Буря и ярость (ЛП)

Пока что?
Почему-то, я всегда считала, что когда мне стукнет восемнадцать, что-то изменится, но мой день рождения был месяц назад, а мы всё ещё оставались здесь, скрытые и хорошо спрятанные, просто ожидая, что настанет время, когда меня вызовет отец, чтобы сражаться рядом с ним.
Я не жила.
Как и Миша.
Хорошо знакомое чувство недовольства начало оседать во мне, будто тяжёлое одеяло, но я сбросила его.
Сейчас не время думать обо всём этом, потому что правда была такова, что уже некоторое время я становилась сильнее. И довольно быстро, но я могла сдерживаться, когда тренировалась с Мишей.
Просто сегодня ночью я потеряла контроль.
Хотя всё могло быть гораздо хуже.
— Вообще-то, я не собиралась выбрасывать его в окно, но я рада, что сделала это, — сказала я, опустив глаза на свой тёмный свитер. — Он показался… перепуганным тем, что я такая сильная.
— Конечно, он перепугался, Трин, потому что почти все здесь считают, что ты простая смертная.
Но я ею не была.
Я даже не была наполовину Стражем, а они были подлинными супергероями, охотящимися на плохих парней, если бы супергерои были, ну, горгульями.
Ещё около десяти лет назад, чудовищного вида статуи, установленные на церквях и зданиях по всему миру, казались просто чудесами архитектуры, но затем они открылись публике, явив всему миру, что многие из этих статуй были в действительности живыми, дышащими существами.
После первоначального шока люди поняли, что Стражи были просто другим видом, и они признали их. Ну, большинство людей. Были такие фанатики как Церковь Детей Божьих, где верили, что Стражи были знамением конца света или что-то вроде того, но большинство людей нормально относились к Стражам, и время от времени Стражи помогали правоохранительным органам, если случайно наталкивались на людей, совершавших преступление, на самом деле Стражи сражались с куда большими злодеями.
С демонами.
Широкая общественность понятия не имела, что демоны реальны, и как они выглядят, и сколько видов демонов существует. Чёрт, они понятия не имели, что многие демоны смешались с людьми настолько хорошо, что даже были избраны в правительство и наделены огромной властью и влиянием.
Большинство людей верили, что демоны были библейскими мифами, потому что какое-то высшее правило требовало, чтобы человечество оставалось во тьме, когда дело касалось демонов, концентрируясь вокруг неоспоримой идеи слепой веры.
Человек должен верить в Бога и Небеса, и их вера должна исходить из чистого места, а не от страха перед небесными последствиями. Если человечество узнает, что ад существует на самом деле, всё очень быстро изменится для каждого, включая Стражей.
Это была работа Стражей — отправлять демонов восвояси и держать людей в неведении, чтобы те могли жить свободно и припеваючи, имея свободу воли и всё такое.
По крайней мере, так нам рассказывали, и в это мы верили.
Когда я была младше, я не понимала этого. Ну, ведь если бы люди знали про демонов, они могли бы защититься от них. Если бы они знали, скажем, что убийство друг друга могло бы обеспечить им билет в один конец до Ада без возмещения расходов, то, возможно, они бы поступали правильно, но эти действия могли ограничить их свободу воли. Тьерри объяснил мне это однажды.
Человечество должно всегда иметь возможность проявить свободу воли, не страшась последствий.
Но Стражи нагорья Потомак, которое было местом сосредоточения силы для кланов из средней Атлантики и долины Огайо, где воины были натренированы защищать человеческие города и сражаться с постоянно растущей популяцией демонов, имели ещё одну цель, выходящую за обучение воинов.
Они прятали меня.
Большинство тех, кто жил в общине, даже не знали этого, включая Клея и его глупые торчащие волосы. Он даже не знал, что я могу видеть призраков и духов, и да, между этими двумя была разница. Я могла сосчитать на пальцах одной руки всех, кто знал правду. Миша. Тьерри и его муж Мэтью. Джада. Вот и всё.
И это никогда не изменится.
