(не)идеальный брак (СИ)

— Дим, погоди.
— …тебе пора найти какое-нибудь увлечение. Ты ведь ни разу не была в московских театрах, верно? Моя знакомая нашла нам пару билетов на ближайшие выходные. Это комедия, но с элементами мюзикла, ты…
— Дима! — кричит Света, у которой от обилия обрушившейся информации кружится голова. — Пожалуйста, ты не мог бы немного притормозить, потому что…
— Знаю, — мягко произносит мужчина. — Это можно быть слишком быстро, но пришло время перестать держаться за старое. Ты ведь сама сказала, что не чувствуешь себя счастливой. Я нашёл работу, новую квартиру и…
— Дело не в квартире и деньгах, Дим. Ты… ты вытащил меня после целой ночи за машинкой на солнце, глаза сразу стали болеть. Заставил работать, руки и порезы сразу заныли. Ты говорил, что это нужно людям, а потом оказалось, что только тебе. Это было тебе нужно и ради этого ты наплевал на мои собственные нужды.
— Но это ведь помогло…
— Не важно. Ты заставил меня чувствовать себя плохо ради каких-то собственных целей, ничем не обоснованных, построенных на голых убеждениях. Я понимаю, что это важно — помогать, поддерживать тебя во всём, но… мне было тяжело, понимаешь? Слишком тяжело для единственного выходного дня за две недели.
— Прости.
— Это было нечестно. Даже ради ста тысяч в месяц.
— Свет…
— И хватит постоянно твердить «прости», будто это и правда что-то изменит. Ты накосячил, значит должен вести себя нормально хотя бы какое-то время. Я честно старалась поддерживать тебя во всём, кочевала из города в город, таскала вещи, шила ночи напролёт… я перестала чувствовать пальцы от напряжения, они сгибаются через раз из-за положения, которое вынуждены постоянно принимать. В единственный выходной ты вытащил меня непонятно зачем, заставил говорить на диктофон странную чушь, грести никому не нужные листья. Да, возможно, мне стоило держать себя в руках, но и тебе после стоило бы просто дать мне возможность хоть немного расслабиться. А не огорошивать с ходу новостью о грядущем переезде. Рада ли я за тебя? Да. Хочу ли я, чтобы у тебя всё получилось? Да. Готова ли ради этого снова всё бросить, отправившись на новое место? Извини, в этот раз цена слишком велика.
— Милая…
— Прекрати. Не надо снова хватать меня за руки и делать вид, будто всё в порядке. Я хочу домой, под бок к маме и понятным, простым заказчицам, не требующим «эпатажный бант» для школьной формы десятилетней девочки.
— Но у нас же получилось, почему ты хочешь вернуться?
— Потому что я устала. И это не исправить чашкой кофе…
Димик выходит на работу и за три месяца умудряется что-то там такое сделать, что его непосредственное начальство от радости исходит розовой патокой, а на голову «невероятно продуктивному работнику» одна за одной падают премии. Деньги тратятся на костюмы и спортзал, куда он теперь ездит на автобусе дважды в неделю с модной сумкой через плечо, сшитой «по последней европейской моде».
Словно услышав её мысли, муж всё-таки снимает вторую квартиру, куда потихоньку таскает вещи, стремясь скрыть это от Светы. В «новый дом» сама женщина попадает только спустя полгода, когда там уже всё готово и не надо доделывать буквально ничего.
— Хозяин готов её продать, с моей зарплатой мы потянем ипотеку, — сообщает Димик вечером в кафе, куда вытащил её «подальше от тряпок». — Через пятнадцать лет квартира будет наша, надо только подать документы, пока обоим ещё не исполнилось тридцать. Так какая-то государственная программа, я не очень в этом разбираюсь, но вроде бы…
— Давай просто поедим сегодня, ладно?
Муж обиженно поджимает губы, но ничего не говорит. Он и правда старается. Света не слышит жалоб или требований, хотя ждала их в самом начале своей «молчаливой забастовки», ведь «это же надо для работы». Подобные фразы работали с ней всегда, в любых, даже самых сложных ситуациях.
Но не сейчас.
— Я не думаю, что готова к столь масштабным изменениям, — торопливо оправдывается женщина, закрыв глаза. — Спасибо, конечно, за наш «тайный переезд», но для меня всё происходит слишком быстро…
 
— С Днём Рождения!
