Аромат секса (ЛП)

Я сглотнула и помотала головой в знак отрицания, его крепкая хватка на моей руке, казалось, не позволяла мне воспротивиться каким-либо другим способом, кроме простого покачивания головой, мои конечности не хотели сопротивляться.
Он отпустил меня, подняв обе руки вверх в знак капитуляции.
— Как скажешь.
Мистер Бейкер бодрым шагом спустился по трём ступенькам, направляясь к выходу.
Покинутость, предательство, утрата — внезапно пробудились мои истинные раны, вместе с тошнотворным неприятием всего того, что произойдёт, если он выйдет за дверь.
Я широко раскрыла глаза и решила вытащить носовой платок.
— Нет! — закричала я, подбадриваемая внезапным всплеском чувства самосохранения.
Мистер Бейкер остановился, медленно повернулся ко мне.
— Говори яснее: чего ты хочешь?
Из всего, что я хотела, с настойчивостью подало голос неправильное желание, затмевая каждое ранее произнесённое слово.
— Тебя. Только ты.
Как сильно Мистеру Бейкеру понравился этот ответ, можно было заметить по внушительной выпуклости на уровне паха.
— На моих условиях? Ты уверена?
Я совсем не была уверена. Тем не менее подняла платок и засунула в рот, чтобы доказать свою решимость.
Улыбка триумфа на лице мистера Бейкера расплавила мои конечности; он получил именно то, что хотел. Я же чувствовала себя побеждённой и жаждущей — две эмоции, которые не должны были так хорошо сочетаться, потому как печальная правда заключалась в том, что применяя шантаж, более властный и взрослый мужчина собирался воспользоваться мной.
Я прикусила носовой платок и пока смотрела, как он приближается, в уголках глаз появились две слезинки.
Мистер Бейкер взял за запястье мою руку, которой сжимала блузку, и отдёрнул, заставляя меня вытянуть её.
У меня участилось дыхание. Сжимая кулаки по бокам, я шумно втягивала носом воздух.
— Успокойся, — пробормотал он. — Малышка, я доставлю тебе удовольствие. — Он расстегнул оставшиеся пуговицы моей блузки, наставляя. — Ты должна просто мне позволить, склони свою восхитительную головку и думай, что это загладит твою вину. Маленькая жертва, которая всё исправит.
В том, что это маленькая жертва, я сомневалась, но мысль, что у меня есть возможность всё исправить, придала смелости, когда я почувствовала, как блузка соскользнула с моих рук и упала на пол.
— Сейчас это нам не нужно. — Мистер Бейкер вынул платок у меня изо рта, потянув за край, целенаправленно неспешным движением. — Дай мне трусики.
Я стянула белые трусы-бразильяна из-под юбки, закрывавшей меня от его взгляда, и положила в вытянутую передо мной руку. Он сгрёб их в ладонь, демонстрируя свою власть, а затем швырнул за спину, прямо на комод. Мистер Бейкер сложил платок и завёл его мне между ног.
Его обнажённая грудь, благоухающая и осыпанная мелкими волосками, коснулась моего лица. Я вдохнула, тихонько всхлипнула и закрыла глаза, слегка покачиваясь. Хлопок с его инициалами прижимался к моему лону; руки между ног водили платок взад-вперёд.
Мистер Бейкер достал платок, отметил, насколько непристойно влажными он стал от моего возбуждения, но комментировать не стал. Он мог бы использовать его для моего унижения, но, похоже, использовал в исследовательских целях, словно проводил необходимый тест, чтобы решить, как со мной поступить.
Исчерпав полезность платка, он сложил его и тоже отбросил.
— Тебя нужно хорошенько оттрахать, детка. В этом нет никаких сомнений.
От этих слов я вздрогнула. Мистер Бейкер потянулся за мою спину, прижимая меня ещё ближе. Я увидела, как на его шее пульсирует жилка, разоблачая его кажущееся бесстрастие: его сердце билось так же мощно, как и моё.
Желая прижаться губами к этой жилке, я вытянула шею и почти прижалась головой к сильному плечу, когда мужчина щёлкнул застёжкой лифчика, срывая его с моего тела. Бюстгалтер тоже был выброшен, а украденный волосок оказался потерян навсегда.
Будучи гораздо выше меня ростом, мистер Бейкер прижал мою голову к своему пиджаку, на который я собиралась покорно лечь, и схватил двумя руками мой хвостик; одной он удерживал меня, а другой сдёргивал резинку.
