Стать прочнее (СИ)

— Ну вот, заварил ты кашу. Понимаю, что не со зла, но Егору придётся туго. После тебя сложно удерживать планку. Подозреваю, что в первое время каждое его решение буду пытаться оспорить. Мы ему, конечно же, поможем, вот только мы не сможем быть рядом каждую минуту. Тебе надо было больше привлекать его к делам клана, не только по боëвке. Тогда бы у многих сложилось ощущение, что Егор имеет право отдавать приказы не только своим парням. А так… Он сильный и справится, но на это уйдет время. И да, мне было бы проще, дар смерти быстро делает сомневающихся абсолютно согласными со всем, что я говорю.
Я ещё раз посмотрел на спокойное лицо этого великого, не побоюсь этого слова, человека. Он правил кланом почти век и вознес его на почти недосягаемую высоту. Даже та трагедия, где погибло половина семьи, пошатнула положение клана очень ненадолго. Менее чем через полгода репутационный ущерб был ликвидирован, и клан занял практически то же место, что и до происшествия. Почти, потому что остались некоторые нюансы, которые предстояло решить Егору.
— Прощай, — я дотронулся до ледяной руки покойника. — Удачного тебе перерождения. Видят боги, ты его заслужил. Ведь именно ты показал мне, что можно быть главой такого клана, который вполне мог бы в моём мире составть не самое мелкое королевство, и при этом не оскотиниться, оставаясь человеком до самого конца. — Последние слова я прошептал, и вышел из часовни на свежий воздух.
Вдохнул полной грудью и закашлялся, Всё-таки, в часовне воздух был слишком спертый, может из-за огромного количества горящих свечей.
В дом идти было не охота. Я обошел часовню, мельком взглянул на темную ротонду, и пошел по тропинке в направлении ворот. Дойдя до перекрёстка, Я увидел, что в оранжерее горит свет, но он, скорее всего, всегда там горит, может только поиглушается на ночь, а дверь приоткрыта. Не долго думая, я вошёл внутрь.
— Ты чего здесь сидишь? — подойдя к лавочке, на которой расположилась Наташа, старшая сестра Славки, который, абсолютно потерянный сидел, забившись в угол на диване в гостиной. Во всяком случае, он точно там был, когда я уходил.
— Я не знаю, что сейчас будет, — она покачала темноволосой головкой. Тугая коса качнулась в такт движения головой. — Почему-то никто из нас не понимал, что именно Егор станет главой, когда дед Андрей… — она не договорила, а в глазах блеснули слёзы.
— Наташ, а что изменилось? Егор остался тем же Егором, за которого вы готовы были глотки порвать даже его собственным родителям. — Ответил я, а девушка покосилась на меня при этом.
— Я не хочу уезжать, уже привыкла к этому дому. Да и цветы ко мне привыкли, — она слабо улыбнулась. — Просто дед Михаил сказал, что будет настаивать на отъезде после похорон, что ему здесь надоело и всё в этом духе. И нам со Славкой придется с ним уезжать, а мы не хотим.
— Так поговори с Егором. Ещё раз, он остался всё тем же парнем, которого вы все любите. К тому же, я точно знаю, что на Славу у него есть определённые планы. Да и сам отъезд твоего деда пока под вопросом. В любом случае, поговори. Сомневаюсь, что он будет настаивать на вашем с братом обязательном сопровождение деда.
— А если Егор захочет меня замуж выдать? — осторожно спросила Наташа.
— Вот тут не знаю, — я развёл руками. — Клану не нужно самоутверждаться, так что здесь возможны варианты. Егор поступит так, как лучше и выгоднее для клана, и ни ты, ни кто-то ещё на это не сможет повлиять. Наташа, неужели ты этого не понимаешь?
— Понимаю, — она пожала плечами. — Просто думала, что раз он сам выбрал себе жену, то и мне позволит…
— Может и позволит, от тебя положение клана никак не зависит. Ты же не разговаривала с ним на эту тему. Вы все, включая Макса, почему-то вцепились в мысль, что раз все изменилось, то и Егор стал другим, практически чужим для вас человеком. Его поддержать надо, а не истерики устраивать. Егору сейчас труднее всех нас.
Наташа внимательно на меня посмотрела и кивнула с самым серьезным видом. А у меня в кармане зазвонил телефон.
