Система: Империя нового мира (СИ)
Определенно, я частично угадал. Видя, что я никак не реагирую на нее, Маша приподняла бровь и повторила свое имя еще раз. И кажется, люди, которые были ближе всех к нам, также удивленно пялились на меня.
Однако, мне было начхать.
— Любопытно, — тихо пробормотала на, — Такой сильный, и, одновременно, жалкий.
Ее слова не задели меня.
— Хотя нет, не жалкий, — она встала, — Набиваешь себе цену? Достойно. Ты многого стоишь. Каждая из нас, кто находится с тобой в одном помещении, готова лечь под тебя, только бы быть под твоей защитой. Подумай над этим.
— Если подумать, — я подал голос, — Во мне больше человеческого, чем в вас всех.
Мои слова заставили ее вновь сесть рядом.
— Почему это?
— Ты предлагаешь свое тело взамен на защиту — это мелочно, хоть это и способ выжить. Но, во мне больше человеческого, чем в тебе. Я не хочу принимать твое предложение, не из-за того, что мне это неинтересно, а потому — что это низко. Даже по меркам нового мира.
— Ты хорошо подумал? — она, кажется, заулыбалась.
Не оттого ли это, что я с ней вообще поддержал разговор?
— Хорошо, — улыбнулся в ответ я.
В ее глазах промелькнула искорка, и меня осенило.
Кажется, я понял, что мне нужно делать!
Эпизод 26
* * *
Одаренные начали гнуть свою линию.
Во-первых, власть была за Катей и Лизой, которые, на удивление очень быстро спелись. Во-вторых, на их стороне был Виктор. А вот сами правила, которые они напридумывали, пока я разговаривал с Анной… были…
Ну, так скажем, не самый «сок». Хотя, если отбросить всю человечность.
Новенькая Маша, кстати, тоже плясала под их дудочку, но никто не знал и не догадывался, откуда она появилась и какие цели преследует.
Я вернулся ровно в тот момент, когда у самой дальней стены склада — кашеварили. На удивление, запах еды был отменным. Меня взбесило только одно — открытое окно.
Не знаю, могут ли медленные ориентироваться на подобный запах, но, если да… ветер разнесет его по округе. Нет, бесспорно, мы справимся, но у нас «Неделя Оборотней».
«Словно Герои меча и Магии, а не постапокалипсис вокруг», — промелькнуло в голове, вспомнив слова Анны.
— Не понимаю, для чего она крутилась рядом с ним? — Одаренная Маша, злобно пялилась на свою теску, жалуясь Жанне, — Ты видела, как она улыбалась?
— Уже жалеешь, что пропустила ее мимо себя? — ее подруга догадывалась, что перед ней разворачивается очевидная сцена ревности.
— Ты только посмотри, как он кокетничает и улыбается. Чувствует, сучка, где ей будет безопасно!
— Думаешь, — Жанна положила ей руку на плечо, пытаясь успокоить, — Другие бы не поступили так же?
Девчонки посмотрели на новенькую, которая перемешивала «ужин» большим половником в походной, двадцатилитровой кастрюле, и Маша не выдержала:
— Им же было сказано, готовить на парковке! А она, сука, — встала, озлобленно косясь на «обычную», — Еще и окно открыла!
— Сядь, — жалобный голос Жанны, кажется, никак не повлиял на решение.
Маша, верной походкой направилась к поварихе, и остановившись около котла, прошипела той что-то. Самого диалога Жанна не слышала, но шум, который поднялся, привлёк ненужное внимание.
До меня же долетел обрывок фразы:
—… доиграешься. Но я не думаю, что Андрей — тот человек, с которым можно играть.
* * *
— Значит, слушай сюда, сука, — Одаренная, не понимая, что происходит, замерла, и только и могла, что, разговаривать, — Если с Андреем что-то случится я…
Девушка с белыми волосами лишь улыбнулась, что раззадорило Одаренную еще сильнее.
— Я тебя… — начала была она и получила полбу поварешкой.
— Закрой свою варежку, бездарная, — «необычная» злобно сузила глаза, — Я запрещаю тебе говорить о том, что ты только что испытала и то, что ты сейчас могла понять. Заключаю это время — Узами Крови.
