Далекие странники (ЛП)

Вместо того чтобы броситься в погоню, Чжоу Цзышу повернулся к Вэнь Кэсину. Взгляд последнего ожил, и он предостерёг с усмешкой:
— Держи ухо востро с…
Прежде чем Вэнь Кэсин закончил, глаза Чжоу Цзышу сузились. Его тело закружилось, а Байи потерял очертания и превратился в сияющее металлическим блеском облако. Меч со звоном отбил вражеское оружие, после чего из леса позади донёсся глухой стон. Чжоу Цзышу разочарованно покачал головой:
— Использовать трюк повторно на одном и том же человеке… Неужели у них не осталось в запасе ничего, кроме старых фокусов?[472] Как они вообще могут тягаться со школой поместья «Времена года»?
Вэнь Кэсин зачарованно смотрел на него, а затем широко улыбнулся и поднял руку, словно пытался уцепиться за воздух. Чжоу Цзышу озабоченно нахмурился:
— Что ты делаешь?
— Вокруг тебя… свет, — прошептал Вэнь Кэсин. — Я ловлю его, хочу рассмотреть. 
Чжоу Цзышу слегка изогнул одну бровь. Скрестив руки на груди, он встал рядом с Вэнь Кэсином и прислонился к дереву.
— На самом деле… Сюэ Фаном тут даже не пахнет, верно? 
Вэнь Кэсин продолжал улыбаться. Он снова ухватил пустоту, посмотрел на свои пальцы и разжал их, будто выпуская что-то из ладони. Голос Вэнь Кэсина по-прежнему был чрезвычайно тих, а дыхание походило на шорох тонкого шёлка, что может оборваться в любой момент:
— Как видишь.
— А что насчёт ключа? 
— Я его потерял, когда сбросил с вершины горы, — прищурившись, медленно ответил Вэнь Кэсин.
Чжоу Цзышу повёл плечами, внезапно осознав дикую нелепость ситуации. Без ключа от Кристальной брони не было прока. Самые ярые участники сражения на горе Фэнъя в конечном итоге обратились в трупы, так и не узнав, что бились за бесполезные стекляшки. 
— Три года я тайно поддерживал Сунь Дина, — прошелестел Вэнь Кэсин. — Как иначе этот безнадёжный придурок[473] смог бы соперничать с Призраком Висельника или Призраком Непостоянства?
— Потом ты приманил Сюэ Фана на наживку. Он украл ключ, и вялотекущая ссора троих сильнейших призраков переросла в открытую вражду.
Вэнь Кэсин беззвучно рассмеялся:
— У меня не было того, к чему они так стремились. Призраки всех мастей заинтересовались Арсеналом ещё тридцать лет назад... Но тогда Долина только набирала силу, и здешние обитатели не решились бросить вызов пяти великим кланам, хранившим фрагменты Брони.
Конец фразы Вэнь Кэсин договорил одними губами, а затем отвернулся и пару раз кашлянул, сплёвывая кровь. Равнодушно стерев с подбородка красные капли, он продолжил рассказ:
— Тридцать лет назад… госпожа Жун доверила ключ моему отцу. Отец думал, что при этом присутствовали всего трое. Госпожа Жун умерла на его глазах, а Лун Цюэ хранил тайну до самой смерти… Сложись всё именно так, в цзянху воцарился бы мир, верно?
— Был кто-то четвёртый? — быстро сообразил Чжоу Цзышу. — Это Чжао Цзин? В то время… он не имел никакого влияния, благородные кланы не стали бы говорить с ним. Поэтому Чжао Цзин тайно объединился с призраками?
— Хм, возможно… В любом случае все они мертвы, — холодно усмехнулся Вэнь Кэсин. 