 
— Костя, ты где? Нам пора ехать на заседание Совета, — раздался в трубке голос деда.
— Сейчас подойду, — я отключил телефон и посмотрел на часы. — Ничего себе, уже утро. Ты бы поспала что ли.
— Не хочу. Не могу уснуть. Я лучше здесь ещё посижу. — Ответила Наташа.
— Ну как знаешь, — я же направился к выходу, но у дверей остановился. — Да, там твой брат сидит, в большой гостиной, у него такой вид, что я грешным делом подумал о двойных похоронах. Ты бы к нему пошла, а то, мало ли. Заодно поговорите, да решите уже, что для вас важнее и как это важное можно главе клана преподать.
Наташа снова кивнула и поднялась с лавки, чтобы последовать моему совету. Я же быстро направился в сторону дома. Возле машин уже стояли Егор и мой дед. Они негромко переговаривались, при этом Ушаков выглядел предельно сосредоточенным.
— Ну что, едем? — спросил я, думая, с кем поехать, потому что садиться за руль самому сильно не хотелось.
— Нет, — дед покачал головой. — Отбой. Арсений Давыдов с приступом сердечным свалился, когда об Андрее узнал. А без него никак, кворум, мать его. Теперь ждём, когда его на ноги поставят. Император обещал быть, чтобы Орловых представлять. Думаю, что до похорон успеем, но я сообщу дополнительно.
— Раз отбой, то вы что здесь делаете? — я осмотрел их с ног до головы.
— Тебя ждём, — Егор в который раз уже потер переносицу, чтобы хоть маленько убрать усталость в воспаленных глазах. — Тихон позвонил, сказал, чтобы мы подъехали. Вроде бы у него какой-то прорыв намечается. Он живет в лаборатории что ли?
— Вполне возможно, что и живет, — я пожал плечами. — Это же Тихон. Кстати, мне так никто и не сказал, сколько ему лет.
— Это знание — большая тайна! — поднял палец вверх дед. — Здесь останешься? А то Ушаковы, похоже, от переживаний чердаком потекли.
— Останусь. Если уйти придётся, то Марго делигирую порядок поддерживать, а чтобы весу ей придать, мать заставлю включиться. Она всё-таки внучка деда Андрея. — Заверил я их.
Они расселись по машинам. Ехали не вместе, потому что у каждого вполне могут дела образоваться, не ждать же друг друга. Я остался на прдъездной дорожке, глядя, как они уезжают. Подождав, пока машины скроются за поворотом, уже хотел было войти в дом, но тут снова зазвонил телефон.
— Керн, — я даже не посмотрел на номер.
— Думаю, что тебе пора привыкать к мысли, что нужно будет представляться Орловым, — сказать, что я не был рад слышать в такое утро голос Подорова, это скромно промолчать.
— Интересно, как меня заставят? — спросил я ядовито.
— Очень просто. Его величество передумает, и не придет на Совет, где твоего дружка Ушакова должен принять Кодекс как главу клана. И хрен бы с ним, для принятия клана кворум не нужен, зато он нужен для выбора нового председателя Совета. А ведь только он может проводить манипуляции с Кодексом. — Любезно пояснил мне нюансы Подоров.
— Этот называется шантаж, — хмуро заметил я.
— Да, это называется шантаж, и что? Его величество как глава клана должен думать о клане и о всей стране, поэтому к нему такие определения не применимы.
— Матвей, ты звонишь, чтобы мне это всё высказать? — спросил я ласково. — Я тут у Ушаковым понял недавно одну вещь, а ведь я однажды стану главой твоего клана, если вы не оставите идею меня им сделать, и, догадайся, кто может начать страдать первым?
— А вот это точно попадает под определение шантаж, — чопорно произнес Подоров.
— Да, и что? — я вернул ему его же фразу. — И я совершенно этого не стыжусь.
— Ладно, шутки в сторону. Как я и предполагал, молодой Лейманов не проникся идеей посвятить себя государственным интересам, а его малохольный папаша во всем идёт на поводу у своих детишек. Хорошо ещё его младший сын растёт вполне разумным парнем. Но тут сказывается изоляция от влияния отца, который семью отослал из дома, когда Ирина чудила. Кстати, а ты не в курсе, кто Ирину в итоге соблазнил?