Колыбель Прибабахуса 3 (СИ)
— Ты это. Ауру величия отключила бы. — подлетев к эльфийке и повернувшись лицом к потолку, шепнул ей на ухо Лиу. — А то они так долго вставать будут.
— А, ой, точно. — умом остроухая богиня сисе… Э-э-э, эльфов, конечно же. Умом остроухая богиня эльфов все также не блистала. — Так, вот… Встаньте, дети пещер, и завершите ритуал!
Неуверенно, с опаской, но остроухие мобы все же принялись отрывать от земли сначала взгляды, а потом постепенно и свои сгорбленные в поклонах тела. Первым к Сисиэль подошел сто восемьдесят девятый номер, взял из ее рук магическую иголку и, уколов палец, пролил пару капель на шляпку грибочка. Мухомор дернулся и немножко подрос. А эльф как-то… Изменился. Не внешне, но внутренне. Даже не знаю, что именно. Плечи, наверное, расправились, взгляд уверенным и более разумным стал. До этого на полубезумное полуживотное был похож, а теперь действительно напоминал представителя гордого и великого ушастого народа. Такого, у которых свое священное древо есть. А дальше иголка пошла по кругу, а пещерные ушастики принялись по очереди удобрять свой росток.
И с каждой каплей зеленый мухомор рос быстрее и быстрее. Сначала он расправил шляпку и достиг обычного мухоморного размера. Затем он принялся увеличиваться, еще и еще. А когда достиг метровой высоты и такого же диаметра шляпки, он начал… Ветвиться. Как самое настоящее дерево. Сисиэль аж обеими руками лицо закрыла и покачала головой, когда это увидела. Видимо, в ее системе ценностей это было чем-то типа надругательства над самой идеей священных деревьев и эльфийских рощ, пусть она даже секвойи настоящей в жизни никогда не видела. Но Токи-Токи это не останавливало, и она продолжала взращивать это чудо магической генной инженерии. Когда последняя капля крови накормила это чудо-дерево, оно достигло высоты трех этажей, ножка в основании была метра два шириной, а крона с трехметровыми зелеными пятнистыми шляпками раскинулась метров на десять в каждую сторону от главного ствола. «Великое грибное древо жизни» — вот такая надпись огромными буквами красовалась над этим чудом природы.
А местные эльфы стали другими. Не внешне, а вот точно также, как сто восемьдесят девятый. Глаза пылали решимостью и готовностью пойти за своей богиней хоть в жопу дракона. Но нужно было всего лишь сходить на их короля боевым рейдом. И да — это действительно был рейд, потому что босс опять был слишком ебическим для того, чтобы одолеть его нашей малочисленной пати в прямой схватке. Мы шли в середине строя — вместе со своей богиней эльфы окружили нас и больше не выпустили из круга. Так что мобы этого подземного леса были нам больше не страшны, а вот опыт за уничтожаемую хрень при этом капал. А вскоре показался и сам король.
Это был гибрид хуйни с поебенью. Живое воплощение страхосрани. Даже если я его опишу, вы все равно даже десятой доли не прочувствуете, потому в живую он страшнее и мерзотнее, чем даже если просто вспомнить. И я еще промолчу о том, что это эльф-маг девять тыщ девятьсот девяносто девятого уровня. Представьте себе эльфа. Обычного эльфа мужского пола в богатом платье, вышитом серебром и бриллиантами, с серебряной короной-венком на голове. Ростом два с половиной метра, с бицухами чемпиона мира по поднятию тяжестей и пузом чемпиона всех миров по сумо. С волосатыми ушами. Нет, даже не с волосатыми — с лохматыми, с кисточками на остриях, как у белочки. Лицо вытянуто вперед, пасть, как у вурдалака из варкрафта — от уха до уха, и клыки в два ряда в разные стороны торчат. Вместо носа кабанье рыло, и два бивня из ноздрей торчат. Кожа вся, где видно, бугристая, бородавчатая, как у жабы. Ресниц и бровей нет. Волосы на голове длинные, до пояса, но клочками, словно его лишай не погрыз — выебал во всех позах камасутры по три раза. Маникюр шикарный, как и педикюр — полуметровые когти-сабли, отдающие серебристым отблеском. И вот этот вот красавчик еще был болен грибком. Верней, грибочком. Если вы видели, как выращивают вешенки в полиэтиленовых мешках, то примерно поймете. Он был похож на такой мешок. Сквозь надувшуюся кожу во многих местах просвечивала паутина грибницы, а в некоторых местах кожа была повреждена, и оттуда росли пучки каких-то бледных пожухлых опят. Еще добавим сюда неприятный запах кислятины, тухлятины и хуятины… Вот это все на десять умножьте, и примерно поймете впечатление, которое он производил.
