Анжарская академия. Теория и практика любовных чар (СИ)
И его волосы, отливающие медью, которые еще сильнее закурчавились, когда на лбу Альвара выступила испарина. И я догадалась, что дело не в проклятии, а во влажности.
В дверь отрывисто постучали. Я подскочила на кровати, словно была голышом в объятиях Граймса и мы творили что-то неприличное. Но я всего лишь думала. Думала о неприличном. И о том, что совсем не портив, чтобы циничный маг снова утащил меня в свою спальню.
Пройдет эффект от ритуала хоть когда-то?
– В-войдите, – прошептала в сторону двери, наскоро приглаживая волосы.
Почему-то ожидала увидеть Граймса. Но вошел Кристиан.
– «Кошмарная Хендрик», ты ждала не меня? – разочарованно протянул Вейрон, когда я уставилась на него в священном ужасе.
– Только подойди, – процедила сквозь зубы, отпрыгнула к окну и взяла с письменного стола нож для бумаг. – Только шаг ко мне сделай, Вейрон…
– Я не собираюсь тебе вредить, Эль, – голубые льдинки сверкнули искренностью. И злобой. – Сними проклятие, и я уйду.
– Проклятие? – распахнула рот, впуская полчище воображаемых мух. – Ты крепко ударился, я смотрю?
– «Упал», – хмыкнул маститый королевский хирург.
Да, признаться, я издалека следила за его карьерой. Не специально: статьи сами попадались на глаза. И те безвольно их читали.
О быстром взлете одаренного тарлинца писали и «Либтоунский Вестник», и «Хитанская правда». Год назад ведущему хирургу Тарлинской лечебницы прочили большое будущее в столице. Летом упоминалось, что королева и впрямь предложила ему должность. И он перебрался с родовитой супругой в Хитану.
Целительский талант молодого сира был неоспорим, и пресса обходила вниманием его «полезные связи». Будучи мужем девицы тэль Меер, любой рано или поздно оказался бы при дворе.
Крис всегда метил высоко. Тот ритуал в храме не удался, он так и не получил дар проходимца. И пошел другим путем… Тоже, впрочем, касающимся постели.
– Ты прокляла меня той ночью. Десять лет назад, – прохрипел Вейрон, внося мощное тело в мою спальню.
– Проклятие было ненастоящим, – поморщилась от дрянных воспоминаний.
То, что я шептала тогда в любовной агонии, было обещанием себе – не богам. Да и не было там богов, чтобы принять мой обет.
– Правда? А сердце мое последний год разрывается просто так, для красоты?! – рявкнул Крис и хлопнул ладонью по косяку.
– В нем не было магической силы, – решительно помотала «квахарами». – Я не владею проклятиями, сир Вейрон.
– Ты что-то сделала, – погрозил пальцем, стряхивая запястьем светлую прядь с оцарапанного носа. – Что-то сказала! Я помню. Чтобы я никогда не был счастлив в любви. Чтобы страдал от невозможности обладать желаемым. И я страдаю, Эль. Ты получила свое, достаточно!
– Тебе проще поверить в проклятие, чем в судьбу? В жизнь? В кару богов? – скептически поджала губы.
Он заблуждался сам и пытался сбить с толку меня. Я не изучала проклятий, даже до «Защиты» не дошла.
– Я тоже не придал тогда значения, – покивал ожесточенно. – Мало ли что там бормочет эта убогая… Но я так и не узнал любви за девять лет. Вид жены вызывал одно лишь раздражение. А потом я встретил лисичку и… и словно спятил… а она сбежала, оставив меня ни с чем!
– Возможно, не стоило жениться без любви, Крис, – я потерла бровь, не испытывая ни капли сочувствия к голубоглазому блудливому гхарру. – А может, ты сам не позволяешь себе быть счастливым? Не думал о таком? Даже таких мерзавцев, как ты, временами гложет вина.
– Вина? Брось, Эль. Я ни в чем перед тобой не виноват.
– А перед сбежавшей целительницей? – отбросила нож на стол, осознавая, что вархов хирург обращается с ним куда лучше «кошмарной Хендрик». – Отпусти ее. Отпусти хотя бы эту девушку.
– Не могу. Она мне всю душу вытрясла, – прошипел Кристиан, опасно приближаясь.
Я соткала в правой руке боевой пульсар. То, что я не пользуюсь магией, не значит, что не умею. Ярко-синий сгусток зашипел на ладони, готовый сорваться в лицо выдающегося хирурга.
