Буря и ярость (ЛП)
Настолько пораженная тем, что он говорил, я не находила слов. Единственное, что я умудрилась сказать, как только мой рот шевельнулся, было:
— Он любит её?
Рот прислонился к стене.
— Да. Я имею в виду, что полгода назад так и было. Я не могу себе представить, чтобы такая любовь… ну, знаешь, любить кого-то годами, годами и годами… взяла и исчезла так быстро.
Крошечная трещина открылась в моей груди, доказывая мне, как сильно мне нравился Зейн… как сильно я полюбила его, даже не осознавая этого.
И чему тут удивляться?
Именно поэтому я так поверилась ему прошлой ночью. Вот почему я не могла оторвать от него глаз, когда была рядом. Вот почему я рассказала ему о своём зрении и рассказала о своей маме.
Может, это и не была любовь, но это определённо было что-то мощное и могущественное, что могло причинить боль, ведь, что бы это ни было, оно причиняло боль прямо сейчас.
Откинув голову к стене, Рот вздохнул.
— Он тебе нравится, да?
У меня свело челюсти от того, как сильно я зажала рот.
— Наверное, ты ему тоже нравишься. Ему нравилась Стейси.
Я моргнула.
— Кто такая Стейси?
— Лучшая подруга Лейлы, — он наклонил голову в мою сторону. — Они с Зейном были очень близки после всего, что произошло между ним и Лейлой. Они не были вместе. Ну, я имею в виду, я стараюсь не лезть в их личные дела, но думаю, что они просто… отвлекали друг друга.
— От чего?
— От горя, — ответил он. — Ты многого не знаешь, Тринити. Как и не знаешь, что причина, по которой клан Лейлы напал и чуть не убил её, таилась в том, что Зейн поцеловал ее, и она забрала часть его души.
Я судорожно втянула воздух.
— И ты не знаешь, что он каждый день наказывает себя за это, — продолжил Рот. — А почему он съехал и теперь живет один? Почему же ещё он отказался занять место своего отца и отрекся от власти?
— Он сказал мне, что всё из-за того, что ему нужно пространство и что он не согласен с тем, что делает его клан, — рассуждала я.
— И я уверен, что он говорил тебе правду. Он просто не всё тебе рассказал, — лицо Рота смягчилось. — Я удивлён, что его клан промолчал, когда ты оказалась вовлечена и осталась с ним.
— А зачем им это? Я сомневаюсь, что они говорят о его… о его прошлых отношениях со случайными незнакомками.
— Да, но ты же Истиннорождённая и должна быть защищена любой ценой, верно? — в его тоне не было насмешки. — И он перешагнёт через тебя и отдаст за неё свою жизнь сию же секунду.
Я резко втянула воздух, его слова жалили. Я отвернулась от Рота, моя грудь тяжело вздымалась и опускалась, пока я пыталась стряхнуть с себя то, что он говорил… пыталась убедить себя, что Рот был демоном, и он просто издевался надо мной, но… зачем ему это делать?
И я видела, как Зейн вёл себя в обществе Лейлы, слышала, как он говорил о ней и как он избегал говорить о ней любой ценой.
Рот не лгал.
Я закрыла глаза.
— Да, он тебе нравится. Вы перепихнулись?
Я резко дернула головой в его сторону.
— Прошу прощения?
— Я только спрашиваю, потому что знаю, что он не делал этого со Стейси. Они дурачились, но не перешли на следующий уровень.
— Откуда ты это знаешь?
— К сожалению, я слышал слишком много разговоров между ней и Лейлой, — сухо ответил он. — Они делятся всем. Так как, он это сделал? Ну, знаешь, перешёл на следующий уровень? Потому что, если он это сделал, то прямо сейчас я несу чушь и устрою вечеринку, потому что, поверь мне, никто так не хочет видеть, что Зейн двинулся дальше, как я.
Сжав губы, я покачала головой.
— Никакой вечеринки.
— Чёрт, — вздохнул Рот. — Послушай, как я только что сказал, никто не хочет видеть его с кем-то больше, чем я… видеть его действительно с кем-то, продолжающим жить дальше и проживающим лучшую часть грёбаной жизнью, но ты лаешь не на то дерево, — он оттолкнулся от стены и подошёл к месту, где я стояла. Наклонившись ко мне, он нажал кнопку лифта. — Так что вот, что происходит с Зейном и Лейлой. Десять лет любить того, кого у тебя никогда не будет, а потом теряешь это, как только осознаешь, что это всегда было в пределах твоей досягаемости.
