Возведение (СИ)

— А что будет, если комара переместить в лаву? — улыбнулся Шонлах, — Примерно тоже самое — ты исчезнешь. Впрочем, вероятность попасть в такую вселённую действительно мала — я таких всего несколько штук знаю, хотя побывал в сотнях миров. В основном, если базовые отличия и есть, то они незначительные, отчего вообще никак не сказываются на гостях из иного мира, или нивелируются таким незначительным усилием души, что ты и не заметишь разницы.
— Благодарю. Это очень ценная информация, — кивнул я и начал активное сканирование местности, пока от меня отделилась два облачка нанитов, которые тут же приступили к работе. Одно облако осело на землю и проникло в её глубины, уже под землёй формируя из самих себя квантовый маяк. Улучшенная технология создания сигналов, которые в свое время позволили мне и группе ученых открыть для себя свернутые измерения, что используются нами для создания Анклавов. Но тогда это были наниты, что автономно создавали сигнал, позволяя нам достучаться до них даже в другом измерении, а теперь это куда как более совершенная технология, мощность которой на шесть порядков превосходит прошлые достижения, которая, в теории, позволит мне, зная все данные и алгоритмы расшифровки, засечь сигнал даже из другой вселенной.
И оказавшись здесь, в этой вселенной, я подтвердил, теоретически, работоспособность квантового маяка — я все ещё улавливал зашифрованный под релятивистские излучения, что остаются во вселенной даже через миллиарды лет после большого взрыва, сигнал. Так что, даже если что-то пойдёт не так, я все равно смогу вернуться в прошлый мир, имея маяк, на который я смогу настроить арку пространственного перехода.
Второе облако ушло дальше в сторону и, выборав участок почище, осело на землю, начав фазу активной саморепликации. Наниты с большой скоростью разрушали молекулярную и атомарную структуру материи вокруг себя, после этого собирая из получаемого материала себе подобные копии, тут же копируя для них программное обеспечение, что позволяло новому наниту тут же приступить к выполнению задачи нанитного роя.
— Что ты делаешь? — заинтересованно спросил Шонлах снова, смотря на то, как облако нанитов за несколько секунд превратились в лужу, которая все разрасталась и разрасталась, при том, по большей части, в глубину.
— Готовлю нам пути отхода и запасные планы, огневую поддержку и многое-многое другое в одном лице. — Ответил я вампиру, не отвлекаясь от работы.
Через пару минут масса нанитов стала более чем достаточной и под землёй стала формироваться настоящая ракетная шахта. А в ней уже шли процессы формирования структуры будущей термоядерной боеголовки с расчетной мощностью в сто мегатонн. Настоящее оружие судного дня! Ну, не прям уже оружие апокалипсиса, но все же, какой-то, да аргумент.
Поверх шахты, но все ещё под землёй стал формироваться целый комплекс огневой поддержки, как на ближних-средних дистанция, так и на дальних и сверх дальних. Способная подниматься на большую высоту турель с лазерным излучателем для уничтожения воздушных единиц противника, ускорители плазмы для ситуации, если какая-то местная зверушка случайно забредёт на эту территорию или специально захочет уничтожить что-то ей непонятное. Артиллерийская батарея для огневой поддержки на дальних дистанциях с наличием препятствий на пути к цели, а так же комплекс из шестнадцати достаточно мощных гиперзвуковых ракет для сверх дальних дистанций.
На самом деле, этот комплекс нужен, больше, для охраны ракеты в шахте и квантового маяка, но и нам огневая поддержка со стороны никогда лишней не будет.
— Готово. Идём дальше. Ты знаешь, куда нам отправляться? — спросил я у древнего вампира. — Или мне начать развёртывание сети следящих и сканирующих планету устройств?
— Ты и такое можешь? — спросил Шонлах, бросая взгляд на шахту и находящуюся в сложенном состоянии огневую точку.
— Это потребует времени и труда, но да, это возможно, хотя я и надеюсь на то, что ты чувствуешь своего сына. — Ответил я.