– Эй-ей! – предостерегающе вскинул руку. – Аккуратнее! Я и без тебя вчера пострадал. Вашего рукастого магистра ждет увольнение, не рискуй своей должностью ради глупой мести.
– Это не месть, Крис, – фыркнула, напоминая себе, что почти справилась с этим. И не стоит окунаться в кошмар снова. – Это самозащита. Выйди вон из моей спальни.
Вейрон спиной толкнул дверь и, пропоров меня многообещающим взглядом, вышел в коридор. Зрачки его полыхали так, что стоило поверить: этот визит не последний. Он крепко уверовал в мое «проклятие».
Пульсар жег руку, но я все не решалась его развеять. Тревожное ощущение не покидало. И как раз когда я растопырила пальцы, чтобы резко сжать, стук повторился.
– Крис, я все сказала! – предупредительно швырнула боевой пульсар в стену рядом с дверью, оставив на нежно-розовой краске черное закопченное пятно. – Только попробуй войти!
– Будь во мне немного больше гордости, я бы немедленно ушел, – на пороге появился озадаченный Граймс. – Но кое-какие побочные эффекты, похоже, отключили и ее… Мне казалось, вы не практикуете, мисс Хендрик?
– Исключительно в целях самозащиты, – пробубнила, отворачиваясь к окну.
Нервно отряхнула руки, сбрасывая с пальцев искры. Тьма! Граймса я тут не ожидала.
То есть ожидала. Зачем-то. Но будто бы в прошлой жизни – «до визита Кристиана Вейрона». А теперь меня трясло не на шутку, и романтический жар в груди притупился.
– Вам угрожала опасность?
– Неважно, Граймс. Что вы забыли в моей спальне в такой час? – обернулась через плечо, оценивая визитера.
Халат, накинутый на плечи. Плащ, переброшенный через локоть. Походный саквояж целителя… Он будто совсем не сюда собирался. Не ко мне.
– Разве не ясно, моя теоретическая? Вас и забыл, – Альвар окинул недовольным взглядом просторы спальни. – Больше у вас тут поживиться особо нечем.
Отбросил на пол свой чемоданчик, плащ уложил на постель. И, строго пыхтя, подошел ко мне.
– Вам лучше уйти.
Я отвернулась. Нервно передернула плечами, пытаясь избавиться от гнетущей тяжести. Как вдруг на них легли теплые руки и приятно смяли.
– Телесное напряжение вредит магическому резерву, – пальцы пробежались вдоль лопаток и вверх по шейным позвонкам. Вдавили их до легкой боли, отпустили до сладкого облегчения. – Надо снимать.
– Что снимать? – бросила глупый взгляд на босые ноги.
– Напряжение ваше, моя драгоценная. Иначе весь резерв пережмете. Вдруг вам все же захочется рано или поздно попрактиковать? – сетовал целитель, размазывая пальцами негу по моим плечам.
Эти варховы руки!..
Напряжение, сковавшее все тело ровно так, как и вчерашней ночью, меня стремительно покидало. Жар в груди пробуждался, расползаясь уже и по животу, и по пояснице…
– Это решительно лишнее, Альвар, – простонала, ощутив его губы на своей шее. Требовательные, жесткие, желающие оставить на ней порцию новых отметин.
– Я сам составляю план лечения, Эльза. Никогда не спорьте с целителем, – пробубнил Граймс, стискивая меня в объятиях.
Голова закружилась варховой каруселью, и я позволила ему и сжать, и развязать, и поцеловать… Гхаррова бездна! Тот ритуал точно был «пролонгированного воздействия».
И мне очень нужно было выполоскать из себя гадкое послевкусие после встречи с Крисом. Внутри рождалась твердая уверенность, что только теплые руки Граймса, неожиданно умелые и аккуратные, могут мне в этом помочь.
– Я не долечился, – виновато признался целитель, зарываясь носом в мои растрепанные волосы. – Нужен один сеанс… еще один… Только не здесь. Ваш интерьер… подавляет. Пойдете со мной, Эльза?
– Пойду, – вздохнула, признавая в себе отсутствие всякой воли. От его приглушенного шепота я последние капли ее утратила. – Но если вы опять потащите меня через всю территорию академии, то дайте хотя бы обуться.
– Не потащу, – загадочно заверил Граймс и, вновь босую, потянул меня следом за собой в коридор. – Академию мы не покинем. Покажу вам свое тайное место, моя сияющая.