Познакомлюсь с принцем. Не Золушка (СИ)
– Интересно, почему, – озадаченно сказала Таня. – Как она выглядит? Не может быть, чтобы Темная фея так запросто разгуливала по дворцу, а никто и не заметил.
– Конечно, нет, – подтвердил Труэль. – Она прячется за мороком. Притворяется кем-то из придворных. Это сложное волшебство. Нетрудно набросить на себя внешность другого человека на час, даже на три. Но для постоянного поддержания морока необходим обмен образами. При этом второй человек должен быть живым и здоровым и пойти на подлог по собственной воле, без принуждения.
– Кто-то согласился обменяться внешностью с Темной феей?
– Она могла что-то пообещать. Дары черной магии сильны, хотя не приносят счастье. Однако жажда мести или сильная влюбленность способны зажечь в душе человека костер недобрых желаний. Увы, будучи плененным, я лицезрел Моргату через обратную сторону зеркал – в ее истинном виде. При всем желании не смогу определить, за кем она прячется, – маг беспомощно развел руками.
Таня нахмурилась:
– Мы не можем уехать сейчас. Нужно сообщить королю и…
– У нас нет доказательств. Не того Моргата уровня, чтобы ее легко можно было разоблачить обычной магической проверкой… даже очень изощренной магической проверкой. В случае неудачи вы вызовете недоверие и неприязнь всего двора.
– Но вы можете как-то… не знаю… понаблюдать, сопоставить, догадаться? Вы хорошо ее помните, господин Труэль?
– Имел несчастье общаться ней довольно долго, еще будучи человеком, – вздохнул маг.
– Не думаю, что надев образ другой женщины, – вдохновленно продолжала Таня, – Моргата так же умело повторяет ее манеры, жесты, походку, смех. Для этого нужно тренироваться, долго. Понимаете, зло нужно вовремя разоблачать. Иначе пострадают все.
Труэль задумался:
– Возможно, вы правы, моя госпожа. Я больше не стану выходить из маскота, рискуя снова потерять его защиту. Но я могу наблюдать через него. Постарайтесь чаще бывать в обществе. Мы найдем Моргату, кем бы она ни притворялась.
Бывать в обществе как раз особо и не хотелось. На Таню напала хандра. С утра она разбирала текст с королевой (от образа благочестивой Памелы ее немного подташнивало), днем прогуливалась по саду или сидела в гостиной с фрейлинами.
Александр несколько раз появился за ужином и исчез из поля зрения. Таня знала, что под командованием принца на плацу проводятся тренировки гвардейцев, но легче от этого не стало. Татьяне пришлось признать: Александр прочно поселился в ее сердце.
Труэль внимательно наблюдал за поведением придворных дам. Трудно было рассмотреть притворство там, где оно с детство текло в жилах. Все дамы подражали королеве, за исключением, пожалуй, Карины и самой Тани. Моргате достаточно было научиться копировать одну фрейлину, и вот она – идеальная мимикрия.
И еще Труэля сбивали с толку парики – мода на морковный цвет не спешила проходить, напротив, подобно пламени перекинулась на город. Цена на натуральную рыжую краску в восточных лавках била все рекорды.
Первое время из общей массы выделялась Талина Лю Фонтер. Однако через месяц и она ходила в имбирном парике и, льстиво закатив глаза, хвалила королевского повара.
Леонарда по-прежнему благоволила Карине, разрешив той кататься верхом по дорожкам в саду, но девушка всерьез планировала отъезд.
Спустившись в сад в часы, когда большинство дам отдыхало в своих покоях, Татьяна увидела Карину верхом на крепенькой кобылке.
– Что на тебе надето? – изумилась Таня.
– Это? – Карина расправила плотную ткань на коленях. – Это мои северные драпи – юбка-брюки.
Девушка сидела верхом по-мужски. Когда она спешилась, широкие штанины расправились, и почти невозможно стало определить, что у юбки необычный фасон.
– Хочу такие же! – загорелась Татьяна, захлопав в ладоши. – Это ведь можно не надевать чулки!
– Да, – Карина рассмеялась. – Удобно и экономно. Но лучше надеть поверх удлиненный женский жакет, так менее заметно некоторое… облегание сзади.
– А королева уже видела тебя в таком наряде? – жадно расспрашивала подругу Таня.
