Я хочу свою жену… (СИ)

Года три, четыре назад Лёша сам предложил мне заняться чем-то. Открыть своё дело.
Его видения идеальной семьи и жены менялись десятки раз. Сначала он загнался, что Азарова сама растила дочь, не прибегая к помощи нянь и бабушек с дедушкой. Он стал проецировать это на меня, подмазывая мэра, что его семья абсолютно солидарна с этой позицией. Как это так доверять посторонним людям дитятку?
Ахаха. Только Азарова забыла, наверное, упомянуть, что её дочери тридцать два! И когда та была маленькой и нуждалась в бабушках, дедушках и няньках, у них на это не было ни денег, ни живых родителей!
Потом он выдохнул, когда Ангелина Азарова на старостях лет решила удочерить с мужем мальчика. Не уверена даже, что это её решение, а не очередной пиар-ход для выборной кампании мужа. Здесь уже не просто штат нянь нарисовался, но и собственное агентство по их подбору! Лёша тут же проснулся, что нам нужна няня! И непременно из агентства жены босса.
Это было уже после его ухода из семьи. Его предательства. Я лишь посмеялась с этого, проглотив обиду.
К Анне Владимировне у меня нет никаких претензий, действительно замечательная женщина. Хорошо ладит с Кристинкой, хорошо справляется со своими обязанностями.
Только вот когда мне НУЖНА была няня, мне втирали, что никаких нянь. Ты должна, обязана справляться сама, и прочую ересь, прикрывая собственный эгоизм и выгоду, якобы жизненной позицией и мнением.
Мне правда страшно вспоминать то время. Недосып, усталость, газики, колики, ходунки, шкафы, болезни… Ни часа полноценного отдыха! Да, у нас есть свой повар и штат горничных, которых, подозреваю, потрахивает мой муженёк. Но двадцать четыре на семь с ребёнком…
Я не могла даже заняться с Лёшей любовью. Серьёзно, меня после родов совсем не разнесло, вовсе нет. Но мой огромнейший живот во время беременности, после родов повис чудовищными складками. С грудью после грудного вскармливания тоже не всё в порядке было. Шрам от кесарево сечения…
Складка, складка, растяжки, ещё складки. Не могла смотреть на себя в зеркало в нижнем белье долгое время. Комплексы душили.
Я стеснялась. Мне было страшно даже представить, что Лёша разденет меня и увидит этот ужас!
Возможно, я сама и мои комплексы виноваты в том, что он пошёл по молодым, красивым, нерожавшим. Нужно было давать через силу и отвращение к собственному телу.
А может, кобелизм бы быстрее проснулся, увидя он, во что превратилась его Куколка, как он меня раньше называл…
Занималась дома, конечно. Но до трёх лет дочери особых результатов не было. Гораздо позже уже смогла взять себя в руки, оставлять Кристину с Ингой и бежать на процедуры. Зачастую именно бежать, потому что: «Зачем тебе машина? И что, что у тебя права есть? Ты же дома безвылазно сидишь?»
Бег, такси и так далее. Ничего, мне тогда даже полезно было.
Когда я решилась на хирургическое вмешательство, пройдя послеоперационный период, мой животик стал прежним. Упругим и плоским. А растяжки сейчас почти незаметны, благодаря солярию и шлифовке.
Конечно, не ради мужа. Ради себя. Я ещё долгое время видела в зеркале молодую девушку с ужасными складками на животе, боках, пояснице. С паутиной растяжек…
Наверное, поэтому я могу с уверенностью сказать, что в моём СПА-комплексе работают настоящие профессионалы, мастера своего дела. Я на себе очень многих проверяла.
Много всего было. Навязанного. Что нёс от чужих людей муж в семью.
Пожалуй, идея со своим делом была самая адекватная.
Не знаю, что будет дальше. Не знаю, в каком направлении двигаться. Но я должна что-то сделать. Если его слова о том, что он не даст мне развод правда, а не способ задеть меня за живое, просто вытрепав все нервы… Я не знаю, как жить дальше…
Я не справляюсь больше… Я не могу так больше…
  
Глава 5
 
Зачем сказал ей, что не дам развод? Непонятно. Меня так взбесил тот факт, что эта сука совсем не чувствует себя виноватой, что нёс полный бред.
От неё за версту несло дешёвым мужским шампунем или дезодорантом. Не знаю. Даже не туалетной водой. В особенности от волос.
 
