Феечка для драконьего короля (СИ)
О том, что в танцах Тами местная профессура разглядела загадочные знаки от муз, Лейгард уже слышал. Ему сообщил лично ректор, когда золотой проснулся в его гостиной далеко за полночь.
Дракон уже не удивлялся и даже не злился особо, он усвоил: у любой феи в кармане припрятана фига. И если тебя пригласили поприсутствовать на занятии, будь готов получить вместо урока колыбельную, а вместо внятных объяснений какой-то бред про послание Трепи… Психо… В общем, музы.
Лей массировал шею, затекшую от сна в неудобной позе, слушал Фабиана и думал. О Тами, которая снова ускользнула, не попрощавшись. О мерзкой жрице. А еще думал, что фейская академия с таким идиотом во главе обречена.
Теорию знаков мог создать только тот, кому отчаянно нечем заняться. Шипы — это опасность, яйца — это драконы… Высшее образование, скажите на милость!
— Это всего лишь гипотеза, — оговорился Фабиан. — Выдвигая ее, я еще не знал про светлячков и про пегаса. Его дар речи не укладывается в общую картину. Проблема в том, что Тами умоляла меня никому пока не рассказывать про вас.
Умоляла? Лей невольно зацепился за это слово. Воображение услужливо нарисовало, как именно пурпурная задабривала ректора, и картинка вышла на редкость отвратительная.
— Многие до сих пор считают, что миссия Тами — обезопасить фей от драконов, — продолжал Фабиан, не подозревая, какие тучи над ним сгустились. — Я надеюсь переубедить их со временем… Но пока вам лучше держаться от Тами на расстоянии. Когда магия проявится снова, какой будет эффект, предсказать нельзя. И все же… Пусть ни у кого и мысли не возникнет связать его с вами. Ради дипломатических отношений между нашими государствами. Они еще хрупкие, и обеим сторонам стоит соблюдать аккуратность и благоразумие.
Последняя фраза из всей тирады ректора была самой мудрой. Вот только произносить ее Фабиану следовало, глядя в зеркало.
Если бы отбор невест проводил старый король Драгнар, от академии уже кристалла на кристалле не осталось бы. Так, печальная кучка пепла. А Лейгард терпел. Он простил разноцветным уже столько всего, что они должны были воздвигнуть ему памятник в храме муз и ежедневно воздавать хвалу. Потому что жизнь-то поди ценнее, чем умение возить смычком по скрипке.
От ректора Лей вышел, когда уже начинало светать. Король выспался и решил больше не ложиться. Дождаться утра, поговорить с Тами. Хоть раз обсудить все по-взрослому, без беготни, перца и вмешательства слабоумных преподавателей. Если она хочет быть с ним — тогда в пекло отбор. Заберет ее в Аурвир, выделит зал для танцев, где ничего не жалко разбить, и забудет про академию, как про страшный сон.
Но все пошло наперекосяк. Опять. И на сей раз вмешались не феи, а драконы: в гостевом особняке Лея дожидался советник Логнар, один из главных приближенных Тарвина. Вид у старины Логнара был неважнецкий: под глазами залегли темные круги, цвет лица напоминал дорожную пыль, а проплешина как будто стала еще больше.
— Дела плохи, — с ходу заявил советник. — Орки заняли две деревни. Границу прорвали, серебряные бьют тревогу. Потеряли целый отряд.
Лей выругался и только потом вспомнил, что где-то поблизости может быть Нарт. К счастью, дети еще спали, поэтому королю достался лишь осуждающий взгляд от Найлы, которая подогревала для незваного гостя глинтвейн.
— Тарвин не хотел тебе сообщать, — вздохнул Логнар. — Считает, что сам разберется. Но в совете неспокойно, Лей. Ползут слухи, народ недоволен. Мол, королю невесты важнее подданных… Без обид.
Да уж какие обиды! Лей знал Логнара с самого детства и был благодарен ему за честность. Позволял и обращаться на «ты», и высказывать в лоб нелицеприятную правду, пока остальные рассыпались в льстивых комплиментах, а за спиной точили ножи. К короне всегда прилагаются враги, от этого никуда не деться.