– Видела и запрещать его не стала. Она сама из страны, где женщины много ездят верхом и стреляют из пистолей не хуже мужчин.
По дороге в конюшню девушки обсуждали моду и фасоны. Карина передала кобылку в руки конюха. Затем подруги прошли под аркой во внутренний двор королевского дворца.
– Подожди, – Карина вдруг схватила Таню за руку, принуждая ее остановиться. – Посмотри! О боги! Только не он!
Девушка на глазах побледнела и до боли сильно сжала руку Тани. Она указывала на невзрачный черный кустик, похожий на мох, заползший на стену у самой земли.
– Что это? – удивленно спросила Татьяна.
– Это ведьминский игольник, – едва шевеля белыми губами, пробормотала Карина.
– Действительно, иголочки, – Таня нагнулась к неприметной травке. – Остренькие. И что в нем страшного? Ядовитый?
– И это тоже. Ведьминский игольник прорастает только там, где появляется черная ведьма, – пояснила Карина. – Он знаменует беды и хаос. Кто-то темный пробрался во дворец. Идем, нужно предупредить королевского мага.
Королевский маг дайтэ Карфэ оказался высоким мужчиной лет тридцати пяти на вид. Он внимательно выслушал Карину и сам засвидетельствовал появление специфического растения на стене дворца.
Не только Карина заметила ведьминский игольник. Придворные собирались во дворе и тревожно шептались.
Вместе с магом туда вышел сам король. Озабоченность на его лице подтвердила, что их величества отнеслись к знамению со всей серьезностью.
Маг попросил Карину и Таню помочь найти хороший справочник по темной ботанике среди завалов книг в библиотеке. Татьяна привлекла сестру. Кто, как не Онция, лучше всех ориентировался в книжных сокровищницах.
Девушки складывали все гримуары, подходящие под описание, на столах, а маг скрупулезно их просматривал. Онция была на высоте, и Таня почувствовала прилив гордости, когда сестра почти на равных принялась обсуждать с дайтэ Карфэ волшебную ботанику
Таня уже выяснила, что в отличие от фей, обладавших врожденными талантами к волшебству, магов-мужчин можно было скорее назвать учеными. Это были люди, с ранней юности посвятившие себя изучению технической магии, ее законов и правил.
В их арсенале имелось не так много средств. Они не умели управлять природными потоками, как это делали феи. Но многие добивались небывалых успехов на поприще технического волшебства. К примеру, королевский маг умел создавать достоверные иллюзии и порталы, изгонять нечисть как из жилищ, так и из людей, наполнять силой магические кристаллы и перемещать предметы на большом расстоянии.
Воспользовавшись возможностью, Татьяна поинтересовалась, может ли дайтэ Карфэ определить ведьму под мороком. Маг повторил примерно то же, что и Труэль: магия обмена весьма сильна, она создает точную и тяжеловесную иллюзию. Нет сомнений, что ведьма прячется под чужим образом. Будь это краткосрочное проникновение, игольник не успел бы забраться так высоко.
– К сожалению, мы узнаем, кто это, только когда ведьма совершит какую-нибудь оплошность или сама захочет раскрыть инкогнито, – мрачно резюмировал дайтэ Карфэ. – Подозреваются все присутствующие во дворце.
– И мужчины?
– Теоретически – да. Тем не менее кто предупрежден, тот вооружен. Сидеть без дела мы не будем. Поэтому мне нужен гербарий с описанием игольника. То, что является темным знамением, может так же оказаться противоядием.
– Еще один вопрос, дайтэ, – смущаясь, проговорила Таня. – На балу вы с точностью определили, какой подарок подойдет каждой из приглашенных девушек. Я получила перо. Как вы поняли?
Маг рассмеялся. Улыбка осветила его лицо и сделала резковатые черты яркими и даже привлекательными.
– Александр вам сказал? Его высочество польстил скромному волшебнику. У меня нет такого дара. Скорее, он есть у Александра. Наш принц с детства демонстрирует чудеса интуиции. Его величество и ее величество советуются с ним по самым разнообразным темам. Если принц вручил вам перо, оно вам не раз пригодится, поверьте. А вы, я вижу, – Карфэ неожиданно обратился к Онции, – носите брошь с жемчугом. Я ее помню, упаковывал для бала. Ваше имя как раз означает «жемчуг» на одном из островных языков. Знали об этом, амесси Лю Дэбрэ?