Няня для бандита (СИ)

Но Сато повернулся ко мне и тихо спросил:
– Так что же сказала тетя Рэй?
– Она сказала, что... теперь за Миву отвечаю я. Что она хочет видеть меня защитницей этой девочки. И... тетя Рэй очень сожалела о том, что у вашей дочери нет… нет...
– Нет матери? – догадался Даниэль. – Она сказала, что Миве нужна мама? Так ведь?
– Да, – кивнула я. – Да. Она так и сказала. Она говорила, что ей жаль, что так случилось с... Мари. Это ваша покойная супруга, я так полагаю.
И он снова молчал в ответ, лишь тяжело дыша. Я ясно ощущала, что затронула в его душе болезненные струны. И этот звук буквально парализовывал якудзу.
– Хорошо, – выдохнул он и подошел ко мне на расстояние вытянутой руки. Я стояла в мягких тапочках и в банном халате – смотря на него снизу вверх, затаив дыхание. Все ждала, что же он скажет. – С этого дня я буду платить тебе вдвое больше... И все, что я прошу – сделай так, чтобы Мива не плакала. Чтобы она чувствовала поддержку, нормальную опеку... Не знаю, как это объяснить по-человечески...
– Вы хотите, чтобы я стала для нее новой няней?
– Именно так, – ответил Даниэль и неожиданно взял меня за плечи. От этого я невольно вздрогнула и по привычке съежилась, ожидая какого-то подвоха. Но его дальнейшие слова меня приятно удивили: – Знаю, сперва я был против и запрещал тебе приближаться к Миве. Но ситуация резко изменилась. Теперь мне просто некому доверять... Придется поверить тебе и надеяться, что ты меня не подведешь. Ты ведь не подведешь? Ты обещаешь мне заботиться о Миве, как о собственном ребенке?
– Я... – пересохло у меня в горле. – Да. Да, конечно, мистер Сато. Я сделаю все, что от меня зависит. Я буду стараться.
– Пока что ты не заслужила моего доверия, – сжал он немного пальцы, и я почувствовала холодок на спине. – Так что я буду за тобой приглядывать, – нахмурился Даниэль, отчего его взгляд стал еще пронзительней. – Смотри не глупи, сингиин – помни свое место. Ведь если с моей дочкой что-то случится... ты будешь отвечать за это головой.
  
Глава 8
 
Неожиданно для себя я стала няней дочери бандита. С одной стороны, это сулило вдвое больше денег. А с другой – вдвое больше ответственности. И если раньше мистер Сато мог наказать меня за любую мелочь, теперь у него поводов предъявить ко мне претензии станет ровно в два раза больше. Мне предстояло оживить в себе то, что благополучно дремало многие годы – свои материнские инстинкты – то есть то, что я по назначению никогда еще не использовала. То, что пылилось в закромах моей души и раньше казалось чем-то вроде никому не нужной реликвии или попросту рудимента. Части меня, которая дана природой, но я ее не могла использовать – моя жизнь складывалась совершенно иначе. В ней не было места для мужа, ребенка, семьи. И тут вдруг...
– Привет, – спустилась ко мне Мива и стала за спиной, пока я мыла посуду. – Что делаешь?
– Я? Ну, я мою посуду. А что? Ты что-то хотела? Тебе что-то нужно?
– Да нет... – пожала она плечами. – Просто…подумала, вдруг тебе захочется взглянуть на мою комнату... Ты ведь ее не видела еще, так ведь?
– Хочешь показать мне свою комнату?  – вытерла я руки полотенцем и стала снимать с себя фартук.
– Да, – так и блестели карие глазки от предвкушения.
– Ну... хорошо, – ответила я без задних мыслей. И Мива в тот же миг схватила меня за руку, чтобы потащить наверх.
– Ура-а-а-а-а! Кла-а-а-ас!
– Малыш, подожди! – едва успевала я ступать по лестнице, пока девчушка стучала ногами по ступенькам, словно отплясывая чечетку.
Она завела меня в комнату и стала с ходу проводить экскурсию.
– Вот это моя кровать, – говорила Мива, – тут я сплю. – А вот это мой стол, за ним я рисую и делаю скучные задания. Осторожно! – вскрикнула девочка, когда я наступила на игрушку.
– Ай! – подскочила я от колющей боли и подозрительного хруста пластмассы. – Блин! Я ее сломала!
– Чш-ш... – заговорщицки шипела Мива. – Положим ее за диван. Я так постоянно делаю.
– О... Спасибо. Только папе лучше не рассказывай, хорошо?
 