Уже? Как она вообще могла о таком забыть? Вот почему мама звонила всё утро и, не получив ответа, обиженно бросила в обед в трубку «теперь я занята!».
Света с сомнением смотрит на цветы в вазе, на Димика и — пристальнее всего — на торт в его руках. На глазурованной поверхности лежат блестящие буквы и было бы здорово просто завизжать от радости, бросившись мужу на шею, вот только…
— Дим, сколько мне лет?
Глава 13
Двадцать девять.
Удивительно, как быстро летит время. Кажется, ещё вчера она выпускалась из школы, стояла на ступеньках красивого здания я парадном платье с красной лентой, а сегодня — уже остался всего год до тридцати.
— Мне очень жаль, — произносит Димик в сотый раз за день. Подняв голову от очередной выкройки, Света снова одаривает его злым взглядом, и молча принимается за работу. — Я…
— Не старайся. Это было грубо и неприятно. Не думаю, что в ближайшее время буду готова снова говорить «о важном» с человеком, который за столько лет не выучил мою дату рождения.
Она ведёт себя как полная сука. Да-да, отлично осознавая как выглядит со стороны, она всё равно продолжает. Просто потому, что хочет и может. В конце концов, Димик ведь тоже понимает, когда делает что-то неправильно, однако останавливаться чего-то не спешит. Так почему Света должна держать себя в руках? Может, ей тоже хочется совратить какого-нибудь молоденького красавца с кубиками на прессе и знойным взглядом?
— Слушай, я понимаю, что некоторые изменения, они… требуют времени. Для принятия. Но тебе всё равно придётся признать, что у нас проблемы.
— Серьёзно? — снова открывается от работы Света. — Ты только сейчас об этом заговорил?
— Ты… знаешь?
— Разумеется. Я внутри этих отношений, было бы странно, если бы я не заметила проблем. Мы потеряли контакт, — «которого у нас вообще не было», — И теперь с каждым днём всё сильнее отдаляемся. Возможно, что это именно то, чего ты хочешь — медленное и плавное расставание без резкой боли от разрыва — но мне что-то не легче.
— Я… ты думаешь…
Он замолкает.
Света включает машинку, ей нужно отшить целый набор школьной формы до завтрашнего утра, а осталось не так много времени, учитывая Димика, сидящего рядом и постоянно пытающегося завести разговор. Она уже и так отвлекалась достаточно, чтобы ткнуть иглой себе в палец и ошибиться при раскройке. Если срочно не появится маленькая девочка с невероятно крохотными ручками, на которую можно будет использовать случайно отрезанный кусок, женщина лишится части денег за ткань.
— Мне просто нужно время, чтобы осознать, как правильно действовать, понимаешь? — в полной тишине почти шепчет Димик. — Я никогда прежде не был в ситуации, когда проблема заключалась не в деньгах. Мы раньше постоянно экономили, зажимались буквально на всём. Потом стало чуть лучше, но всё равно тяжело. Переезды должны были упростить нам жизнь, но почему-то вместе с доходом начали с бешеной скоростью расти расходы. Я не ожидал этого и глупо предположил, что, перебравшись в Москву, смогу это исправить. Денег и правда прибавилось, но вдруг оказалось, что проблема всё же не в них. Прости, что так получилось. Что я могу сделать, чтобы вернуть нас?
«Ничего».
— Я не знаю, — вместо звучащего в голове короткого и понятного ответа выдавливает из себя Света. — Дай мне немного времени, я… должна прийти в себя. Произошедшие за последние пару лет изменения были… слишком… они… я… — смирившись с тем, что не сможет сформулировать свои мысли, она просто обречённо закрывает глаза. — Мне нужно время, ладно? Это важно.
— Хорошо…
Димик выполняет её просьбу целиком и полностью. Привозит часть вещей обратно, всё реже звонит и… в один прекрасный день, Света уже вечером ловит себя на отсутствии беспокойства. Потому что она и думать забыла про привычную трясучку о муже. Она в порядке и, похоже… в полном порядке. На всякий случай женщина не звонит мужу ещё несколько дней, а, когда набирает… не получает ответа.