Ведьма на службе. Идите лесом, Господин Инквизитор (СИ)
— Они сопротивляются! — заверещал Этьен.
Этьен⁈ У меня не было на это времени, но хотелось отвесить себе очередную мысленную затрещину. Аделина предупреждала, а я не слушал.
Вырубил его одним резким движением и с содроганием посмотрел на дно алтарной чаши. Аскольд Веллрой лежал мёртвый, истекая собственной кровью.
Страшная смерть… Но он заслужил!
Ведьма находилась в каком-то подобии транса, поэтому не слышала того, что происходит вокруг.
Грегор и ребята рванули к Кристине и остальным детям, я же направился к Аделине, которая была подвешена дальше всех.
Боль от увиденного врезалась в моё сердце сотнями раскаленных игл. Моя изнеможённая сестра и любимая ведьма были практически без сознания с затуманенными от боли глазами и дорожками от слёз.
— Ты… — девушка с трудом посмотрела на меня, но узнала.
— Я, Адель. Я.
— Пришёл…
— Не мог не прийти, родная. Сейчас…
Пригляделся к структуре металлических конструкций, сковавших Аделину, и понял, как всех освободить.
— На счет три разносим эти кандалы к чёртовой матери! — рявкнул я.
— Как? — Грегор, пытавшийся разбудить Кристину с недоумением взглянул на меня.
— Смотри наверх!
Над каждым из узников горел камень с выцарапанными на нём рунами. Если я правильно помнил курс артефакторики, то нужно было ударить по нему, поскольку именно от этого изобретения чернокнижников шли нити к кандалам.
— Выпускайте самые мощные пульсары из своего арсенала! Раз! Два! Три!
Раздался грохот, сотрясший стены. Даже он не заставил Моргану замолчать, а пленники выпали к нам в руки. Не теряя времени, мы вынесли их из зала, предварительно замуровав дверь с помощью огня и эфира.
— Надо уходить, — просипела моя ведьма. — Чёрная магия не прощает ошибок. Сейчас всё взлетит на воздух…
Из-за двери раздался нечеловеческий вопль:
— Где они⁈ Нет! Нет! Нет! Нет! Я была так близко! — в дверь с той стороны начали колотить с нечеловеческой силой. — Вернитесь твари! Верните-е-есь! А-а-а-а-а-а!
— Уходим! Быстро! — крикнул остальным и ринулся наверх.
Я понимал, что мы не успеем спасти слуг, которые попали в чёрные сети чернокнижницы, и от этого становилось горько.
Если бы я послушал Аделину. Если бы заметил раньше!
Мы были почти у самого выхода, как почувствовали, что здание начало трястись и разрушаться.
— Быстрее! Быстрее! Мы почти выбрались!
Нам удалось выскочить из поместья, не попав под доски и камни, сыпавшиеся сверху.
— Ложись! — гаркнул Грегор, вылетев за ворота.
Мы, вместе с теми, кто оставался на улице, ничком рухнули на землю и поставили самые крепкие щиты, что были в наших арсеналах, и наслоили их друг на друга.
Грянул взрыв, лишивший нас слуха на некоторое время, и разрушивший нашу защиту. Только благодаря ей мы отделались оглушением и грязной от земли одеждой.
Я не видел, но мог предположить, что в соседних кварталах выбило стёкла, а половину столицы ощутимо тряхануло.
Спустя некоторое время я немного пришёл в себя и трясущимися руками прижал к себе своё личное наказание. Свою ведьму.
Мой лучший друг пытался поговорить с Кристиной и растормошить её. Я давно заметил, что он к ней неровно дышит, но предпочитал не комментировать это. Сами разберутся.
Надо доставить всех в лекарское крыло. Император знал о готовящейся вылазке, так что я уверен, что все находящиеся там уже в полной боевой готовности.
Стоило мне подумать об этом, как кареты Императорского Госпиталя показались на горизонте.
Глава 14
Аделина
В глаза ударил яркий свет. Я поморщилась и увидела перед собой белые стены.
Я за гранью? Голова гудела так, будто в ней поселился рой пчёл.
Последнее, что я помнила, адскую боль, пронзившую всё тело. Ритуал Морганы забирал магию из моего источника, а я не давала этому случиться. Сопротивление лишь усиливало агонию.
