Архимаг, который живёт в подвале (СИ)

А вот это пугало уже больше, чем какие-то бычары со стволами.
Впрочем, Кавадзаки нападать не собирался; вместо этого он быстро поклонился мне.
— Приветствую, глава, — негромко проговорил он. — Я всё ждал, когда вы появитесь. Ситуация накалилась, однако раз вы здесь… — мужчина наклонился и прошептал мне прямо на ухо, — …значит, я всё правильно понял.
Кавадзаки мне довольно подмигнул.
Что… понял?
Тем не менее, мне нужно было сохранять уверенное лицо, и потому я лишь кивнул и сделал сдержанно-довольную гримасу.
Сейчас главное — понять, что тут вообще происходит. Кругом шум, толпа Тёмных; моё появление пока заметили только те, кто стоял ближе к нам с Кавадзаки, а там, в центре, была какая-то своя атмосфера.
И в центре композиции, разумеется, Славик.
Впрочем, не только. Тут и там мелькали и другие знакомые лица. Вон та девица с вечеринки. Вечеринка закончилась, а она всё ещё одета в костюм доминатрикс – видимо, ходит так всегда. Она как раз ходила вокруг стоящего Славика и говорила что-то, а толпа (в которой мелькали то давешние парни, то ещё какие-то знакомцы) внимала. Во взглядах, направленных прямо на Славика, не было ничего хорошего — только еле сдерживаемая жажда крови.
Кажется, они всерьёз на него рассержены.
Обиделись, что ли?
— …несколько десятков трупов — ценные, опытные члены Культа, полезные нашему делу, просто расчленены! — донёсся до меня голос брюнетки на самых повышенных тонах. — Два здания выгорело начисто! Урон на три миллиона баксов — это только по предварительным подсчётам, не говоря уже про резонанс и проблемы с тем, чтобы замести следы. И всё это он рук своего же! СВОЕГО ЖЕ!! Ты хотя бы раскаиваешься, мудила?!
— Да я… а что я-то, Вивианна? — тихо и искренне удивлялся Славик, стоя на одном месте по стойке «смирно», будто стишок читая с табуреточки; его глаза были уставлены в пол. — Я не сделал ничего такого…
— Не сделал ничего?! — у доминатрикс конкретно пригорало. — Тебе ещё раз зачитать, какое именно «ничего» ты не сделал?!
— Так это… глава сказал — я сделал, — Славик еле заметно пожал плечами; ему было не по себе от всего этого шума и внимания. — Мне-то чё… я человек маленький.
Даже здесь, на краю зала, было отлично слышно, как Вивианна заскрипела зубами.
— Глава?! — выплюнула она. — Что ж, теперь многое становится понятно.
Она перевела взгляд на толпу; та неотрывно следила за происходящим в центре, а потому моё присутствие в зале всё ещё не замечала, не считая тех, кто стоял вблизи.
— И что? Мы будем это терпеть?! — Вивианна почти кричала. — Новый «лидер», чёртов самозванец, творит какую-то дичь, желая расколоть наше единство, посеять ссоры между своими. Может, хочет уничтожить нас изнутри, а может, думает, что так ему будет проще удержаться при власти — плевать, это неважно. Важно то, что мы этого не потерпим!
Она махнула рукой в сторону Славика.
— С Манкина взять нечего – фальшивый «глава» просто использовал этого идиота для своих целей.
Славик просто безралично пожал плечами.
Зал замер, завороженно глядя на происходящее в центре; я поймал изумлённый взгляд той девчонки, что смеялась над Славиком вчера вечером.
Ладно, пора кончать этот балаган. Я поманил пальцем Кавадзаки и жестом показал ему расчистить дорогу сквозь толпу.
Тот кивнул — и принялся бесцеремонно распихивать в сторону толпу; впрочем, взглянув на него, большинство сами спешили оказаться подальше.
— Тем не менее, — продолжала Вивианна, — он поднял руку на своих, а потому я предлагаю вам всем — предлагаю нам, единому Культу! – приговорить его к смерти, чтобы…
— А я вот предлагаю тебе заткнуться, — спокойно заметил я, выходя в центр.
По толпе прошёл шум; люди изумлённо поворачивались, чтобы уставиться на меня, пока я встал напротив неё, по-прежнему засунув руки в карманы и оглядывая её со скучающим видом.
А правда, что тут разглядывать. После Зиминой не особо-то и соблазнительно, и с готскими фенечками явный перебор.
— Ты… ты!! — громко выдохнула Вивианна, сделав пару шагов; она распахнула глаза, позабыв про Славика, который, завидев меня, стал радостно лыбиться — единственный во всём зале.
 
