Буря и ярость (ЛП)

— Я не знаю, что и сказать, — в конечном счете, произнесла Джада.
— Да, я тоже. — Я открыла дверь в ванную. — Как я выгляжу?
— Потрясающе.
Джада была единственной, кто выглядел потрясающе в белом греческом платье с золотой лентой, обвязанной вокруг её тонкой талии.
— Достаточно хорошо, чтобы поцеловать тебя в ответ.
Я медленно моргнула, глядя на неё.
— Когда вы уже прекратите говорить о поцелуях?
Ахнув, я обошла Джаду и увидела Мишу, сидящего на краю моей кровати, одетого в чёрные льняные брюки и соответствующую рубашку без рукавов.
— И как долго ты здесь находишься?
— Достаточно долго, чтобы понять, почему ты выбежала из тренировочного зала с пылающим лицом.
— Ненавижу тебя, — пробормотала я, скрестив руки на груди.
— Я бы не советовала тебе так делать, — объявила Джада, разглядывая мою грудь. — Ты разорвёшь пару швов.
Закатив глаза, я расправила руки.
— Я ненавижу вас обоих.
— Это не мы бегаем по окрестностям и целуемся с парнями, — подметил Миша.
— Как и я!
— Послушай, это не то же самое, что с Клеем, — сказала Джада, защищая меня. — После этого она не вышвырнула Зейна через окно.
Я открыла рот, но тут же захлопнула его.
— Ну, я вроде как пнула его несколько раз перед поцелуем.
Миша вскинул брови.
— Почему ты такая жестокая?
Я подняла руки, потом опустила их.
— Мне нужна серьёзная помощь.
Всё ещё сидя на моей кровати, Миша мрачно кивнул.
— Хотя вы всё равно не понимаете, — сказала я, чувствуя себя невероятно плаксивой, когда посмотрела на Джаду. — У тебя есть Тай, — а потом я повернулась к Мише. — А у тебя что-то завязывается с Алиной. У Тьерри есть Мэтью, и я знаю, что ты считаешь Зейна плохим парнем, — сказала я Мише, — но я так не думаю, и я просто хочу… Я просто хочу немного этого. Я хочу быть…
Ты оружие, Тринити.
— Что? — тихо спросила Джада.
— Ничего, это пустяки, — я покачала головой. — Разве мы не должны уже идти?
— Нет, это не пустяки, — Джада преградила мне путь, превратившись в непоколебимую силу. — Чего ты хочешь?
Меня учили сражаться — и убивать, когда это необходимо. У меня была благодать, мощное оружие, способное уничтожать демонов, Стражей и всё, что между ними. Я была оружием с самого рождения, и очень немногие вещи пугали меня, но у меня не хватало смелости озвучить то, чего я хотела.
Чего и следовало желать для чего угодно, кроме того, для чего я была рождена.
Миша поднялся с кровати, обняв меня за плечи.
— Давайте, пойдём, иначе мы опоздаем.
На мгновение мне показалось, что Джада не уступит, но она кивнула и повернулась, грациозно взмахнув юбками. Проводив меня из комнаты, Миша остановил нас на верхней площадке лестницы, и я приготовилась к большой лекции. Когда он заговорил, его голос был шёпотом у моего уха.
— Я знаю, чего ты хочешь, — сказал он, прижимая меня к себе. — Ты хочешь, чтобы тебя хотели, и в этом нет ничего плохого, Трин. Нисколько.
* * *
В Большом зале был дух.
Я знала, что он определённо не был в команде Живых и Дышащих, потому что его тело совершало все эти мерцания, и хотя он стоял прямо позади Деза и Николая, они не замечали этого человека, заходя так далеко, что несколько раз проталкивали свои стулья через дух.
Дез и Николай сидели прямо напротив нас, на противоположной стороне широкого стола. По другую сторону от Николая стоял пустой стул, и если у меня были хоть какие-то надежды, что Зейн появится — а я на это не надеялась, — то была бы разочарована.
Он не придёт на церемонию.
Не то чтобы я была удивлена. Он сказал, что ему не нравились такие мероприятия, и если он пронюхал о моём появлении, я не могла винить его за то, что он пожелал быть где угодно, только не здесь.
Я чувствовала себя такой идиоткой… идиоткой, которая не понимает личных границ. Сделав преувеличенный вдох, я сказала себе, что это не имеет значения.
