Булочка для Принца (СИ)
Ничего подобного ранее я не делала, и мне продолжало казаться, что я пахла Принцем, пахла мужчиной даже после того, как постирала трусики и тщательно вымылась.
Но я им пахла, по мне будто до сих пор стекали капли его жемчужного семени, а кожа горела.
Еще он мне снился.
В пошлом продолжении случившегося, и, кажется, впервые за всю свою жизнь я проснулась от того, что чуть не кончила во сне.
Горячая, потная, мокрая между ног…
О ужас, в кого меня превратил этот нахальный циничный красавчик Роберт Принц!
***
Прошли сутки после того, как Принц завалил меня на диван в каморке и совершал с моим телом бесстыже-прекрасные вещи.
Сутки на осознание, принятие и… угрызения совести!
Разумеется, я корила себя за то, что поддалась на его чары.
Старалась забыться в работе и небольшом корпоративе, в честь дня рождения рекламного менеджера. Посидели в кафе, выпили — кто пил, я оставалась трезвой, но зато с удовольствием пела в караоке.
Вечер был хорошим, но внезапно омрачился появлением старшего брата — Андрея.
Он не поддерживал меня в ведении семейного бизнеса, занимался аэрографией, болел этим. Последний раз мы вживую общались два с небольшим года назад, когда он предложил мне продать пекарню и распилить денежки пополам. “Кому нужны твои булочки?” — кричал он тогда. Я его послала, куда подальше, в отместку он погромил мне стеклянную витрину. Потом мы не разговоривали вообще, только переписывались, желая друг другу счастья, любви и не болеть на большие праздники.
И вот теперь — здрасьте!
Явился… Присоседился на праздник, к которому он не имел никакого отношения, а после его завершения вызвался отвезти меня, настойчиво ведя по темной парковке к своей машине.
— Пока, Юль Санна! До завтра! — махнул мне на прощание рукой курьер Гриша.
— Что за ЮльСанна? Совсем ты их распустила, сестренка, — зацокал языком старший брат. — Мда… Женская рука в управлении бизнеса чувствуется. Тут крепкий кулак нужен. Вот они где все у меня будут! — сжал пальцы и приобнял, потрепал по голове. — В общем, поработала, Юлька, и хватит. Давай, на отдых. Брат со всем разберется…
— Не поняла. Это на что ты намекаешь?
— Я беру пекарню в свои, мужские руки, — выкатил грудь колесом брат. — Пора тебе отойти в сторону от дел!
Глава 15.
Глава 15.
Булочка
— Хочешь взять дело в свои руки? — недоверчиво переспросила я.
Андрей важно кивнул:
— Пора. Ты выглядишь уставшей. Возьми паузу.
— Ох, даже не знаю, что бы я без тебя делала? — остановилась я. — Наверное! То же, чем занималась всегда — вела пекарню самостоятельно, решая все проблемы. Все, подчеркиваю! Где же ты был все это время? Только подкидывал идеи: “А давай продадим и денежки распилим!”. Так вот… — набрала полные легкие воздуха и спросила. — С хрена ли?!
Брат опешил.
Я тоже покраснела до кончиков волос. Впервые так грубо отозвалась в разговоре с близким человеком.
Но по сути, была права: с чего бы мне передавать пекарню Андрею именно сейчас? Да и вообще! Он свою часть денег получил после смерти родителей! Сам выбрал денежки, а не “бизнес без будущего”. Именно так он выразился о пекарне, о семейном деле!
— Юля, ты что-то нервная. Говорю же, отдых нужен!.
— А ты мной не командуй! Или, что… Хочешь взамен моей пекарни предложить что-то? Ну давай! Послушаю!
— Твоя пекарня? Это вообще-то семейное дело Калининых!
— Ах, теперь “бизнес без будущего” стал семейным делом. Забавно, что моя пекарня всегда становится семейным делом, когда у тебя проблемы с денежками начинаются!
— У меня проблем с бизнесом нет.
— С чем я тебя и поздравляю. Желаю расти, процветать, получать больше, платить налогов меньше, и всего-всего! А я… Я буду и дальше заниматься тем, что люблю и так хорошо знаю. Всего хорошего! Цветы и конфеты можешь себе оставить!
— Какие?
— Очевидно, те, которые ты даже купить не удосужился!
