Мир в XX веке: эпоха глобальных трансформаций. Книга 1
Вторая мировая война оказалась намного более кровавой. Она продолжалась ровно 6 лет — с 1 сентября 1939 по 2 сентября 1945 г., в ней участвовали 62 государства (80% населения планеты). Считается, что эта война унесла жизни 65 млн человек, хотя встречаются и более низкие оценки — на уровне 50-55 млн. 40-50% всех мировых потерь пришлось на СССР. Соотношение потерь воевавшего и мирного населения было иным, чем в Первую мировую войну: если тогда потери мирного населения составляли порядка 30% общих потерь, то во время Второй мировой войны — свыше 60%.
И Первая, и Вторая мировые войны привели к сокращению численности населения главных воевавших стран. Данные по странам с наибольшим сокращением населения приведены в табл.14.
Помимо прямых потерь в виде убитых, а также умерших от других причин, число которых во время войны резко увеличивается, есть еще и косвенные демографические потери, обусловленные ухудшением здоровья населения вследствие появления в его составе множества раненых, овдовением большого числа женщин, ухудшением половых пропорций и соответственно ситуации на брачном рынке, снижением в результате всего этого рождаемости и т. п.
К числу небывалых по масштабам демографических катастроф XX в. принадлежат также террористические репрессивные действия тоталитарных режимов, направленные против граждан своих стран независимо от их пола и возраста, выделенных по тому или иному социальному, политическому или этническому признаку, как правило, безоружных и неспособных оказать сопротивление. Американский исследователь Р. Руммель назвал все виды таких действий «демоцидом».
Одна из разновидностей демоцида XX в. — геноцид, проявлением которого стал Холокост — уничтожение нацистским режимом в самой Германии и в оккупированных странах 6 млн евреев. Это — несколько условная цифра, она упоминается в приговоре Нюрнбергского трибунала, однако полного списка погибших не существует. Попытки исследователей уточнить число жертв Холокоста приводят иногда к меньшим, иногда к большим оценкам, но, как правило, они не слишком отличаются от 6 млн. Геноцид в нацистской Германии распространялся также на цыган.
Массовое уничтожение евреев нацистами было не первым случаем геноцида в XX в. Во время Первой мировой войны геноциду подверглись жившие в Турции армяне (их судьбу разделили также ассирийцы и понтийские греки). Как и в случае с геноцидом евреев в Германии, точное число погибших неизвестно, оценки колеблются от нескольких сотен тысяч до 1,5 и даже до 2 млн. Еще один пример геноцида XX в. уже в самом его конце — геноцид народности тутси в Руанде, где в 1994 г. в течение 100 дней были убиты от 500 тыс. до 1 млн человек.
Демоцид в Германии 1933-1945 гг. и в оккупированных ею странах не ограничивался геноцидом, в той или иной степени он распространялся на представителей сексуальных меньшинств, членов некоторых религиозных сект, франкмасонов и, конечно, на политических противников, военнопленных и угнанных в рабство. Он проявлялся не обязательно в прямом убийстве, но также и в доведении до смерти нечеловеческими условиями содержания в тюрьмах и лагерях, голодом и непосильным трудом, в отказе в медицинской помощи и т. п. Например, по данным Гражданской комиссии учета жертв злодеяний немцев на территории СССР, обобщенным вскоре после окончания Второй мировой войны, были убиты и замучены 6,1 млн мирных граждан и 3,9 млн военнопленных — всего 10 млн человек. Близкие цифры приводятся и в справочнике «Потери народонаселения в XX веке» (9,7 млн). Всего же, по его данным, вследствие нацистского террора в Германии и оккупированных странах погибли (казнены и убиты, нашли свою смерть в тюрьмах и лагерях, не выжили из числа угнанных на работу в Германию) 18,7 млн человек.
Таблица 14
Убыль населения некоторых европейских стран за время Первой и Второй мировых войн, тыс. человек [24]
1* В границах указанного времени.
2* В послевоенных границах, но с учетом 6-8 млн беженцев с отторгнутых территорий из стран Восточной Европы.
3* Данные 1913 г. в границах того времени (без Бухарского и Хивинского ханств).
4* С учетом отторгнутых (население 30,7 млн человек) и присоединенных (4,3 млн) территорий чистая убыль составила 5,3 млн человек.
5* С учетом присоединенных территорий (население в 1939 г. от 20 до 22 млн человек). Оценка завышена за счет завышения на 2-3 млн человек итогов переписи 1939 г.
6* Данные 1946 г. с учетом присоединенных территорий (1,2 млн человек).
