Божественная подмена. Клятва (СИ)

Высказывать сомнения и опасения вслух оказалось намного легче, чем я думала. Даже пружина в груди распрямилась, давая свободно глотнуть воздуха. Рэйден не выказывал неприязни, не ругал, а только успокаивающе поглаживал нас по животу, поверх платья.
— Скажи, если бы ты оказался перед выбором... — начала говорить тихо. Я должна понять своих мужчин. Хотя бы попытаться. Нагаасуры не люди, у них другое отношение к жизни и сегодняшнее поведение мужей кажется слишком странным.
— Какой бы выбор я ни сделал — это было бы самое страшное решение в моей жизни, — после долгой паузы ответил Рэйден. — Почему ты во всём винишь мужей, а не отца ребёнка?
Это он так тему переводит?
— Потому что он даже не знает, — я пожала плечами. — Подожди, ты что, их защищаешь?
— Свет, повтори, сколько тебе лекарь дал времени?
— Меньше месяца.
— Думаешь, этого времени достаточно, чтобы родился здоровый малыш?
— Нет, но...
— Единственное, что никто не может отнять у нагаасуров, это право мужчины защищать свою женщину. Ты не должна была знать о таком варианте развития событий. Твоему первому мужу нужно учиться сдерживать себя, а не заставлять тебя нервничать. Если успокоишься и подумаешь, то поймёшь, что они правы.
Я поджала губы, а жрец тяжело вздохнул, кладя голову мне на плечо.
— Они должны были со мной поговорить, всё объяснить.
— Нет. Они должны были сделать всё тихо и не доставлять тебе лишних хлопот. — Я аж отстранилась, и, обернувшись, с изумлением посмотрела на жреца. А он, отведя взгляд, закончил: — Если тебе нужно кого-то винить, то вини отца ребёнка, за то, что подверг тебя опасности.
Кажется, я никогда не смогу понять эту расу.
До обеда время пролетело быстро. Рэйден после разговора замкнулся в себе и делал вид, что спит, прижимаясь ко мне. Хотя я всё так же слышала быстрый стук его сердца. Нэреш, когда ему надоело лежать, ползал по кабинету и безнаказанно заглядывал во все папки, что находил. Я стискивала крепче зубы, но молчала. С «подарком» нужно поговорить, но без свидетелей. Даже стыд с возбуждением больше не беспокоили. Сущность затихала, наверное, как и я, ошарашенная разговором. В обед же появился сотрудник из управления с короткой запиской: начальник управления просит оказать содействие Верховную судию и её муассанита в сложном деле.
Посмотрела на жёлтохвостого и в очередной раз закатила глаза. Я уже даже не злилась на него. Такой типаж мне, к сожалению, знаком. Было на Земле у меня парочка знакомых, что вечно ходили всем недовольные, кривили губы и морщили носы буквально от всего. Вот и Нэреш такой же, считает себя лучше всех. Подумаешь, он влез в мой блокнот, где я записываю желаемый результат. Пусть смеётся над моими мечтами, потренируюсь заодно. Мне ещё в совет с этим идти, лезть на чужую территорию и требовать деньги, разрешение, рабочую силу. Посмотрим, кто будет смеяться последним, Нэреш над призрачным шансом нормальной жизни для всех или я, когда будут готовы школы, детские дома, пособия на содержание и даже безопасные дороги. Пусть не за один год и даже не за пять. Жизнь у нагаасуров длинная, а я не собираюсь сдаваться.
Набрала в грудь воздуха и выпалила:
— Нам нужно поговорить.
Муассанит ожидаемо не ответил, даже не повернулся в мою сторону.
— Я тоже не рада твоему присутствию. Но раз уж так вышло, то предлагаю провести это время с пользой.
Нэреш отложил блокнот и навис надо мной. Он и так огромный, а если учесть, что я сижу, то и вовсе появилось желание спрятаться, как мышка в норку.
— С пользой для тебя. Ты собираешься меня использовать, — выплюнул нагаасур, сузив сверкающие гневом глаза.
— Собираюсь и использую. Вопрос лишь в том, будешь делать ты это по собственной воле или после моего прямого приказа. Я предлагаю тебе сотрудничество и относительную свободу. Ты помогаешь мне, я не трогаю тебя.
В ответ раздалось непереводимое шипение. То есть разобрать я смогла только несколько обидных слов. Особенно взбесило знакомое «пигалица».
— Это нет? — переспросила с застывшей маской на лице.
 
