, сама Эдита Мария заинтересована в том, чтобы о причинах её отъезда не узнал никто, в том числе и вы.
Я говорил это спокойным тоном, глядя в лицо императрицы. А сам представил ситуацию, когда Великая Княгиня, узнав о причинах, по которым я отправил свою несостоявшуюся принцессу домой, Ольга Николаевна вдруг разъярится и сама станет махать шашкой. Что-то мне подсказывает, что матушка обязательно устроит международный скандал. Но здесь такой случай, что лучше помалкивать. Я, разумеется, могу устроить грандиозный скандал, испортить девице репутацию, только зачем? Так что, я на самом деле поступил благородно и великодушно, позволив им просто уйти. Уж надеюсь, что на это им хватит мозгов, и они не выдумают никакой пакости, иначе ответка им очень не понравится.
Видимо великая княгиня увидела что-то в моих глазах, потому как весь её гневный настрой мигом испарился.
 
Простите, ваше величество, — произнесла матушка. Вздохнув, добавила. — Александр… Саша, прости меня… 
Вот, так уже лучше.
— Ольга Николаевна, вы лучше расскажите, как продвигается организация медицинского учреждения, — попросил я.
Матушка, под моим взглядом, окончательно успокоилась и задумалась. Видимо, решила, что со мной и вправду лучше не спорить. И раз уж я сделал такой шаг, то этому есть причины, и довольно веские. Поэтому она поддержала смену темы и принялась рассказывать.
В больнице уже подготовили четыре палаты. Было завезено оборудование и необходимые медикаменты. Палаты были уже заселены, причём одна из них, самая маленькая, была выделена для наследника. Его тайно перевезли неделю назад, глубокой ночью. Матушка присутствовала при этом и всё контролировала. Марина, которая на удивление стала хорошей подругой для императрицы, даже несмотря на своё происхождение, всё это время оказывала Великой Княгине неоценимую поддержку. А та позволила ей ухаживать за Александром и, как оказалось, сейчас почти никому больше и не доверяла больше уход за моим двойником, кроме как этой девушке. А та, к слову, обнаружила некую развивающуюся патологию, которая могла бы привести к смерти Александра через несколько месяцев. Однако благодаря Марине удалось купировать стремительно развивающуюся болезнь.
— Эх, Александр, Александр… — вздохнула Ольга Николаевна. — Не думала, что когда-нибудь скажу это, но я вас очень понимаю. Марина весьма славная девушка, в такую трудно не влюбиться.
— Эх, — в тон матушке, тяжело вздохнул я.
Что ж она мне душу-то бередит. Только я думал о том, что в интересах империи не поддерживать с Мариной контакт, как Ольга Николаевна решила мне её расхвалить.
— И что, благословите меня на свадьбу с ней? — усмехнулся я.
— Александр, Александр… — качнула головой она. — Ты ведь и сам всё понимаешь. Не суждено вам быть вместе. По крайней мере, на законных основаниях, — пронесла она, искоса взглянув на меня. — Она чудесная девушка и не только внешне. Я уж в людях научилась разбираться со временем. Она будет хорошей женой… Только не тебе. И с этим придётся смириться. А твоё решение поддержать её и помочь сделать хорошую карьеру я поддерживаю и сама приложу к этому усилия. Уверена, что в её лице Российская империя обрела ценнейшего специалиста. К слову, она пару раз обмолвилась о Павле и о том, как мой Сашенька похож на некоего Павла Кутафьева. — С этими словами она взглянула на меня. И меня это, признаться, удивило.
— Ты ведь сказал, что тебя зовут Александр?
— Да, меня и вправду зовут Александр, — кивнул я.
— Ну, видишь ли, я провела некое расследование. Тут не было трудностей, чтобы узнать, кто является двойником моего сына, надо было всего-то отыскать некрологи за тот период, когда ты появился при дворе. Павел Кутафьев и вправду подошёл по возрасту. Да и на фотографии выглядел так, будто живой Сашенька. А дальше я сделала пару телефонных звонков, вот и все.
— Но, судьба, в лице вашего венценосного отца, распорядилась так, чтобы эта роль досталась мне. И, смею вас заверить, меня и вправду зовут Александр. Так тоже сложилось по воле судьбы. Боюсь, я не могу раскрыть вам всех своих тайн, но уверяю — Николай Александрович знал, что делал, и знал, кого именно выбрать на место будущего наследника.
— В этом я не сомневаюсь, — хмуро произнесла Ольга Николаевна.
— И всё же, из уважения к вам, приоткрою кое-что, — произнёс я. — Те видения, о которых вы мне рассказывали когда-то, вполне могли состояться, если бы не дар Николая Александровича. И уж поверьте, всё, что происходило и происходит, позволило России миновать страшную судьбу. И я уж постараюсь, чтобы тенденция продолжилась и чтобы Российская Федерация была сильнейшим государством мира, а не плелась в хвосте.
— Российская Федерация? — переспросила матушка, нахмурившись.
— Я оговорился. Российская империя, конечно же.