Степь и Империя. Книга I. СТЕПЬ (СИ)

И очень хорошо это чувствовалось по скорости и выносливости лошадок, которые уже через полверсты покрылись потом, хрипели и запинались — будто пробежали как минимум впятеро больше. Да и песок, в котором тонули копыта, не облегчал лошадиную жизнь.
Подросток же, бегущий впереди, вполне достойно удерживал дистанцию. Через несколько минут стало видно, куда он бежит — за скальным выступом открылась далекая купа деревьев.
— Оазис, — воскликнул старший, и пришпорил спотыкающуюся лошадь.
Та ускорилась из последних сил, и вот сержант догоняет беглеца и толкает его между лопаток тупым концом пики.
Фигурка сбилась с ровного шага, перекувыркнулась через голову и покатилась, чтоб замереть в пыли изломанной куклой.
Спешившийся разведчик настороженно подобрался к неловко разметавшейся в песке фигурке, и потянул с головы так и не слетевшую соломенную шляпу. Из-под шляпы заструился поток блестящих черных волос.
— Девчонка, — выдохнул разведчик, и приложил палец к шее. — Не дышит. Пульса нет.
— Шею, видать, сломала при падении, — предположил старший. — Уходим. Мы нашли, что искали. Завтра в этот оазис придет эскадрон…
* * *
Разведчик оказался прав. Оазис надо было, несомненно, брать. И эскадрону был отдан приказ о подготовке к атаке.
Взбудораженный мыслями о завтрашней схватке, Больц долго ворочался и не сразу заметил, как рядом угнездился серый гость.
— ТЫ?
— О, так это ты, егерь! А я чую — что-то знакомое… Ты вернулся? Так это ты подколол девчонку Тивелов?
— Нет, не я…
— И много вас тут?
Больц прикусил язык, но мысль оказалась быстрее слов. Магический собеседник поймал образ раньше произнесенных слов.
— Целый эскадрон? Куда ж вас всех хоронить⁈ Ну, ничего, завтра встретимся у оазиса…
— С девчонкой вышло случайно, нам не за что себя упрекнуть…
— Упрекнуть? Ты где нахватался таких слов, егерь… Или ты из семьи сутяг? Мы завтра перебьём вас и ваши кости будет полировать песок. Нам не нужно лишних причин. Достаточно того, что вы — имперская дрянь…
— Сильно грозен ты до боя!
— Не смеши, егерь, увидимся…
* * *
Время шло к полудню, когда эскадрон, на медленной рыси приблизился к оазису.
Редкая цепочка воинов в черных доспехах неторопливо вышла из оазиса навстречу разворачивающейся на рысях конной сотне. В коротенькой шеренге было человек тридцать, не больше.
Идущий на 2–3 шага впереди предводитель ничем, кроме позиции, не отличался от других. Вот он обманчиво ленивым движением клинка смахнул направленную в его сторону стрелу и остановился, разведя в стороны ртутно блестящие клинки: длинный узкий прямой меч со сложной чашей гарды в правой руке и очень длинная дага — в две трети основного клинка с такой же витой гардой — в левой.
По границе, незримо прочеркнутой его раскрытыми клинками, стала молча разворачиваться цепь его воинов. От их спин до травянистой границы оазиса было шагов пятьдесят, не больше.
— Глупцы, — пробормотал про себя капитан Аркх, обнажая палаш. — Пехоте вне строя не удержать конную атаку, будь вы хоть бриллиантовые мастера клинка. Тем хуже для вас…
— Стрелки, в тыл! Эскадро-о-он, пики к атаке! — держащийся по левую руку от командира горнист отрепетовал обе команды звонкими сигналами.
Плывущие над строем кончики пик дружно качнулись вниз.
Эскадрон тремя колоннами «обтек» два полувзвода стрелков, натягивающих поводья и начал формировать «тризуб», где центр должен был смять шеренгу степных бандитов, а боковые — охватить с флангов и выйти в тыл, завершая разгром.
Капитан привстал в стременах и взметнул над головой клинок.
— Эскадро-о-о-он, в атаку, А-А-АРШ!!! — заорал он, поднимая коня в галоп.