Шлюха!
Пока я работаю, зарабатываю деньги, обеспечиваю семью, эта тварь трахается со всеми подряд? Хорошо устроилась!
И зачем мне такая жена нужна?! Да пусть катится! Главное, чтобы её блядство не вылезло в эти два месяца нигде в прессе или сети.
Но злость стихала. Картинки из весьма откровенного и содержательного видео замелькали перед моими глазами. Возможно, я давно не смотрю на Лизу как на женщину, но даже я смекнул, что с момента съёмки прошёл не один год. Последнее время у неё на голове окрашенные корни в тёмный. Не знаю, как это называется. Как по мне, дебилизм, красить корни волос, будто они на самом деле тёмные, являясь блондинкой от природы. На видео же платиновая блондинка с прямыми волосами.
…как они её.
Кровь мгновенно прилила к члену, стоило воспроизвести в памяти несколько увиденных кадров. Увиденных десятки раз!
Я не мог поверить в то, что это моя жена. Примерная, скромная, СЕРАЯ и такое вытворяет? С двумя!
Лицемерная сука. Поймала на своё притворство кошелёк, а сейчас сбросила маску, явив свою блядскую натуру!
Я больше подобного не допущу. Пусть ждёт, сходит с ума от бешенства матки, но к моей жене, пока она таковой является, больше ни один мужик не прикоснётся!
В дверь настойчиво стучат. Я придвигаю кресло ближе к столу, чтобы наверняка скрыть стояк от посторонних глаз, и разрешаю войти.
Тимур Дамирович, мой личный охранник, хмурым взглядом обводит кабинет, прежде чем абсолютно серьёзно спросить:
— Шеф, какого хера? Я должен таскаться за вашей женой? Я начальник службы безопасности, а не носильщик шмотья и прочего.
Мужчина моего возраста никогда не стеснял себя в едких выражениях и откровенных матах. Даже при общении со мной. Следует отметить, что безосновательно я не слышал от него ни одного бранного слова. Всё по делу.
Неожиданно меня посетило совсем безумное предположение:
— Тимур, ты трахал мою жену?
Мужчина ухмыляется. Входит в кабинет, прикрыв дверь, и спокойно отвечает, усаживаясь в кресло напротив:
— Нет.
— А трахнул бы?
— Нет. Я женат! Вы нам два месяца назад на годовщину тур в горы дарили.
— Когда это штамп в паспорте кого-то останавливал… — ворчу себе под нос, стуча пальцами по столу. — В общем, Тимур, я очень тебя прошу пойти мне навстречу. Два месяца. Позже ты вернёшься ко мне уже как к мэру этого города. Чтоб никаких встреч, никаких мужиков. Ничего, что могло бы подорвать мой имидж и выставить мою семью в плохом свете. Каждый шаг! Каждый звонок! — сам не замечаю, как повышаю голос. — Разумеется, с премией. Большой премией. — опомнившись, вновь беру себя в руки, снизив голос.
— Хорошо. Больше никакой информации для меня не будет? — карие глаза впиваются в меня, словно подозревая в сокрытии государственной тайны.
— Нет, Тимур. Пока что нет.
Я решил ждать. Шантажировать меня напрямую ещё не осмеливались. Или даже не планировали. Посвящать кого бы то ни было в детали, я был не намерен. Попросил, конечно, старого товарища пробить электронку, с которой мне пришло чудо-послание, не вдаваясь в подробности. Он обещал помочь, но на связь всё ещё не выходил.
Тимур и без деталей, я уверен, прекрасно меня понял.
Сегодня мой кабинет пользуется популярностью. Не прошло и пяти минут вялых переговоров с Тимуром, как к нам врывается Лиза.
Стоя с какой-то папкой в руках, она воинственно щурится, останавливает взгляд на Тимуре, и громко произносит:
— Тимур, оставь нас наедине с мужем!
Киваю, давая понять охраннику, что всё в порядке.
Дождавшись, когда за ним закроется дверь, Лиза подходит вплотную к моему столу и бросает передо мной папку.
— Если ты отказываешься сдержать своё слово, я подам на развод завтра же. Не хочешь по-хорошему, будем разводиться через суд.
— Мои юристы и адвокаты оставят тебя с голым задом. — уверенно произношу я. — Что за папка, припадочная?