 
— Ммх, — простонала я из-за вспышек покалывания на коже.
— Уже протестуешь? — Распутав волосы, он перекинул их мне на грудь, разделив на два пучка, каждый из которых лёг точно на соски, щекоча твёрдые вершины. — Так и знал, ты — сказка.
Одну руку он завёл между локонами, на затылок, притягивая меня к своим губам. Другой обхватил мою грудь, растирая большим пальцем сосок, и прижался губами к моему рту. Тёплое терпкое дыхание придавало его поцелую мужественный характер хорошего виски.
В моём животе вспыхнул огонь, а грудь от силы прикосновений посылала вспышки удовольствия.
Я схватила мистера Бейкера за бёдра, опьянённая его ртом, запахом, теплом, его твёрдостью: всем, чем он был.
Меня не остановила даже боль в безжалостно сжатом соске. Я застонала, отдаваясь его губам, и провела пальцами по рубашке, чтобы расстегнуть её. Но мужчина схватил меня за запястья и потянул их от себя, отстраняя и свои губы.
— Не торопись, маленькая плутовка. По одному за раз. — Он схватил меня за шею и толкнул назад, пока мои икры не ударились о матрас. — Садись. Сначала я хочу понять.
— Что понять? — спросила я, осторожно присаживаясь на край кровати.
— Тяжесть твоего поведения и, соответственно, наказание, которого ты заслуживаешь.
— Вы на самом деле хотите меня наказать? — Я надеялась, что простого траха будет достаточно. Как я заблуждалась, учитывая, что в нём не было ничего простого.
— Это самое меньшее, я думаю. Если ты действительно хочешь прощения.
Я склонила голову под тяжестью своих грехов, в итоге зациклившись на его босых ногах, больших, как и его руки и всё остальное в нём.
— Да, хочу. — Я хотела этого с самого начала.
— Тогда начни с того, что покажи мне свою добрую волю: ляг, подними колени и раздвинь ноги. — Он скрестил руки на груди, испытывая меня.
Я сделала, как он хотел, сняла туфли и легла на спину, слегка согнув колени. Волосы разметались по простыне, юбка задралась на бёдра.
— Шире, я отсюда ничего не вижу, — сказал мистер Бейкер, опираясь на комод, стоящий напротив кровати. — Я должен увидеть. Раздвинь колени и подними руки над головой. Ты должна быть более прилежной, и помни, если ослушаешься моих приказов, я всегда могу прогуляться к руководству.
Трудно забыть.
Тесная юбка мешала моим движениям. Мне пришлось закрутить её над лобком, открываясь ласке воздуха по обнажённой интимности. Я упёрлась руками в матрас по бокам от головы и повернулась лицом в сторону гостиной, чтобы не видеть того, кто принуждал меня к этому. Тем не менее я чувствовала, как его взгляд упал на мою плоть, словно живое существо.
Вынужденная неподвижность тяготила меня, словно я была прикована к кровати (и в каком-то смысле так оно и было), только цепями из угроз. Я разжимала и сжимала кулаки, ощущая зуд и покалывание в самых разных местах.
На какие части меня он смотрел? О чём он думал? Почему не мог, как любой мужчина, побыстрей перейти к делу?
Я сходила с ума.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался мистер Бейкер.
— Смущённо, мне стыдно, — ответила, прижавшись щекой к матрасу и втянув живот.
— Ох, только посмотрите, ты хотела заглянуть в чужую личную жизнь без того, чтобы кто-то заглянул в твою? Тебе должно быть стыдно: держи бёдра шире и скажи мне, почему ты это сделала.
Чёрт возьми, я не хотела делать ни того ни другого. Но подчинилась. Я раздвинула ноги и ответила с несвойственной для меня искренностью.
— Мне кажется, это очевидно: потому что вы меня привлекаете. — Я находилась в неестественном состоянии, вне всякой логики. — Но вы и так это знаете.
Он казался невосприимчивым к этому утверждению.
— И в скольких ещё номерах ты провернула подобное?
— Ни в одном, — поспешила уточнить я. — Поверьте, я никогда не испытывала подобного и не подглядывала. — Мои нервы напряглись, сопротивляясь огромной потребности замкнуться в себе. Трудно спрятаться в словах, когда на тебе нет одежды. Я заставляла себя оставаться такой, какая есть, лишь бы угодить ему, страдая при этом совершенно по-новому. С одной стороны, испытывая неприятные, почти мучительные ощущения, с другой — афродизиакальные.