Божественная подмена. Клятва (СИ)

С трудом удержала лицо, чтобы не оскалиться. Кто ещё чего не понимает. Но тем не менее кэрру Кумиши слушала внимательно, как-никак главная в политике леди. Ещё обидеться, а я даже не знаю, где на неё компромат искать. Может, вообще дружить придётся.
— О какой ошибке речь? — я всё ещё пыталась быть милой.
Видимо, переиграла, потому что совет воспринял мои слова, как издёвку. И самая впечатлительная подскочила со стула.
— Вы закрыли столичный рынок! Это немыслимо!
И самая трусливая. Ничего, я напомню кэрре Бланш о своём желании оттяпать лишний кусочек. Кому как не ей делиться деньгами на содержание бывших рабов. Одна из главных по финансам, как-никак. Я учла свою ошибку и запомнила их всех. Поэтому мой взгляд в глаза каждой нагаасурии был уверенным. Шутки в сторону.
— Я закрыла их все. Сегодня в девять до полудня были совершены рейды во всех городах Ассахара.
Высказаться резко захотели все, кроме моих клятвенниц.
— Безобразие!
— Это возмутительно!
— Безрассудное поведение.
— Ваши бесчинства приведут к скандалам.
— Благородные кланы будут негодовать!
Галдёж я прекратила быстро. Всего лишь ударила костистыми руками по столешнице и встала из-за стола.
— Вы совершенно правы, — спокойно произнесла, пользуясь кратковременной тишиной.
— То что происходило на Ассахаре полнейшее безобразие. Ни в одном законе, даже самом древнем, нет упоминаний рабства. Независимо от семей и кланов все нагаасуры являются свободными жителями мира.
Тишина после моих слов стала напряжённой, но я только начала.
— Именно поэтому сегодня был произведён захват рынков. Всё освобождённые жители Ассахара на данный момент размещены в храмах. С завтрашнего дня начнутся задержания преступников, посмевших посягнуть на чужую свободу. После этого управление возьмётся за тех, кто переступил черту и продал своих детей. Уверена, у бывших держателей рабов есть списки, откуда к ним вообще попали рабы и сколько за них было заплачено. Думаю, они любезно поделятся этими данными, чтобы избежать смертной казни. В моём родном мире есть выражение dura lex, sed lex, что в переводе означает: закон суров, но это — закон. Пришло время и Ассахару познакомиться с этими, несомненно, мудрыми словами.
— Вы... не посмеете, — попробовала заикнуться одна из нагаасурий.
— Уже посмела. И это не всё. Все рабы, находящиеся в кланах, должны получить свободу. Для этого вам и мне необходимо по возможности вернуть полученные клятвы. Если освобождённые захотят покинуть свои должности, то никто — повторяю, никто — не должен им мешать. Если решат остаться, то должен быть заключён рабочий договор. Находящиеся в кланах дети должны быть освобождены от работы и отправлены учиться. Если кланы не хотят заниматься такими вещами, то могут переправить детей в храм. Я лично буду контролировать этот вопрос. Сегодня в три после полудня во всех газетах и на информационных столбах эта информация будет размещена. Нарушители будут караться по всей строгости закона. Теперь поговорим о финансовом вопросе.
Резко выдохнула и села. Посмотрела на бледные лица членов совета и благожелательно кивнула. Я всегда готова к диалогу.
— Кланы на это не пойдут, — тихо заметила кэрра Кумиши. — Ты не сможешь арестовать всех.
— Не думаю, что это понадобиться. Достаточно будет напомнить, чем закончился экзамен в поместье Кэшшис и приём у меня. Не каждый день женщины теряют младших мужей и неожиданно выходят замуж. Меня перенесла в этот мир богиня и Великая полностью согласна с моими действиями.
Вру конечно, Алексина и не знает, что я творю, но вряд ли кто-то побежит в храм проверять.
— При чём здесь финансы? — мрачно спросила кэрра Делайн, пока кэрра Бланш нервно обмахивалась ладошкой.
— Освобождённые, выброшенные из жизни нагаасуры должны на что-то жизнь. И нам, властям этого мира, необходимо решить этот вопрос. Взрослых нужно обеспечить временным жильём и содержанием, пока они не смогут найти работу. Дети должны полностью перейти на содержание совета. С ними вопросов больше. Придётся или разбирать детей по кланам или искать здания для школ с возможностью там жить.
 
— Ты разоришь нас! — не выдержала кэрра Бланш.