Большинство Стражей считали меня просто человеческой сиротой, над которой сжалились Тьерри и Мэтью, но я была далеко не просто человеком.
 
Часть меня была человеческой, досталась от матери. Каждый раз, когда я смотрела в зеркало, я видела, что это она смотрит на меня. Я унаследовала от неё тёмные волосы и карие глаза, а ещё оливковую кожу, мягкого оттенка, дар её сицилийских корней. У меня было её лицо. Большие глаза. Возможно, слишком большие, потому что могла изобразить выпученные глаза, без особых усилий. У меня были её высокие скулы и маленький нос, слегка изогнутый в одну сторону на кончике. И её широкий выразительный рот.
Но от матери мне досталась не только внешность. Я так же унаследовала её дерьмовую генетику.
Моя нечеловеческая сторона… Ну, я не была похожа на отца.
Совсем.
— Человек не может ударить или сбить Стража, даже на миллиметр, — сказал Миша, подчеркнув очевидное. — Я не говорю, что ты не должна была этого делать, но тебе надо быть осторожнее, Трин.
— Знаю.
— Так ли это? — тихо спросил он.
Я сделала вдох и закрыла глаза. Я знала. Боже, знала. Клей заслужил то, что я сделала, и даже больше, но я должна быть осторожней.
И хотя Тьерри нужно было знать о том, что случилось с Клеем, потому что если он поступил так со мной, вряд ли я была единственной, а значит, у Тьерри дел было невпроворот.
С тех пор как лидер клана Стражей Вашингтона умер в январе, здесь было напряжённо. Было много закрытых встреч, больше, чем обычно, и я услышала — ну, подслушала — Тьерри говорил о возросших атаках и не только на посты, но и на общины, почти такие же большие, как наша, а это случалось нечасто.
Пару недель назад демоны приблизились к нашим стенам. Та ночь…
Та ночь была ужасной.
— Думаешь, Клей что-нибудь расскажет? — спросила я.
— Если у него есть хотя бы пара мозговых клеток, работающих вместе, то нет, — Миша обнял меня за плечи и потянул вперёд. Я прижалась лицом к его груди: — Он, скорее всего, чересчур напуган, чтобы что-то говорить.
— Мной, — сказала я и усмехнулась.
Миша же не засмеялся, как я ожидала. Вместо этого, я почувствовала, как его подбородок опустился на мою макушку. Долгое время стояла тишина.
— Большинство Стражей понятия не имеют, кого они скрывают. Они не могут знать кто ты, — он озвучил то, что я знала, всегда знала. — Они не должны узнать.
Резко проснувшись и ловя ртом воздух, я села в кровати. Демоны были за стенами общины.
Не было сирен, предупреждающих жителей искать убежище, а именно это случалось, когда демоны оказывались рядом со стенами. На территории было тихо, как в гробу, но я знала, что демоны были неподалеку. Какой-то внутренний демонический радар говорил мне об этом.
Мягкое блестящее сияние звёзд, прилепленных к потолку, угасло, когда я включила ночную лампу и поспешно встала с кровати.
Быстро надела спортивные чёрные штаны и топ, ведь выйти наружу и бродить в трусах с надписью «Трудовые дни» на заднице, было не лучшей идеей.
Выходить, вероятно, было плохой идеей, но я не дала себе времени обдумать об этом.
Я обула свои беговые кеды, схватила железные кинжалы из комода, которые подарила мне Джада на восемнадцатилетие, и тихо вышла в освещённый холл. Все огни в доме горели специально для меня, потому что я могла захотеть перекусить среди ночи. А никто не хотел, чтобы я споткнулась из-за отсутствия хорошего зрения и сломала себе шею, упав с лестницы, так что особняк выглядел как грёбаный маяк.
Я даже представить не могла, какой приходит счёт за электричество.
Холодный металл кинжалов согрелся в моей ладони, пока я ловко прокладывала себе путь с третьего этажа на первый, спеша, пока кто-нибудь, а именно моя личная тень, не обнаружил, что я встала и задумала.
Миша взбесится, если поймает меня, особенно после всего, что случилось с Клеем накануне вечером.
Как и Тьерри.