Король сидел на троне и смотрел на приближающуюся к нему толпу равнодушным взглядом. Трон, к слову, был под стать локации — на тонкой двухметровой грибной ножке располагалась изогнутая в форме кресла шляпка фиолетового цвета, похожая на больную сыроежку.
— Все, готово! — радостно воскликнул Огунор, закончив свои манипуляции со своим музыкальным инструментом, когда мы с эльфами уже почти добрались до босса. — Щас усиление накину, и можно кайфовать.
Чего он там так долго химичил? Ну, он подготовил не самое обычное музыкальное заклинание. Заодно продемонстрировав, что класс барда пиздец как недооценен, а в компьютерных играх и вовсе представлен, как какая-то полная хуйня. Струны его музыкального лома переливались красными огоньками, но стоило приглядеться, как становилось ясно — это руны. Цепочки рун кружились по всей длине каждой струны, а рукоять светилась изнутри алым сиянием — настолько сильно инструмент был накачен маной древнего бога войны. Руки Огунора до локтя были окутаны красным туманом, в котором тоже кружились руны-огоньки.
— Я называю эту мелодию «стройся квадратиком». — с какой-то зловеще-загадочной ухмылкой прохрипел Джигурда, и его глаза натурально, без метафор сверкнули красными огнями. — На кубик, пардон, маны не хватило.
С этими словами он ударил по струнам, выдавая первый аккорд. Второй, третий и далее разы он даже не касался инструмента, но музыка полилась сама собой. Струны скрипели и скрежетали, словно это была электрогитара и выдавали довольно таки быстрое и зажигательное соло. А от древнего по земле растекалось интенсивное красное свечение, и даже создавалось впечатление, что это земля плавится и превращается в лаву. Туман и руны, окружавшие инструмент и руки музыканта, впитывались в музыкальный ломик. Вскоре под ногами Огунора земля перестала светиться, и во все стороны от него поползло алое кольцо. И эльфы, которых это кольцо затрагивало, изменялись. У них надувались мышцы, у них начинали светиться красным их ногти и огромные глаза. И самое главное — уровни. Цифровое значение уровня не менялось. Просто сверху появлялась небольшая двоечка, которую обычно приписывают, когда возводят число во вторую степень. В квадрат.
Глава 23
— Да уж, реально жалко, что на кубик не хватило… — только и оставалось пробормотать после увиденного.
Усиленные древней музыкой, эльфы рванули в рукопашную. Оружия ведь у них не было. А еще не было магов, к сожалению. А может, и к счастью, а то обрушили бы нахрен пещеру и похоронили бы нас всех тут. Потому что даже в ближнем бою получились имбы. Был, конечно, один недостаток у такого мощного Джигурдинного заклинания — здоровье у бафнутых утекало по одному проценту в секунду. Собственно, за счет этого оно и работало.
Конечно, король не был бы боссом, если бы тоже не был силен. У него был массовый стан, причем охрененный. Толстенные дубовые корни вырвались из-под земли и оплели нас всех. Прям вообще всех. И из этих пут мы не могли вырваться, пока король не сдох — настолько прочными оказались корешки. А вот усиленные эльфы смогли. Порвали они оковы, словно те из бумаги были, и поперли дальше. Добравшись до трона, они сбили его на землю, и началась обычная драка толпы сильных, но нубов против опытного главнюка. Его мощные когти рассекали тела пещерных жителей, отрубали им руки и ноги… Но регенерация у них была перекачена, и не то, что раны срастались — отрубленные головы вновь появлялись на плечах раньше, чем заканчивалась полоска жизни.
Но, несмотря на такой перевес в силе, эльфийский король демонстрировал превосходство интеллекта. То есть магии. Раз в несколько секунд он выпускал волну энергии, и метров на пять вокруг правителя образовывалось кольцо свободного пространства, заваленное мясным фаршем, неспособном более восстановиться. И хотя эта пустота тут же заполнялась новыми противниками, все повторялось вновь и вновь, пока половина войска не полегла, разменяв всего половину шкалы здоровья босса. А все потому, что этот мутированный мудак умел хилиться, причем весьма и весьма нехило, что вкупе с огромными запасами очков жизни делало его уничтожение достаточно трудной задачей. И маны у него тоже, очевидно, было весьма и весьма много.