Помолчав, он протяжно вздохнул и сокрушённо отметил:
— Так глупо. Ни госпожа Жун, ни Лун Цюэ не открыли отцу назначение ключа — всё ради сохранения тайны. Отец считал, что это действительно важный предмет, который нельзя выбросить, потерять или уничтожить… Поэтому он увёз мою мать в затерянную среди гор деревушку. На целых десять лет… Увы, в год, когда мне исполнилось девять, деревня получила знамение грядущих бедствий. Сова…
 
— Хватит! — резко оборвал его Чжоу Цзышу. Немного погодя он добавил заметно мягче: — Достаточно. Столько лет прошло, не нужно… 
Но Вэнь Кэсин не желал останавливаться:
— Родители считали, что навлекли беду на соседей, и решили сражаться до конца. Меня они отослали прочь, наказав вернуться утром. Я волновался и не понимал серьёзности ситуации, поэтому раньше времени прокрался обратно к дому. Там я увидел… 
Вэнь Кэсин прервался, медленно поднял взор к тусклому, затянутому тучами небу и тяжело перевёл дыхание.
— Я увидел… разрубленного пополам отца. Мама лежала на боку. С растрёпанными волосами, с одеждой, сплошь запачканной кровью и грязью, с изуродованным лицом. Ей отрезали нос, спутанные пряди прилипли к окровавленной коже — это сделало её черты неузнаваемыми. Копьё[474] пробило тело насквозь: вонзилось в грудь и вышло под лопаткой. Знаешь, как я узнал её?
Чжоу Цзышу не ответил.
— Мне всегда нравились красивые люди, — прошептал Вэнь Кэсин. — В детстве я считал маму самой красивой в мире. Я вечно лип к ней с просьбой покатать меня на спине, поэтому часто видел её лопатки. Даже после смерти их не забуду.
— Так в Долину призраков попал ключ, а как попал… ты?
— Я-то? — Вэнь Кэсин поднял брови, а потом вдруг зашёлся страшным, громким, стонущим смехом, неотличимым от рыданий. — Я? Пока я убегал, прятался и пробирался обратно, я много раз падал. Перепачкался с ног до головы и стал похож на паршивую чумазую обезьяну. Попавшись призракам, я понял, что сейчас погибну, и оцепенел. Как только один из них приблизился, я неосознанно вцепился в него зубами. Призрак заорал от боли и назвал меня мелким безумцем. Остальные расхохотались. Среди них была женщина, она сказала, что снимет с меня кожу и украсит ею свой плащ. Я был в ужасе… И придумал выход.
Кадык Чжоу Цзышу слегка дёрнулся, складка между бровей стала глубже, но он не стал перебивать. Вокруг стояла тускло-серая полумгла и полнейшая тишина. Вэнь Кэсин снова закашлялся, а затем продолжил:
— Я… Под их пристальными взглядами я подошёл к отцу, лёг на землю и начал поедать его тело. Кусок за куском. Плоть плохо поддавалась зубам, её было нелегко отрывать, тяжело жевать и ещё труднее глотать… Я заставлял себя думать о том, что я сам — его плоть и кровь… Призраки долго смотрели, и постепенно их смех затих. Оказалось, что человек, которого я укусил, был главарём… Он заявил, что я родился призраком, поэтому не должен оставаться в мире людей, и забрал меня в Долину.
Чжоу Цзышу присел рядом и приложил ладонь к его щеке. Из-за потери крови взгляд Вэнь Кэсина помутнел, а кожа похолодела. Ощутив тепло, он безотчётно повернул голову и уткнулся носом в чужую ладонь.
— Я здесь уже двадцать лет, — проронил он едва слышно. — Двенадцать из них я отчаянно боролся, отчаянно карабкался выше, пока не… взобрался на вершину. Следующие восемь лет я готовился к главному событию в своей жизни. 
— Ты тайно помог Сунь Дину, из-за чего Сюэ Фан попал в безвыходное положение. Этим ты спровоцировал Призрака Висельника на кражу ключа, а потом выследил его, убил и избавился от тела заодно с ключом, — продолжил за него Чжоу Цзышу. — Ты создал видимость бегства Сюэ Фана, что побудило других обитателей Долины искать Призрака Висельника за её пределами. Ты видел, как Сунь Дин и лао Мэн плетут собственные интриги, и всё это время наблюдал за ними…