— Так и есть. — Кивнул мой спутник, и посмотрел в одном направлении. — Нам нужно двигаться в том направлении. Именно там я чувствую свою кровь в сыне.
 
— Что помешало переместиться сразу к нему? — спросил я, понимая, что просто так он бы не доставил нас сюда, а сразу бы перенёс к сыну.
— Блокировка. Может сам хозяин этого мира, может какая-то из зверушек, но ближе к сыну я переместиться не могу. Это даже не помехи — отсутствует сама возможность даже попытаться. За прошедшие годы я так и не сумел разобраться с этой проблемой.
— Тогда идём. Расскажи, заодно, с чем ты сталкивался в прошлые разы, что это заставляло тебя отступать? И как ты с этим боролся? — спросил я, поднимая себя в воздух и неспешно направляясь в указанном направлении, продолжая сканировать местность и пока что замечая только мелких представителей фауны, насекомых, каких-то грызунов и так далее.
— То существо, с которым ты сражался, само по себе живёт здесь в одиночку и удерживает в своей власти большие территории, не допуская там появления себе подобных, но когда я добирался до места удержания своего сына, то меня встречали десятки таких монстров. А так же множество других существ. В основном, с этими монстрами они не сравнятся, но они обладают своими уникальными особенностями, что… могут изрядно напрячь. Я отправлю тебе информацию, которую получил в ходе столкновений с ними. — Сказал Шонлах и я почувствовал аккуратно прикосновение к своему разуму, тут же принимая сформированный вампиром с помощью магии разума ментальный пакет данных, за мгновения его обрабатывая. — Они практически полностью лишают меня сил. Магия — основное моё оружие и лишаясь его… становится несколько сложно.
— А как же то твоё заклинание, которое отрезает возможность использовать сверхъестественные способности применившему и всем, кто в зоне? — спросил я.
— Есть свои ограничения. Да и выгодно использовать его только против тех, кто не может сравниться с тобой в физических характеристиках. Я создал его специально против человеческих магов, как раз-таки основывая работу заклинания на эффекте Духовного Естества. Однако против этих существ я не могу использовать доминирующие силы магии — они её просто нивелируют. А физически они намного превосходят меня в силе и стойкости, оставляя мне только преимущество в скорости.
— Что с их жизненной силой? — спросил я, догадываюсь, что, если физически вампир будет проигрывать и не может использовать нормально магию, то вероятнее всего, он попытается просто выпить своего противника, пожирая его без остатка. Особенно это относится к Шонлаху.
— Ядовита. Токсична. Не знаю, как это назвать… — задумчиво говорил. — Что бы ты понимал, твоя жизнь вызывает чувство чужеродности. Она настолько отличается от всего, к чему я привык, что инстинктивно я даже не задумываюсь о том, чтобы выпить хоть немного оной. Но в их случае ничего такого нет… однако, когда я начал осушать одно из этих существ, даже не самого сильного из них, мне казалось, что я начал гореть изнутри. И моя душа с телом действительно получали травмы, пусть и быстро сходившие на нет, но вызывавшие сильную боль. Я пытался проглотить жизнь и других существ, но… столкнулся с той же самой проблемой. У кого-то эта особенность тела была более ярко выраженной, у кого-то менее, но она была у всех встречных. Даже жизнь окружающих грызунов для меня токсична и вызывает сильные боли на протяжении пары десятков минут… чёртова хрень! — Не выдержав, выругался Шонлах. — Этот мир и все твари здесь, словно специально создавались для того, чтобы доставить мне как можно больше проблем и неприятностей!
— Ты пытался забрать их и изучить? — спросил я, заинтересовавшим такой интересной особенностью, что была буквально немезидой для всех вампиров, даже для таких могущественных, как Шонлах.
— Само собой. И даже добился больших успехов. Ничего сложного там не было — особенность живых существ, которая сформировалась из-за естественного отбора. Побродив по этому миру, я сумел найти здесь не мало паразитов, которые способны поглощать не только кровь, как питательные вещество, но и жизненную энергию. А местные существа, по всей видимости, вырабатывают, на протяжении поколений, сопротивление и методы противодействия этому.