Айлин – дочь адмирала (СИ)
– Бион-2, пробуй увеличивать скорость.
– Да, адмирал.
Далёкие звёзды размазывались в линии за бортом корабля, что плавно всё набирал и набирал скорость.
– Бион-2, отчёт.
– Скорость двести тысяч километров в час. Ожидаемое прибытие на орбиту планеты Сониум – двести тридцать пять часов. Все функции корабля в норме, экипаж в норме. Я в норме.
– Увеличь скорость до двести пятидесяти тысяч.
– Да, адмирал.
Присутствующие на корабле и не почувствовали увеличение скорости – бион увеличил мощность антигравитации. Адмирал повернулся к присутствующим в рубке управления:
– Профессор, что скажете?
– Превосходно, – учёный наблюдал за состоянием своего подопечного на открытой в пространстве объемной модели биона с отростками нейросети, – он наращивает клетки, утолщая нейросеть!
– Командор Скит?
Командор оторвался от созерцания чёрной бездны с плавающим в ней Светилом и мириадами звёзд вдали, и медленно ответил адмиралу:
– А меня, кажется, укачало…
– Тогда вам не нужно находиться на мостике во время гиперперехода, рекомендую не покидать каюту.
– Но…
– Мы никому не скажем. Иначе вас не допустят до ПОЛЁТА.
– Да, адмирал, вы правы, – командор тяжело поднялся и по наклонному полукруглому пандусу проследовал к лифту.
– Айлин?
– Всё в порядке, папа.
– Бион-2, отчет, – адмирал отвернулся к панели управления.
– Скорость двести пятьдесят тысяч километров в час. Функции корабля в норме. Экипаж в норме. Одному члену экипажа, командору Скиту – засветилась голограмма с лицом командора, – требуется средство от укачивания.
– Предоставь.
– Ожидаемое время прибытия на орбиту Сониума?
– Сто пятьдесят семь часов.
– Держи эту скорость и составляй карту галактики.
– Да, адмирал.
– Требуется неотрывное моё присутствие на мостике?
– Нет, адмирал.
– Спасибо бион-2. Ты молодец!
Адмирал поднялся из кресла капитана:
– Профессор?
– О, нет, Тогун, я ещё понаблюдаю, с вашего позволения.
– Пойдёмте, профессор, вам ещё надоест это однообразие в иллюминаторе, поприветствуем и успокоим стажёров.
– Айлин.
– Да, папа, – она отключила голограмму с расчётами и поднялась навстречу отцу.
***
– Нэйка, смотри что у меня для тебя есть, – Пит достал из запазухи комбинезона бутон цветка на коротком стебле, входя в медотсек, где Нэйка должна была помогать профессору Атору во время полёта наблюдать за стажёрами в криокапсулах.
– Что это, Пит? – Нэйка потрогала нежные лепестки.
– Это – цветок. Я не знаю как называется, но пахнет как!
Нэйка опустила лицо к бутону в ладонях и вдохнула нежный аромат.
– Где ты это взял?
– Там, наверху, есть о-ран-же-ре-я, – вспомнил он слово по слогам. Адмирал позвал поговорить нас с Айлин туда.
– Чего он хотел? – зашептала Нэйка.
– Потом…
– Молодой человек, что вы здесь забыли? – профессор был строг. – Проследуйте на место своего прикрепления.
– Да, профессор. – Пит чмокнул Нэйку в щёку и исчез из медблока.
– Любовь? – профессор снисходительно оглядел помощницу, та кивнула.
Нэйка проверяла подключение криокапсул к системе жизнеобеспечения. По дороге от ближней планеты к Светилу – Алиуса до крайней планеты в их системе – Иплона, пятьдесят стажеров должны будут отправиться в криосон. Это ещё одна проверка для биона – поддержание жизнеобеспечения к криокапсулах во время гиперперехода. Профессор Атор зорко следил за работой биона, проверяя все данные. Третьи сутки продолжался полёт к Сониуму, но он толком не спал, стараясь больше времени проводить за наблюдениями. Айлин говорила Нэйке, что можно было лететь быстрее, но тут главное – чтобы бион собирал данные и составлял карту галактики. Нэйка воткнула бутон в волосы и продолжила проверку капсул вместе с напарницей.