7* В границах после 1939 г.
8* С учетом отошедших к Польше территорий.
9* В современных границах.
10* С учетом бежавших и выселенных немцев.
11* С учетом присоединенных Эльзаса и Лотарингии (население 1,93 млн человек).
Огромное число людей стали жертвами тоталитарных режимов, позиционировавших себя как коммунистические или социалистические. В справочнике «Потери народонаселения в XX веке» общее число жертв демоцида в этих странах с 1917 г. до конца XX в. оценивается в 43,5 млн, из которых 28,8 млн приходится на Китай 1949-1999 гг., 10,1 млн на СССР 1917-1987 гг.. Однако имеются и более высокие оценки. В «Черной книге коммунизма», например, говорится о почти 100 млн убитых, в том числе 65 млн в Китае и 20 млн в СССР.
Абсолютные числа погибших мало о чем говорят без соотнесения их с численностью населения страны и без учета длительности периода. И то, и другое попытался учесть Р. Руммель, составивший список 15 самых «смертоносных» по отношению к своему населению режимов XX в. На первом месте в этом списке стоит режим «красных кхмеров» в Камбодже в 1975-1979 гг., когда ежегодно уничтожалось 8,2% населения страны. За ним следуют Турция при Ататюрке (1919-1923) — 2,7% и Хорватия при усташах, проводивших политику геноцида православных сербов, евреев и цыган (1941-1945) — 2,5%. Но по длительности периода, который Руммель рассматривает как период террора против собственного народа (1917-1987), первое место занимает СССР с годовым коэффициентом гибели населения вследствие демоцида 0,42%. Трактовка всех 70 лет существования СССР как периода демоцида едва ли правомерна, его следовало бы сократить вдвое, но при этом вдвое увеличится коэффициент. Отметим, что в Китае с его огромной численностью населения, несмотря на очень большое абсолютное число жертв демоцида, этот коэффициент значительно меньше, поэтому в число 15 стран, переживших в XX в. самые «смертоносные» для собственного населения политические режимы, он не попадает.
Демографические катастрофы XX в. по своим абсолютным масштабам превосходят все известные события такого рода в прошлом. Одно из самых страшных — знаменитая эпидемия чумы XIV в. «Черная смерть», последствия которой ощущались в истории Европы не одно столетие, унесла не более 20-25 млн жизней. Число жертв демографических катастроф XX в. намного больше. Но по отношению к стремительно растущей, особенно с середины XX в., численности населения мира, масштаб этих катастроф не так уж велик. Их негативные последствия — прежде всего не демографические (хотя, конечно, есть и они): на первый план выходит их социальное и гуманитарное содержание. XX в. стал временем установления небывало эффективного контроля над факторами смертности, поэтому каждый катастрофический всплеск смертности — это вызов человечеству, угроза его главным достижениям, его извечному поступательному движению. Сможет ли человечество принять этот вызов и навсегда избавить себя от демографических катастроф? На этот вопрос должен ответить уже XXI век.
Мировая экономика
XX век — это век экономики. Идет ли речь об империализме, о глобализации, о мировых войнах, о тоталитаризме или о государстве всеобщего благоденствия — экономика становится зеркалом больших изменений новейшей истории. Именно в XX в. экономика становится полноценной отраслью знаний, вырастая из финансового права и торгового дела в науку, триумф которой признается учреждением в 1969 г. премии Шведского государственного банка по экономическим наукам памяти Альфреда Нобеля. Влиятельные экономические мыслители были и в веке XIX, но только двадцатое столетие связано с новым, научным пониманием экономики, олицетворением которого можно считать британского ученого Дж. М. Кейнса. «Общая теория занятости, процента и денег» (1936), как бы к ней ни относились в разные периоды XX в., определила новый подход к развитию государств и обществ, подход, который в полной мере можно назвать экономическим. Многие очевидные сегодня способы экономического наблюдения за мировым хозяйством появились также в XX в. К примеру, понятие «валовой внутренний продукт» (всем известный теперь ВВП) было предложено в 1930‑е годы американским исследователем С. Кузнецом, занимавшимся разработкой системы национальных счетов. Как показала новейшая история, экономический рост всегда идет параллельно с развитием политических, правовых и регулирующих институтов и на национальном, и на региональном, и на глобальном уровнях. И получается, что научная модель экономической реальности перестает быть линейной, как, например, полагали сторонники понятий цивилизационного прогресса и индустриальной модернизации, а становится многомерной и параллельной, когда прирост экономического потенциала и растущая эффективность управления дополняют друг друга.