– И ты тоже, – шепнула она, и мы обе засмеялись. – Кстати, а ты видела мой аквариум?
– Аквариум? – огляделась я. – А... вот же он. Такой большой.
– Это еще мама мне купила. В нем или сто, или... тысяча литров, по моему.
– Скорее, сто, я думаю.
– Наверное, – хихикнула Мива. – Смотри, это Мандо, – ткнула она пальцем в рака-отшельника, который тут же спрятался в свой домик. – Он не особо компанейский. А этот зеленый лягушонок – Грогу. Он забавный, – стучала девочка пальцем по стеклу. Но Грогу сидел на месте и никак не реагировал. – Наверное, он стесняется тебя, Софи.
– Хм, какой стеснительный... А как вот этого зовут? – показала я на вальяжную золотую рыбку.
Но Мива меня поправила:
– Не его, а ее – это девочка.
– О, понятно.
– Это Джина. Просто она крупная от природы. Широкая кость.
– А... я так и подумала. Такое бывает.
– Поэтому ей трудно найти парня. Все ее боятся.
– Бедняжка… – жалела я Джину, прислонив к аквариуму палец. Но Джина тут же вероломно клюнула стекло, будто пыталась укусить меня за руку. – Ого! Какая агрессивная.
– Хе-хе-хе... – смеялась Мива. – Это ты еще агрессивных не видела.
– Серьезно?
– Знакомься, – показала она красивую рыбку синего цвета – с переливающимся веером, словно эффектным плащом. – Это Джек. И он петушок.
– Петушок? Это порода такая?
– Ага. Петушки – ужасные драчуны. Зато они красиво выглядят.
– Это точно. Уверена, многие рыбки заглядываются на Джека, – подмигнула я Миве.
Но, как оказалось, светская жизнь в аквариуме была куда сложнее, чем я думала.
– Джек все никак не может забыть свою бывшую. Вот она... Это Виви.
– Она другой породы?
Я так сказала, потому что Виви не выглядела так ярко, как Джек. Да и форма у нее оказалась вполне тривиальной – обычная рыбешка.
– Нет, она тоже петушка. Только не такая красивая, как Джек. Самки петушков вообще выглядят невзрачно. Особенно после свадьбы.
– У них была свадьба?
– Ну... – морщилась Мива, – не то чтобы свадьба. Скорее, быстротечный роман.
– О...
– У них была настоящая любовь с первого взгляда. Хотя Джек сначала и не признавался в этом. Но затем они стали парой и... поссорились.
– Поссорились?
– Они расстались и решили жить в разных углах аквариума. Вернее, Виви бросила Джека и уплыла жить в пустую розовую ракушку вон там... Она хотела порвать с Джеком и отложить икру в гордом одиночестве.
– Ух, какие страсти... – удивлялась я серьезности Мивы.
Но это были только цветочки.
– Виви бросила Джека из-за того, что он был слишком ревнивым. Он бил любую рыбку, которую только видел. Даже на Джину нападал, потому что считал, что она претендует на его невесту. И когда дошло до того, что Джек держал в страхе практически весь аквариум, Виви убежала от него ночью, а утром я увидела ее в розовой ракушке.
– А Джек не пошел за ней?
– Сначала нет, – интриговала Мива, – но когда он узнал, что Виви беременна, он направился к ней и стал выяснять отношения.
– О боже, какой властный Джек...
– А ведь в этот момент к Виви подкатывал Декстер.
– Декстер? – удивилась я. – А это еще кто? Покажи его...
– Это красный барбус... Был.
– О... – поняла я все без лишних слов.
– После того случая я его больше не видела. Джеку Декстер совсем не понравился...
– Понятно.
– Джек и Декстер дрались, но Джек победил. А потом он свил большое пенное гнездо, и Виви отложила икру. Много-много маленьких икринок – штук сто или тысячу... И все они были похожи на папу. То есть на Джека.
– Ну, это хорошо, – улыбнулась я, уже войдя во вкус. – Вот это и есть их гнездо? – показала я пальцем на охапку белой пены в самом углу аквариума, за прозрачной перегородкой.
– Ага. Только они сейчас прячутся. Малышей не видно. Они тебя боятся.
– Боже... – иронизировала я. – Какая же я страшная.