Маша пискнула от боли. Ей почудилось, будто в ее крови что-то изменилось, отчего сердце стало более тяжело прогонять кровь. А вот когда она было хотела закричать об опасности, то поняла, что и слова сказать об этом не может.
«Что же ты за тварь такая?»
* * *
Алиса хихикнула, когда увидела удар поварешкой, и поставила ставку на то, что гитаристка сейчас убьет обычную. Но прогадала. Одаренная белая как мел, ушла туда, откуда пришла, в уголок, где ее ожидала Жанна.
Собственно говоря, мы, так ничего и не поняли. Я почему-то тоже был уверен, что сейчас начнется какая-нибудь жесть.
Новые законы, которые нахлынули потоком возмущения на помещение склада и подземной парковки, вызвали в моей голове лишь пофигизм.
Выжившие возмущались разделением, а я, мысленно. Его поддерживал.
Суть была вот в чем. Понятное дело, что крупы, макароны, сухие завтраки — распределялись между всеми. Это был — вполне восполняемый запас, и долгохранящийся, а вот все мясные продукты…
В общем, те, кто ходил — добывать еду, те это ели. А те, кто отсиживался здесь, на правах «короля», мол, несите и кормите, те сосали лапу. Что-то в этом мне нравилось, что-то нет.
Под этот новый закон попадали абсолютно все, и не имело значения, был по вторую сторону недовольных калека, старик, или нежелающий рисковать своей задницей.
Одной из первых возмутилась училка, чьих школьников мы вытащили из школы, где я чуть не лишился головы и получил откат иммунитета.
Она требовала поделиться тушёнкой, которую варила новенькая Маша. Та же, под командованием Кати и Виктора, навалила огромные порции Одаренным, и десятку людей, кто ходил в магазин через два дома от торгового центра.
Кстати, расточение запасов было слишком огромным.
«Это она всю кастрюлю тушняком заполнила?…издец!»
А затем обратил внимание, что принесли на склад «повара» с парковки. Переваренные макароны, с морковью и луком. Тоже еда, между прочим. Но толпа, которая была у входа на склад и на самом складе, как бы…
Тонко намекала, что неплохо бы порцию разбавить половником «мясного».
— Да как так можно, — страсти накалялись, и возмущенные начали подавать голос, — Мы же все люди!
— Хочешь вкусно кушать? — Катя говорила на повышенных тонах, — Нужно ходить и добывать, а не жопу просиживать!
«Что-то она слишком дохрена команд выдает, и выражается как-то по-идиотски, словно школьник у власти», — подумал я, и Анна, которая нарисовалась за спиной, пробормотала:
— Естественный отбор. Тебе ли не все равно? Нам уходить бы пора, а не вот это вот всё…
Отвлекшись на демонессу, не сразу вернулся к «подслушиванию» разговора.
—… ты совсем дура?
— Драться с вашими, этими — медленными? Ты на школьников посмотри! Они и то…
Возмущения переросли в самый настоящий крик. Побаиваясь бунта, Виктор, взобрался на деревянный стул, чтобы быть выше всех, и громко взревел:
— Екатерина права! — его холодный взгляд из-под линз очков, тщательно осмотрел лица всех присутствующих, — Не хотите получать мясо, другие «прелести», то дело ваше.
Его громкость никак не изменилась. Я же, облокотился на стену и скрестил руки на груди, гадая, появится ли смельчак, который плюнет ему в лицо. Авось и появится. Негоже обычному человеку, прогибаться под волей Одаренных.
— Забавный ход мыслей, — прошептала Анна своим сексуальным голосом на ухо, — ТЫ хочешь зрелища?
— Мне просто интересно, во что все это выльется, — улыбнулся я.
— Да сколько можно! — крикнул кто-то в толпе, — Как можно поддерживать этот бред ваших Одаренных⁈ Да, они счастливчики, обладающие силой, а мы — жертвы нового мира! Нас оберегать надо!
— С какого такого…уя? — гитаристка, кажется, готова была разнести эту толпу своим орудием, — Тебя, тварь безмозглая, надо за ворота выставить! Вы должны быть благодарны, что вас вообще спасли!
Ситуация выстраивалась забавная. Обычные чувствуют себя жертвами. В конечном итоге, они зажрались, думая, что на них будут пахать другие. В принципе, я ожидал чего-то подобного, но и не думал, что массовые возмущения начнутся так скоро.