Я вырвала руку из захвата Андрея, пошла обратно, но за спиной раздался топот, брат схватил меня за локоть.
— Постой, ну что ты так сразу в отказ? Поехали, посидим, выпьем, поговорим… — крепко обхватил меня за локоть.
— Я не пью. Ты же знаешь… Совсем не пью!
— Но с братом-то можно и пропустить пару рюмочек.
Вот еще… Напоит меня, бумаги о передаче бизнеса подсунет или как такие делишки проворачивают!
— Отпусти! — взвизгнула я и ударила кулаком по паху.
Андрей взвыл.
— ЮльСанна, все хорошо? — раздался голос рабочего. Все тот же курьер, Гриша!
— Нет, Гриша, не хорошо! Полицию надо! Срочнооо! — заверещала я.
Брат поморщился и отпустил меня, я отскочила от него в сторону.
— Что ты разоралась, как кошка драная?! — разозлился Андрей. — Поговорить я с тобой хотел! Столик в кафе накрыт, наших собрал! Сюрприз для тебя. Дура, бля.
— Спасибо. Я сюрпризы не люблю. Сам посиди с родными, а я с ними часто вижусь и еще не соскучилась! — отбрехалась я и быстро-быстро, под присмотром курьера Гриши ретировалась со стоянки.
— Подвезти, ЮльСанна? — поинтересовался Гриша. — Я сегодня на моцике.
— Подвези, — не стала отказываться.
Хоть на моцике, хоть на ишаке. Лишь бы подальше от брата!
Доехали до дома, я поблагодарила Гришу. Ноги слегка деревянные стали от непривычной езды на мотоцикле.
Я посмотрела на темные окна дома и вдруг поняла: брат знает, где я живу.
— Не мог бы ты, Гриша, меня до квартиры проводить? — попросила я. — Вечер сегодня нервный…
— Да без проблем.
***
Площадка пустая, брата не было видно. Уф, от этих нервов я уже решила, что он мог быстро нас опередить и поджидать…
— Кажется, никого. Спасибо, Гриша.
— Пожалуйста. ЮльСанна, — откашлялся.
— А?
— Термосумку новую мне купят? Прошлую вы так и не вернули.
— Да, конечно! Завтра же этим займусь.
— Ясно, спасибо. Будет отлично. И…
— И?
— ЮльСанна, то есть, Юлия… Юля… Можно вас… то есть тебя… на кофе пригласить? — выдал Гриша, округлив глаза.
Парень сильно волновался, теребя замочек молнию на куртке.
— Это немного неожиданно, — сказала я.
— Вы, то есть, ты…. Подумай, идет? Это не из-за бизнеса и вообще… Ты мой босс, но я давно хотел предложить, а сегодня так сложилось… В общем, я жду. Доброй ночи!
Гриша убежал так поспешно, будто боялся, что я откажу прямо сейчас, а он побегом лишил меня возможности ему отказать.
***
На пороге квартиры, когда я пыталась стянуть слипоны, будто намертво прилипшие к ступням, меня настиг звонок.
— Алло?
В ответ меня настиг поток отборной брани, высказанной голосом Принца. Я даже опешила.
— Что?
Принц продолжал браниться, на нескольких языка сразу, перескакивая с одного на другой, как мотылек, порхающий с цветка на цветок.
Наверное, он просто по ошибке набрал, решила я, и в этот момент Принц:
— Алло? Булочка? Черт… Фу…
— Сам ты “фу”, — отозвалась я.
— Ты просто не представляешь, что сейчас было. На меня наставили оружие и расстреляли. В момент, когда я отошел, чтобы позвонить тебе. И расстреляли, блин, жижой какой-то вонючей! Рыбьи отходы, похоже!
— Фуууууу! Я думала, у тебя дела.
— У меня дела, — мрачно отозвался Принц. — Это все гребаные эко-активисты. Я бы назвал их эко-экстремисты!
— Что они хотят от тебя?
— А от Лувра? Они и мировые шедевры иногда поливают то какашками, то томатным соусом. Не думаешь же ты, что у них есть претензии к почившим несколько сотен лет назад художникам.
— Ты вонючий, но живой, — резюмировала я.
— Именно так, да. А как у тебя дела?
— Объявился брат и хочет забрать пекарню. Но все хорошо.
— Это не хорошо.
— Сказал вонючка.
Принц рассмеялся, но его смех оборвался.