Лей осознал, что потерял слишком много времени, и злился на себя. Олух! Поддался фейским чарам, забыл о прямых обязанностях… Что ж, последствия не заставили себя ждать. Надо было придерживаться изначального плана: поручить отбор Найле и ни на шаг не отлетать от Аурвира. А он встретил пурпурную и поплыл. Ну какой из него правитель после этого?!
Настал черед опомниться и исправить ошибки. Лейгард спровадил Найлу, чтобы не разводила панику, вывел Логнара на балкон и уже там, в тишине, выслушал обстоятельный доклад.
Новостей было много, и каждая удручала еще больше предыдущей. История советника никак не укладывалась у Лейгарда в голове. Здесь, в Тайфо он словно утратил связь с реальностью. В саду щебетали ранние пташки, роса поблескивала на сочной траве, возле беседки мирно клевал мордой пегас Тами. Идиллия! Разве можно, любуясь на это все, поверить, что где-то идут ожесточенные бои, и орки серыми стаями набрасываются на воинов, зубами отдирая чешую вместе с мясом? Буквально глодают заживо!
— Я сам не поверил, пока не увидел своими глазами, — мрачно признался Логнар, залпом осушив кубок горячего вина. — Эти твари никогда не сбивались в группы! Их будто кто-то натравил на нас!
— Шутишь? Они же тупые! Они камень от хлеба не отличат, кто мог из надрессировать?
— Если бы я знал… Но лазутчики говорят, что Норвикская долина вся серая от орков. Наши пленили несколько штук и держат в подвалах. Тарвин уже вызвал магов из гильдии, они осмотрят их на предмет чар. Возможно, орки под магией.
Час от часу не легче! По отдельности эти серые мычащие гады не представляли никакой опасности. Один меткий выпад мечом — и готово. Но если кто-то превратил орков в массовое орудие, то над империей нависла беда.
Когда солнце поднялось в зенит, Лей был уже на полпути в Аурвир. Капитана Гуннара со стражниками оставил в академии, чтобы защитить Найлу с детьми и Тамиэль. Маги, способные управлять орками, могут добраться куда угодно, а от фейских профессоров, как известно, толку никакого.
Перво-наперво Лейгард вместе с братом спустился в подземные пещеры посмотреть на пленных орков. Зрелище было не из приятных: серые словно остервенели.
Лей не раз участвовал в старой студенческой забаве. И состояла она в следующем: надо было найти в лесу заблудшего орка, косточкой заманить в яму и потом наблюдать, как он барахтается на спине, не в силах подняться. Уморительное представление!
Но орки, которых держали в темнице, вели себя совершенно иначе. Скалились, бросались на решетку, не реагировали на подачки…
— И вот так без перерыва, — пожаловался королю один из надзирателей. — Они вообще не спят! Ни на секунду не присели! Долбятся о прутья, как полоумные, руки себе ломают, и хоть бы хны.
— Сначала они бились туда, — доложил второй и указал на солидную вмятину в каменной стене. — Потом один расшиб себе тыкву и помер. И они развернулись в другую сторону. Как будто все понимают, ваше величество!
Тревожный сигнал. У орков появились какие-то признаки умственной деятельности? Скверно. Очень скверно.
Лейгард срочно собрал совет. Явились все, кроме Вермара Янброка. Того самого, который подцепил в Крейвике срамную болячку и требовал расправы над ведьмами. Наверное, так и не вылечился.
Больше всех негодовал, разумеется, серебряный клан. Сольвброки чуть пеной не исходили от злости. Тарвин умудрился от имени короля сказать им, что чьи земли — того и проблемы. Раз, мол, орки барагозят у вашей части границы, то уж извольте их как-нибудь усмирить, и нечего по каждому чиху бежать к папочке. Ну, не в таких выражениях, но смысл решения Тарвина был примерно таким.
Зато он приказал выложить огненный фонтан в зале заседаний. Эдакий вулкан в миниатюре, украшенный сапфирами и топазами.
Вот фонтан-то Сольвброков и подкосил.
— Вместо того, чтобы снабдить наших бойцов стрелами и алебардами из фервирской стали, вы тут красоту наводите? — брызгал слюной пожилой Ревин, кузен старого короля. — Драгнар никогда бы не допустил такого!
— Потому что он сам серебряный, — тихо проворчал Тарвин и углубился в изучение карты.