— Допустим, я.
— Шлялся где-то с прошлого вечера… — Вивианна, кажется, не могла поверить, что я сам появился здесь. — Оставил клан под ударом в опасный момент… Привлёк внимание всех и вся… а теперь появляешься здесь, такой красивый, и заявляешь, что…
Наверное, я бы мог найти, что возразить доминатриссе. Но… раз уж я решил для себя, что не буду отказываться от роли тёмного лидера, что я останусь им и попытаюсь выжать из этого максимум выгоды, то и вести себя нужно соответствующе. А любой нормальный тёмный лидер не стал бы вступать в полемики.
А просто сказал бы…
— …заявляю, что тебе, сука, нужно закрыть рот.
  
Глава 12
 
— Заявляю, что тебе, сука, нужно закрыть рот, — припечатал я, сверля Вивианну взглядом.
…если до этого, после моего появления, по залу начали бегать шепотки, то теперь наступило время тишины. Полной, абсолютной — как будто выключили звук. Тёмные застыли, распахнув рты; мрачный Кавадзаки возвышался за моей спиной, одним своим видом придавая вес моим словам; Славик светился от счастья, словно новогодняя ёлка — но тоже не издавал ни звука, то ли не в силах поверить в происходящее, то ли не решаясь перебить торжественность момента.
Но больше всего в происходящее поверить не могла, конечно, сама Вивианна. Девушка просто остолбенела, вытаращившись на меня — только два чёрных пера в причёске слегка покачивались, разбавляя неподвижность.
Я продолжал смотреть на неё, не отводя глаз.
— Как… ты… посмел?! — наконец, выдавила она из себя.
Я пожал плечами.
— А мне что, разрешения спрашивать нужно?
Затем я обвёл глазами остальных. Люди молчали; возможно, многие тут были с ней согласны, многие относились ко мне с подозрением. И всё-таки они своими глазами видели, как Архимаг провозгласил меня новым главой, и до сих пор гадали о причинах.
Словом, впечатление, которое я произведу на них здесь и сейчас, определит всё.
— Или, может быть, кто-то ещё здесь против моих решений? — спокойно уточнил я. — Странно. Раньше вас почему-то всё устраивало. Устраивало то, что от былой славы Тёмных остались одни воспоминания и слухи. Устраивало то, что прошлый лидер заботился лишь о том, чтобы отсрочить свою кончину. Вы были «за», вы не возражали… а теперь, когда пришёл я и взялся за дело, вам вдруг что-то не понравилось?
— Но убивать своих же…
По лицу Вивианны было видно – если бы она могла, то придушила бы меня сейчас на месте. Что ж, значит, она не может, и не такая уж большая у неё поддержка – вот и приходится спорить, пытаться убедить окружающих.
— Что за дикое средневековье! — фыркнула она. — Времена подобных методов давно прошли. Не говоря уже о том, что вместо тихих и скрытных действий ты привлёк к нам всеобщее вни…
Я склонил голову набок.
— Как мы себя называем?
— …что? — не поняла она.
— Как мы себя называем, идиотка?! — повторил я раздражённым тоном. — Давай, напомни мне и остальным.
— Мы Тёмный Культ, и я не потерплю, чтобы…
— Вот именно, — я снова перебил её, не давая начать разглагольствования. — Тёмный, Вивианна. Тёмный. Мы не те, для кого существуют «так неправильно» и «это делать нельзя» — мы Тёмные. Если тебе что-то не нравится, то ступай в монастырь со своим морализаторством. А что до Славика…
Я указал рукой на паренька; тот дёрнулся и вытянул руки по швам, спешно прекратив ковыряться в носу.
— То Славик, — я старался, чтобы мой голос уверенно гремел по всему залу, — за один только день сделал больше, чем кто-либо из вас за последние несколько недель. Да что там недель… пусть поднимет руку тот, кто за последние пять лет занимался чем-нибудь опасным и рискованным для блага Культа?
Молчание; некоторые люди пытались убраться назад, за своих соседей, уйти из-под моего обличающего взгляда.