И тут же горнист сыграл «атаку!» во всю мощь молодых легких.
— В-А И-М-Я-А-а!!! — подхватили солдатские глотки, хрипло выплёскивая накопленную ненависть.
Конная лава взяла галоп как единый организм. Вот они, элита Империи!
Повзводно!
Стройными рядами!
Чувствуя локоть товарища!
 
Поигрывая с каждым прыжком коня тяжелой пикой, ловко балансирующей на прижатой к боку руке, выискивая цель для ярко блестящего наконечника.
Сейчас нанижем. Обычная работа.
Это не платок пикой с травы поднять на полном скаку. Хотя и это фокус легко проделывали девять из десяти «медвежьих» конников.
Казалось, что край оазиса прыгнул навстречу ускорившейся конной лаве.
До соприкосновения — три удара сердца!
Два!
Но…
* * *
Горизонт вдруг вздыбился и ровная поверхность под ногами коня превратилась в крутой склон грандиозной воронки громадного «муравьиного льва», по которому катились мелкие, как муравьи, люди и кони, скрываясь где то там, у самого дна, скрытого клубящейся жемчужно-розовой мглой.
Воронка отправляла все звуки в небо, а здесь, у самого края просыпающихся внутрь себя песков, стояла ватная тишина.
— Зачем, Первый? — с огорчением произнес предводитель черных воинов Степи. — Мы бы сами остановили их.
— Не сомневаюсь, Рифейну ка-Сензангакона ри-Мигаш, — прозвучал невыразимый голос возникшего рядом громадного черного волка. — Но они мне нужны именно такие. Ни живые, ни мертвые, упоенные собственной ненавистью, наполненные Зверем… Погоди, это еще не все.
Будто в ответ на его слова, Степь под ногами содрогнулась.
— Вот теперь — все. Ледник, по которому ты шел, сошел в долины по обе стороны хребта. Теперь там, где было плато — ледяная стена высотой почти в версту. Все, кто был в долинах, похоронены под толщей камня и льда. Про эту дорогу можешь забыть, Рифейну ка-Сензангакона ри-Мигаш, здесь больше не пройти человеку.
Риф бросил клинки в ножны и, огорченно махнув рукой, побрел обратно, загребая ногами песок. Сейчас грозный Повелитель Степи выглядел как мальчишка, которому не дали подраться с соседским подростком…
 ЭПИЛОГ 
ЭПИЛОГ
Эпилог 1.
5 день 2 месяца Середины Лета (14 месяца года) 2009 г. Я.
Мохоло — Столица Империи.
Летний Императорский дворец.
Малый зал официальных приемов
— Ваше Величество, я счастлив лицезреть Вас, — и кругленький мессир Тайный Советник исполнил куртуазный поклон в лучших традициях.
— А я нет, мессир Питер, — ворчливо буркнул человек в простом деревянном кресле, даже не пытаясь быть учтивым. — Вы отличились, Тайный Советник, и я вовсе не собираюсь Вас с этим поздравлять…
— Ваше Величество… — но Император нетерпеливым жестом оборвал инквизитора. В его голосе зазвучала сталь и власть.
— Инквизитор Бирнфельд! Я официально выражаю Вам свое недовольство! Ваша вмешательство в деятельность Пограничного корпуса и армии привело в потерям людей, ущербу для Короны и непоправимым последствиям. Посланный Вами в Степь Особый эскадрон погиб полностью. Не вернулся ни один человек! Я не лишаю Вас своего доверия, но призываю Вас впредь не вмешиваться в дела других служб. Перед Вами по-прежнему стоят задачи реформы государственного управления и объединения служб безопасности Империи. Это громадная работа, вот и сосредоточьтесь на ней. И забудьте о Степи! Это не Ваше дело. Вы будете удивлены, но впервые за все время правления я получил столь оформленное выражение воли Единого: уберите Бирнфельда от Степи. За всю историю династии зафиксировано лишь дюжина случаев, когда воля Единого упоминала конкретных лиц и персон. Так что гордитесь — Вы вошли в историю. И берегитесь — воля Единого выражена предельно ясно!
Эпилог 2.
Где-то в Степи,