Лифт звякнул, сигнализируя о своём прибытии.
Мы с Ротом молча спустились на лифте и вышли во влажный ночной воздух. Я была в оцепенении от того, что сказал Рот, но отчасти понимала, что меня не должно было это так сильно удивить. Знаки были, но я просто не знала Зейна достаточно хорошо, чтобы прочитать их.
Острая боль пронзила мою грудь от этого осознания. Я думала, что хорошо узнала его, особенно после всех тех ночей, когда мы говорили обо всём, но на самом деле, это были в основном поверхностные вещи, которыми он делился.
Ни один из нас не произнёс ни слова, когда мы вошли в крытую парковку, и моё сердце сильно забилось, когда мы обогнули колонну, и я увидела Зейна и Лейлу, стоящих перед его машиной. Между ними было чуть меньше метра, и их головы были склонены вместе, как будто они обсуждали что-то очень важное. Мой желудок начал переворачиваться, когда они оба посмотрели вверх.
— Ну, Тринити, это будет весёлый вечер для нас двоих, — Рот резко повернулся к Лейле, к девушке, в которую был влюблён Зейн. — Привет, коротышка.
Я замедлила шаг и когда подошла ближе, я смогла прочитать выражение лица Зейна, в то время как он разглядывал землю. Он не выглядел злым или раздражённым, как тогда, когда я уходила. Он просто выглядел… грустным.
Давление сдавило мою грудь, и я не знала, было ли это из-за меня, или из-за меня, или из-за всей этой ситуации.
Он поднял подбородок, и какие бы чувства он не испытывал, всё было скрыто, когда он встретился сом ной взглядом. И тогда-то я это увидела. Вуаль скользнула по его лицу, скрывая всё, что он чувствовал. Никаких эмоций, ничего глубже поверхности.
— И что же вы выяснили? — спросила Лейла, её голос звучал хрипло, как будто ей нужно было прочистить горло.
— Мы узнали, что за заклинанием к ведьмам приходил сенатор, — объяснил Рот, пока я просто стояла, пытаясь вернуть свои мысли в нужное русло. — Джош Фишер, лидер большинства в сенате. Он предложил Истиннорождённого, в основном по частям, ковену в качестве оплаты заклинания, утверждая, что у него есть защитник Истиннорождённого.
— Какого чёрта? — потребовал Зейн, поворачиваясь ко мне.
— Это в основных чертах, — Рот обнял Лейлу за плечи. — Итак, мы знаем, что Баэль работает с сенатором.
— Если найдём сенатора Фишера, то, возможно, найдём и Баэля, — Зейн всё ещё смотрел на меня. — Это хорошая новость.
Я медленно кивнула, наконец, обретя дар речи.
— Я сделаю несколько звонков. Гидеон, один из членов нашего клана… почти технический гений… он сможет узнать адрес сенатора, — сказал Зейн, и это была хорошая новость. Он уже полез в карман и сделал быстрый звонок. — Через пару часов у нас что-нибудь да будет.
— Вы поедете к нему домой, как только получите информацию? — спросила Лейла.
— Да, — сказала я, проигнорировав внезапную резкость на лице Зейна. — Мы должны…
— Давайте отложим до завтрашнего вечера, — предложил Рот. — Нам с Лейлой нужно кое о чём позаботиться сегодня вечером, но мы будем твоим прикрытием, если ты получишь информацию и решишь пойти.
Я открыла рот, но Зейн заговорил раньше меня.
— Не думаю, что это будет необходимо.
— Не думай, что меня это волнует, — ответил Рот.
Лейла отстранилась и ударила демона в грудь, а затем сосредоточилась на нас, на Зейне.
— Ты понятия не имеешь, против чего идёшь. Это может быть просто сенатор. Или там может быть человеческая охрана, и если это так, вам нужны мы…
— Потому что я позабочусь о людях, и не буду испытывать угрызений из-за этого, — объяснил Рот. — Ну, если люди станут для нас проблемой.
Я захлопнула рот.
— Не только из-за этого, — Лейла бросила взгляд на своего парня, и он просто усмехнулся. — Но у меня такое впечатление, что клан не помогает в этом, не так активно, и у тебя должна быть поддержка на случай, если дела пойдут плохо.