Как её такую нервную вообще в совет взяли? Зато она единственная, кто выглядит искренней.
— Поступления тоже ожидаются. Как только будут установлены семьи, продавшие своих детей, им придётся выплатить штраф в размере десяти месячных зарплат клана, к которому они принадлежат. Если такие семьи захотят вернуть себе освобождённых нагаасуров и принять их как полноценных членов семьи, то штраф будет уменьшен до пяти месячных зарплат.
Кэрра аж вперёд поддалась от нетерпения.
— Я согласна, — выпалила она. — Давайте решать финансовые вопросы.
Я только мысленно усмехнулась.
Всё прошло именно так, как было запланировано, хоть и было трудно, нервно и долго. На своём я стояла до конца. Скорее всего, сыграло свою роль то, что я упомянула Великую. С Алексины станется поменять местами рабов и владельцев. Из зала собраний я вышла самая последняя. Не хотела, чтобы кто-то видел мою слабость, а она была. До кабинета пришлось идти, держась за стены. Змеи умудрились выжать из меня не только возможное, но и невозможное. И это я ещё не рассказывала им о своём желании восстановить дороги и обнести ничейные земли металлом, чтобы передвижение было безопасным. Но это потом, когда прирост населения станет ощутим. Мне и самой понадобятся специалисты для консультаций.
В приёмной смогла только кивнуть подскочившему со своего места Нэо и слабо улыбнуться. У помощника весь стол был завален газетами. Значит, успел выполнить всё, о чём я просила. В кабинет буквально ввалилась и тут же была подхвачена сильными руками.
— Моя маленькая, умная девочка.
Меня окутало спокойствием и запахом моря. Я улыбнулась и... потеряла сознание.
Бледное, напуганное лицо Юки было первым, что я увидела, открыв глаза. Кажется, муж отслеживал моё дыхание, склонившись надо мной.
— Привет, — вяло махнула рукой и попыталась привстать на локтях. — А ты что здесь делаешь?
Попытка была прервана сильной, горячей рукой, без промедлений уложившей меня на лопатки. Оглядевшись, поняла, что муж донёс до дивана и оголил мне грудь, расстегнув пуговицы на платье до пупка. Моя сущность резко сделала стойку.
— Боялся, что тебе не хватает воздуха, — признался нагаасур, заметив, как я дёргаюсь, чтобы прикрыться. — Я... не знал, что делать. У нас же регенерация.
— Надеюсь, ты не успел вызвать лекаря?
— Нет. Ты отключилась всего на несколько минут, я только успел тебя уложить. Приедем домой и...
— Нет! — выдохнула испуганно. — Это обычное переутомление, Юки. Не стоит беспокоить Киерасу. Я немного устала за сегодня, чтобы выдержать ещё один бой. Пусть лучше синяками Широ занимается.
— Так он уже, — нагаасур улыбнулся. — Широ домой приехал после обеда и нечаянно попался на глаза Гуожи. Для лекаря было делом чести вылечить одного из твоих мужчин.
Ну и кровь взял заодно на какие-то анализы. Насколько я знаю, лекарь всё ещё ядом занимается.
Прикрыла глаза.
— Что? Снова плохо?
Объятия мужчины такие крепкие, что я при всём желании ответить не в состоянии. Не нужно меня так крутить осматривая. И так голова кружится.
— Юки. Юки! Всё в порядке. Хватит меня трясти, положи. — Вздохнула-выдохнула и, контролируя голос, чтобы не допустить в него жалобных ноток, призналась: — Есть хочу.
Мужские руки тут же принялись расстёгивать пуговицы рубашки.
— Юки, я просто есть хочу, — остановила нагаасура, хотя хотелось другого. Прижаться, вдохнуть любимый запах, порвать рубашку и штаны, провести когтями по груди, погладить ладонью налитый кровью твёрдый член. Сглотнула и отвела взгляд. — С утра ничего не ела.
— У тебя глаза чёрные. Я... Прости, сейчас.
Юки выскочил в приёмную и я позволила себе негромко выругаться. Чертовщина какая-то творится. Глаза у меня, похоже, постоянно теперь чёрные и голод всё сильнее. Может, я скоро вылуплюсь? В смысле первое преображение близится. Нагаасур вернулся быстро с бутербродами и кружкой горячего травяного напитка. Вкус-сно. Ещё бы другой голод утолить, но я и так мужей за ночь и утро сильно потрепала.