Цена возвращения (СИ)
Ого! Щенок-то он щенок, но каков тон! Как бровь заломил, как глаз прищурил. Переодетый герцог? Твою ж сестру, с этими тайными поручениями сам не заметишь, как проблемы наживешь, а оно надо простому унтеру? Да пошли они! Наше дело солдатское — приказы выполнять. А про то, где ночевать, ничего сказано не было.
— Как прикажете доложить господину коменданту?
— Э… доложите, что Поль Пифо с друзьями. И, — юноша замялся, — да, уточните, что я имел честь гостить у него в середине февраля. На всякий случай. — Он виновато улыбнулся.
Приехали уже в сгущавшихся вечерних сумерках.
Выйти из кареты путешественникам разрешили только после того, как из дверей своего дома, точнее — резиденции, вышел сам виконт де Камбре в сопровождении супруги, одетой в свободное платье из бирюзового шелка, ничуть не скрывавшего раздобревшей фигуры беременной женщины, очевидно, готовящейся родить в самое ближайшее время.
— Сусанна, как я рад вас видеть, — бросился юноша целовать изящно протянутую руку. — Но стоил ли беспокоиться, в вашем-то положении?
— Ничего, Шарль Сезар, врач говорит, что именно сейчас мне полезно ходить.
Командир эскорта округлившимися от удивления и возмущения глазами смотрел на это грубейшее нарушение и устава, и этикета. Приветствовать жену раньше мужа, раньше королевского вельможи⁈ Точно, простому вояке никогда не понять этих благородных.
— Жан, рад тебя видеть! Как видишь, я вернулся живым и даже здоровым. Позволь представить, — он взмахнул рукой в сторону вышедших из кареты спутников, но тут же замялся, — э… видишь-ли…
— Я понял. — Де Камбре кивнул собеседнику и, оставив супругу с юношей, подошел к новым гостям. — Обойдемся без церемоний, господа, но как-то вас называть можно?
— Шевалье де Боньер, — представился Аблемарл и крепко пожал протянутую виконтом руку.
— Элис… просто Элис, я… хм… не дворянка…
Несмотря на это заявление, де Камбре подошел и, галантно поклонившись, поцеловал девушке руку.
— Прошу в дом, господа. Сейчас вам укажут ваши комнаты, отдохните, а через час мы с виконтессой ждем всех к ужину.
И уже в доме придержал юношу за локоть.
— Сусанна, — обратился, однако, к жене, — ты, наверное, пойдешь к себе?
— Ни за что! — Супруга даже топнула ножкой. — Я хочу это видеть.
Шарль Сезар виконт де Сент-Пуант очевидно хотел задать вопрос, но хозяин дома его опередил.
— Эта девочка, Лола, она здесь. Надеюсь, ты не шутил, когда приказал Вида доставить ее в Галлию?
Де Сент-Пуант отбросил улыбку и гневно поджал губы.
— Шучу-шучу! — Де Камбре поднял ладони, словно останавливая надвигающуюся бурю. — Виноват, неудачно пошутил, вообще глупость сказал. Ну правда, извини. Мир? Отлично. А Лола здесь, как раз сейчас ужинает. Пойдем?
Зачем было спрашивать? Юноше бросился бы бегом, если бы знал куда. А так пришлось идти степенно, подняться на второй этаж, пройти по коридору, остановиться у дальней двери, вежливо постучаться.
— Войдите! — раздался голос взрослой женщины.
Открывшаяся картина была нормальной для этого дома, но совершенно неожиданной для Шарля Сезара. В дрожащем свете многочисленных свечей за маленьким, аккуратно сервированным столиком сидела девочка в чистом бледно-розовом платьице, украшенном белоснежными кружевами, и аккуратно серебряной ложечкой ела кашу.
Впрочем, при ближайшем рассмотрении обнаружилось, что и платье не очень чистое и кружева не совсем белоснежные, и с аккуратностью у ребенка все еще проблемы — личико было изгваздано кашей вполне основательно. Но под строгим взглядом худой и строгой дамы Лола искренне пыталось, пусть и не слишком успешно, выглядеть благовоспитанно.
До того момента, пока не повернула аккуратно расчесанную головку и не взглянула на вошедших.