Потом, кажется, я увидела лицо проклятого инквизитора. Но, вполне возможно, это были предсмертные бредни или галлюцинации на фоне того, что переживал мой организм.
Приподнялась на локтях и обнаружила солнечный Леандор за окном.
Так, секундочку! Я что, жива⁈ Это было наяву⁈
Попробовала пошевелить пальцами и создать простеньких светлячков, чтобы проверить целостность моего резерва, совершенно забыв о том, что магия перестала мне подчиняться, как ко мне вышел седой мужчина в белом халате.
— Пока рано, леди Селванн.
— Меня вроде записали…
— Лорд Алгор исправил эту ошибку, — мужчина по-отечески мне улыбнулся. — А сейчас Вам нужно поспать ещё трое суток. Будете, как огурчик!
— Но я не…
Старик дотронулся до моего лба, и меня накрыло забытье.
* * *Открыла глаза с ощущением того, что прошла лишь одна секунда. Рядом со мной на подушке лежала моя любимая Герда.
Она почувствовала, что я проснулась, и уставилась на меня своими вертикальными зрачками.
— Герда! Как я боялась, что больше тебя не увижу! — посадила фамильяра на шею и потерлась щекой о её голову.
— З-с-снаю, девочка. Вс-сё чувс-ствовала. С-спас-сибо твоему кузену за артефакт. Ус-спела сообщить.
Если бы моё сердце было лесом, то в нем совершенно точно запели бы самые прекрасные птицы.
Слёзы радости полились из моих глаз. Моя вредная, но любимая змея была рядом, всё закончилось.
— Я бы ис-скус-сала Алгора до с-смерти, ес-сли бы он не ус-спел.
Напоминание об инквизиторе омрачило моё настроение. Душа, только что трепетавшая от счастья, снова заныла, переживая о несбыточном.
Снова попробовала создать светляков, но на выходе получила лишь короткую вспышку. Горестно вздохнула.
— Какая же из меня Хранительница, если я больше не могу колдовать?
— Время и люди лечат, милая.
— Они только калечат. Вот знаешь, — положила гадюку на подушку и села напротив неё. — Я же почти умерла. Были проблемы посерьёзнее, а я всё думала об этом предателе! Знаешь, как болит вот здесь.
Я положила руку в область сердца и опустила голову.
— Знаеш-шь. Твой кузен обещ-щал отправить меня в Вечный. Я тебя там подож-шду. А пока тебе надо кое с-с кем поговорить.
— Чего? — недоумённо спросила я.
Но Герда уже не слышала моего вопроса и юркнула в распахнутую дверь. Вместо неё на пороге показался мой персональный палач.
— Здравствуй, — произнёс он с улыбкой.
— Что ты здесь делаешь? — я нахмурилась и забилась к изголовью кровати, поджав ноги.
— Главный лекарь сказал, что ты здорова и можешь завтра пойти на праздник.
Знал бы ты, сволочь, как я из-за тебя здорова.
— Не пойду я ни на какой праздник. Если моё нахождение здесь больше не обязательно, то я предпочту отправиться домой, — раздраженно буркнула.
— Без тебя он не будет иметь смысла, — и снова улыбнулся. — По моему отчёту и отзыву того паренька… Ну, тёмненький такой… Как же его?
— Рикард?
— Точно! Он! Так вот, он уже успел рассказать, как ты успокаивала всех и не позволяла сдаться даже во время проведения ритуала. Так что Император жаждет познакомиться с тобой лично. Вот, возьми.
Он протянул мне огромную коробку, которую я поначалу не заметила.
Не знаю, как. Не заметила и всё!
Открыв её, я обнаружила потрясающей красоты платье и туфельки на небольшом каблучке. Красный и чёрный цвета переливались между собой, как перламутр.
Наряд меня, бесспорно, впечатлил, но я не нуждалась в утешительных призах.
— Я не приму его…
— И оскорбишь корону? — Дамиан лукаво прищурился.
Вот что ты улыбаешься⁈ Тебе легко и здорово! Ты спас сестру и раскрыл дело. А мне теперь как быть, чудовище⁈
Не покидало ощущение, что меня загнали в угол. Герда ретировалась, этот… Этот притащился и несёт какую-то чушь про праздники, будто не замечает, что я не в состоянии петь и плясать.
— Церемония состоится завтра вечером.