Профессор Атор особо не обращал на них внимание, он был занят вычислениями. Он был стар. Подходило его время для переселения в подземелья. Нет, он, конечно же, понимал, что Айк не пошлёт его на нижние уровни, – голова профессора работала хорошо, но очень уж не хотелось переселяться из башни альянса в глухой блок, ведь вокруг столько ещё интересного! К примеру, этот бион!
***
– Бион-2, карта галактики составлена? – Тогун скрывал нетерпение.
– Да, адмирал.
– Есть пригодные для жизни планеты?
– Есть планеты с полезными ископаемыми, без атмосферы.
– Хорошо, – расстроился адмирал, – составляй карту других галактик. Меня интересует поиск моей родной – Млечного пути.
– Карты трёх ближайших галактик составлены. Продолжаю работу.
– Найди её, бион-2, слышишь? Это важно – доставить туда Айлин, – добавил адмирал тихо.
– Да, адмирал.
– Ну и чем вы тут занимаетесь без меня? – на мостике появился командор.
– Проверяю работу биона по составлению карт.
– Бион-2, запись разговора с адмиралом.
Тогун напрягся. Бион-2 включил запись:
Бион-2, карта галактики составлена? – Тогун скрывал нетерпение.
– Да, адмирал.
– Есть пригодные для жизни планеты?
– Есть планеты с полезными ископаемыми, без атмосферы.
– Хорошо, – расстроился адмирал, – составляй карту других галактик…
Запись прервалась. Тогун незаметно выдохнул.
Командор кивнул и занял своё кресло, собираясь наблюдать за работой адмирала. Через пару часов явился и профессор со своим рабочим коммуникатором, проверить очередную гипотезу.
Айлин вместе с другими стажёрами проходила обучение в боевом куполе. Все дни нахождения в космосе они чередовали занятия: сегодня отключили гравитацию и разделившись на команды выполняли на скорость физические упражнения.
– Какой ты неуклюжий, – Айлин смеялась над Броком, при этом сама не могла удержать себя вертикально, всё время заваливаясь на бок.
– Быстрее, быстрее, Айлин! – подбадривали её ребята из команды.
– Да не могу я, ха-ха-ха! – Айлин совершила кувырок через голову. – Брок, не вздумай меня обогнать!
Брок был игроком другой команды и также, как Айлин, практически безрезультатно бултыхался в невесомости.
После игры отправились в душ и в столовую. На корабле были немного другие правила, чем на планете: одежду не сдавали на переработку каждый дун, здесь и не было понятия "дун", – отдыхали и работали также, по очереди, только отдыхали каждый в своей каюте, рассчитанной на двоих. Комбинезоны сдавали раз в двое суток, бельё один раз. В остальном стажёры вели привычный образ жизни: завтрак, просмотр лекций, записанных преподавателями в центральном холле, и только вместо работы – физическая подготовка, отработка навыков боя, занятия по специальности. Однажды Айлин показалось, что она увидела Теола, но прогнала эти мысли прочь – такого быть не могло. Соседкой по каюте у Айлин была смешливая девушка Сайна, безответно влюблённая в Брока.
После занятий отец прислал сообщение на личный коммуникатор с просьбой подняться Айлин наверх, в оранжерею.
– Папа, ты здесь? – Айлин открыла дверь оранжереи своим чипом, приклеенным к руке пластырем.
– Айлин, да, я здесь, – отец вышел навстречу и обнял дочь. – Не видел тебя трое суток. Как проводишь время? Развлекаешься?
– Учусь, занимаюсь. Сегодня соревновались в куполе без гравитации. А ты?
– Работаю. Бион составляет карты, – адмирал вздохнул, – но пока порадовать нечем – я даже не понимаю в какой мы части вселенной.
– Адмирал, я очень стараюсь, – в голосе биона Айлин показалось, что услышала нотки сожаления.
– Я знаю, друг мой, знаю – это не твоя вина, – успокоил его адмирал. – И спасибо, что не передал весь наш разговор командору.
– Вы сами называете меня другом, адмирал, я тоже считаю вас другом.
– Биончик, я тоже считаю тебя другом! – засмеялась Айлин. – Только пока – это тайна.
– Я знаю, Айлин. Спасибо. Адмирал, всё готово.
– Да, спасибо, Биончик. Пойдём, Айлин, ещё один сюрприз.
Они вышли из оранжереи не в общий коридор, а через раздвижную дверь в стене за высокими кустами в смежное помещение. Оно не было большим, но с огромным иллюминатором во всю стену и резервуаром, наполненным водой.