— Поль!!! — Она бросилась к юноше. — Я так тебя ждала! Представляешь, все оказалось не так вначале мы с Бабином пришли в какой-то дом где никто не говорил по-нашему потом меня хотели куда-то отправить с каким-то дядей я отказалась на меня кричали хотели даже ударить но Бабин не дал потом мы с Бабином куда-то ехали потом плыли по морю. Было так красиво! А потом приехали сюда, где тоже никто не говорит по-нашему. Только мадам Деларю и Бабин, но он так редко навещает меня… и он, оказывается, совсем не Бабин, а какой-то Вида. И знаешь, здесь мне запрещают крутить сальто и даже жонглировать. Я так по тебе скучала!
— Господин виконт де Сент-Пуант, — холодным надменным голосом заговорила мадам Деларю на островном языке, — меня предупредили о вашем визите. Надеюсь, приняв девочку как воспитанницу, вы сможете привить ей манеры, приличествующие ее новому положению.
— В-виконт? — робко пискнула Лола, втянув голову в плечи и глядя на молодого человека округлившимися глазами.
Ужин прошел скованно. Хозяева не знали, о чем можно говорить с гостями, а гости, по крайней мере двое из них, не могли взять в толк, чему обязаны проживанием в доме одного из виднейших вельмож Галлии.
Так что окончание трапезы все восприняли с облегчением. Гости вышли, оставив хозяев наедине, и отправились по своим комнатам. Однако Элис задержала Шарля Сезара, легко взяв его за руку.
— Поль, — по привычке обратилась она к юноше, — ой, то есть ваша светлость…
— Можно просто Шарль Сезар, тебе — можно.
Пальцы девушки сжались чуть плотнее.
— Так вот, я слышала от слуг, что у тебя есть воспитанница.
— Да, Лола. Завтра мы вместе поедем в Париж.
— А познакомь нас сейчас!
Даже в полумраке коридора было видно, как заблестели глаза Элис. Отказать? Это было решительно невозможно.
— Пойдем, только она, наверное, уже спит.
Они аккуратно открыли дверь, вошли. Девочка вертелась в кровати.
— Поль, посиди со мной. А кто с тобой?
— Это очень хорошая девушка. У вас еще будет время познакомиться. Но это завтра, а сейчас — спать.
Он сел на краешек кровати, взял в свои руки ручку Лолы, Элис пододвинула стул и присела рядом. Так они и сидели, пока девочка не уснула.
Потом аккуратно встали и бесшумно, как и положено начинающему шпиону и опытной воровке, вышли.
Комната девушки располагалась дальше комнаты Шарля Сезара. Надо было прощаться, он осторожно взял ее за руку… рука не дернулась. Он обнял ее за плечи… от него не отстранились! И он поцеловал, как тогда, ночью, после бешеного бега, спасаясь от погони разозленных лондонцев.
И как тогда ему ответили. Только в этот раз девушка сама прижалась, крепко обхватила руками за шею… больно! Но показать это даже не пришло в голову. Он обнимал, ласкал ставшее вдруг таким податливым девичье тело.
А потом отворил дверь, и они вошли в темную комнату в углу которой стояла аккуратно застеленная кровать.
Утром они проснулись в объятьях друг друга. Усталые, не выспавшиеся, но такие счастливые.
Деньги, чины, карьера? Об этом виконт де Сент-Пунт забыл начисто. Молодой человек знал твердо, что главную свою награду за проделанную работу он получил сегодня.
Глава 37
Кабинет епископа дю Шилле, премьер-министра Галлии
— Итак, молодой человек возвратился живым и невредимым. Это хорошая весть. Нечасто мне приходится заменять заупокойную молитву на заздравную. Но получили ли мы результат? Все-таки главным в его вояже было — отвлечение на себя внимания контрразведки островитян. — Дю Шилле небрежно бросил доклад разведки на покрытый бордовым бархатом рабочий стол и откинулся на спинку стула. — Возвратился и привел с собой двоих спутников, с которыми теперь придется что-то делать.
Начальник галлийской разведки откашлялся. Не потому что простудился, а желая выгадать хоть пару секунд для обдумывания ответа — его собеседник не терпел и малейшей неточности.
— Смею заверить, ваше преосвященство, что результат мы получили. По данным резидентуры против де Сент-Пуанта были задействованы лучшие силы контрразведки. С того момента, как виконт начал работать самостоятельно, с сотрудников посольства было снято вообще всякое наблюдение. Его портреты были замечены у военных патрулей и на постах, охраняющих городские ворота. В общем, его действительно восприняли как реальную угрозу.