Стражи из Вашингтона уедут завтра, забрав с собой необходимое подкрепление. Утром всё вернётся в нормальное русло — ну, настолько нормальное, насколько это вообще возможно, но с уходом Зейна я перестану… Я перестану хотеть того, чего не могу иметь.
 
Играя с краем салфетки, я вновь бросила взгляд на духа. Он всё ещё стоял позади Деза и Николая, как будто был частью их разговора.
Это было очень странно. Дух создавал смутное ощущение, будто он мне был знаком, но я никогда раньше не видела этого пожилого человека. Был ли он как-то связан с Дезом и Николаем? Или здесь был кто-то ещё?
В любом случае, пока я осторожно наблюдала за ним, я поняла, что он определённо увидел свет и совершил переход. Цвет его кожи был здоровым золотым, и если бы он не мерцал, то выглядел бы человеком, именно поэтому, с моими-то глазами я часто принимала духов за живых, дышащих людей.
Это был красивый мужчина с густой копной рыжевато-светлых волос, которые напомнили мне льва. Он был большой и широкоплечий, и я подумала, что если бы он был жив, то привлёк бы внимание всех присутствующих.
Был ли он Стражем? такое вполне было возможно. Я уже раньше видела несколько духов Стражей.
Кто-то засмеялся.
Оторвав взгляд от духа, я посмотрела на главу стола. Тьерри был на служении с кем-то, так что место было пустым. Мэтью сидел рядом с Джадой и её матерью, его рыжеватые волосы ярко блестели в ярком свете зала.
Я снова посмотрела на духа. Он пристально смотрел на вход, сдвинув брови.
— На что ты всё время смотришь, Тринити? — спросил Дез.
Вот дерьмо.
Очевидно, я не была такой уж незаметной, как полагала. Поскольку я не знала, кто из них, Николай или Зейн, рассказал Дезу о том, что я вижу умерших, я вымучила улыбку.
— Ничего. Просто ошеломлена.
Он приподнял бровь.
— Неужели обед такой скучный?
Я поджала губы.
— Ты поверишь мне, если я скажу «нет»?
Дез усмехнулся и откинулся на спинку стула.
— Ни капельки.
Усмехнувшись, я посмотрела на сцену. Тьерри уже произнёс свою речь, суммируя навыки и успехи тех Стражей, которые прошли обряд Чествования. Нам ещё нужно было высидеть выступления тренеров, а потом были танцы.
Миша положил руку на спинку моего стула и наклонился ко мне всем телом, опустив подбородок.
— На что ты смотришь? — прошептал он.
Я опустила глаза.
— Тебе лучше не знать.
— Призрак? Арахис?
Я покачала головой.
На мгновение он замолчал.
— Дух?
— Да.
— Интересно, — пробормотал он, глядя туда, где раньше был дух, но теперь его не было.
Что за?..
Оглядев большой, ярко освещённый зал и украшенные мрамором стены кремового цвета, я, наконец, заметила его в центре зала.
Ухватившись за возможность отвлечься, я отодвинула свой стул.
— Я сейчас вернусь.
Миша схватился за подлокотники стула, собираясь встать, но я остановила его.
— Тебе не нужно идти, — сказала я ему, зная, что Дез и Николай наблюдают за нами. — Я в уборную.
На его лице промелькнуло сомнение, но он снова сел, зная, что если последует за мной сейчас, то это будет выглядеть очень странно. Я ухмыльнулась ему, представив себе череду проклятий, которые он выскажет мне, и кивнула двум Стражам, сидевшим напротив меня.
Я постаралась не натолкнуться ни на один столик, через которые проплывал дух, пока сидевшие поправляли тарелки и свечи, выражая своё замешательство восклицаниями.
Я ускорила шаг, проходя мимо двух воинов, ожидающих у дверей. Выйдя в гораздо более мягко освещённый коридор, я посмотрела в обе стороны. Здесь были люди, болтающие небольшими группами. Заняло несколько мгновений, но я снова увидела духа в конце коридора, у дверей, ведущих в сад. Секундой позже он проплыл прямо сквозь них.
Подхватив подол платья, чтобы не споткнуться, я прошла по коридору и остановилась у дверей. Сад освещали только тёплые струнные фонари и факелы. Что может быть хуже для моего зрения, чем чрезвычайно яркая комната?