«Подарок» издевательски ухмыльнулся, а я... Привыкла, в общем, к судьбе, что вечно меня бьёт и научилась бить в ответ.
— Отойди в центр комнаты и разденься, — приказала холодно.
Я видела, как вспыхнуло бешенство в глазах нагаасура. Браслет от богини накалился, а у мужчины из носа потекла струйка крови. Нэреш весь словно одеревенел, но приказ исполнил.
Если я что-то и поняла, так это то, что муассаниты пользуются спросом не только среди женщин. Я слабо представляю, что нужно было сделать худенькому женственному пареньку, чтобы он стал огромным мускулистым мужиком, но полагаю, усилий Нэрешу приложить пришлось много.
— А теперь смени форму, встань на четвереньки задницей кверху и раздвинь ягодицы.
— Ты этого не сделаешь! — зашипел «подарок» подчиняясь.
Сделаю. Буду потом себя ненавидеть, но сделаю.
— Нэо, — громко крикнула вместо ответа.
Когда зашёл помощник, по лицу Нэреша градом тёк пот. Наверняка он пытался сопротивляться приказу, только ничего у «подарка» не получалось.
— Найди мне двух нагаасуров, желающих развлечься, — сказала застывшему в дверях с открытым ртом мальчишке.
Надеюсь, я не травмирую детскую психику? В конце концом, что он мужскую задницу ни разу не видел?
Помощник, оторопев, кивнул и не сдвинулся с места. Нэреш пыхтел, пытаясь хотя бы спрятать выставленную на обозрение тугую дырочку, а я решила воспользоваться паузой.
— Я хотела договориться по-хорошему. Но судя по твоему поведению, ты понимаешь только силу. Так вот, если будет нужно, я сделаю и не такое. Ты мне не муж, не брат и не сват, чтобы я тебя жалела. Ты преступник, подарок, переданный для воспитания, и инструмент мне в помощь. Для того чтобы решить глобальные проблемы, я готова закрыть глаза на неудобства одного бандита. Моё хорошее отношение зависит исключительно от моего желания. Не хочешь сотрудничать, не надо. Я сделаю твою жизнь невыносимой, и ты всё равно будешь делать то, что мне нужно. Надеюсь, ты понял, наконец, в каком положении оказался?
Я не разобрала ответное шипение, а жаль. Конечно, можно просто приказать помочь в расследовании, но где гарантия, что муассанит расскажет всё? Ответит поверхностно и толку не будет. Наверняка за годы преступности научился вертеться ужом на сковородке. Мне нужно его желание помогать и если для этого придётся сначала показать кусочек ада...
— Не надо, — прохрипел муассанит, без проблем разгуливающий в моей голове.
Я кивнула, но приказ не отменила. Пусть ещё постоит, мало ли что «не надо».
— Иди, Нэо, — мягко попросила помощника.
Нужно будет ему потом пирожное какое-нибудь принести, пусть сладким шок заест.
— За нагаасурами? — он с трудом сглотнул и поднял на меня взгляд.
— Просто иди. В приёмную. Кажется, Нэреш передумал и помощь нам не требуется. Передумал же? — последнее было жёлтохвостому.
— Я согласен сотрудничать, — не скрывая ненависти ко мне, прошипел он.
— Чудненько, — ядовито улыбнулась в ответ. — Надеюсь, мне не придётся больше приказывать?
Нагаасур кивнул, не сводя с меня взгляда.
«Всё познаётся в сравнении, правда?» — мысленно спросила и моя улыбка стала шире, когда мужчина снова кивнул.
Замечательно!
— Нэо, ты ещё здесь? — Помощник вылетел за дверь, и я снова сосредоточилась на муассаните: — Можешь встать и одеться. Мы идём в управление.
Нагаасур одевался быстро, но я всё равно успела его рассмотреть. Хорош чертяка! Не считал бы себя пупом земли, ему бы цены не было.
  
Глава 16
 
Я немного нервничала перед встречей с Тэкеши, поэтому большая часть дороги прошла мимо меня. О Нэреше старалась не думать. Не настолько я наивная, чтобы решить, что всё закончилось. Наверняка жёлтохвостый отомстит при первой же возможности.
В управлении нас ждали с нетерпением. Оказывается, на автора писем напали сегодня ночью. К счастью, нагаасура удалось спасти хотя бы номинально. Бывший работник архива находится сейчас под усиленной охраной в бессознательном состоянии и надежд на то, что очнётся почти нет. И если у муассанита не получится хоть что-то узнать, мы потеряем ещё одну ниточку. Всё это выпалил на меня Иоши, выбегая к нам навстречу.