Третья грань реальности (СИ)
В самом конце, возле выхода, нашёлся питьевой фонтанчик с водой из святого источника. Не задумываясь, я припала к нему, а Лейф лишь усмехнулся и спросил:
– Тебя никогда не терзало, что ты нечисть? Что, вроде, злая сила?
Его, судя по вопросу, терзало.
– Ты бога видел? – вместо ответа намекнула я. – Мы как познакомились, так стыдно теперь только за него.
– Да, он специфичный, – признался вампир. – Пока мы в монастыре были, я его с монахинями… застал в неудобный момент.
Водой я поперхнулась, а потом долго откашливалась.
– Прямо с несколькими? – уточнила я, не слишком удивившись.
– Прямо с несколькими, – подтвердил Лейф.
– Ты не напомнил, что разврат – это грех?
– Каюсь, не сдержался. Но Лаврик пояснил, что разврат без бога – действительно страшный грех.
В расстроенных чувствах я не только напилась, но и, сняв ненадолго перчатки, умылась. За оградой ветер бушевал точно на пустыре, а сюда же едва попадал. Я и без того не собиралась так просто уходить, а теперь и вовсе расхотела.
– Совсем не понимаю, что мы ищем, – пожаловалась я.
– Возвращаемся и приходим с утра, на свежую голову? – предложил Лейф разумный вариант.
– Знаешь, я хочу составить схему этого места. Днём, наверное, нам помешают?
Вампир достал из кармана небольшие часы на цепочке, распахнул крышку и что-то долго рассматривал. Потом подытожил:
– Через двадцать минут ворота закроют. Посетителей не останется, и мы сможем делать что угодно. Вот только мне не улыбается ночевать в парке, а поспать бы я сегодня не отказался – устал с дороги.
Тут же я оценила забор.
– Да через такой перелезть раз плюнуть. Выберемся.
Лейф хмыкнул, но послушно пошёл со мной вглубь парка – прятаться в кустах.
Смотритель перед закрытием выискивал затерявшихся посетителей старательно. Мне пришлось очень много шуршать в зарослях напротив, чтобы он окончательно забыл о нашей стороне – три раза возвращался. И вот, наконец, в ночной тишине скрипнула калитка, лязгнул замок…
Мы выбрались усыпанные сухими листьями и продрогшие от долгого безделья. Я тут же растёрла плечи через жакет и огляделась. Лейф, отряхнулся сам и любезно почистил меня, после чего мы приступили к делу.
Вампир, конечно, предлагал чертить план волшебством, но я выдала нам по ветке и зарисовала на земле центральный ряд. От него и отталкивались, разойдясь в разные стороны. Имена решили не переписывать, а вот года и места пытались обозначить. Правда, настолько схематично, что через минуту уже с трудом могли разобрать.
В очередной раз, когда мы встретились, Лейф спросил:
– На некоторых могилах непонятные знаки. Видела?
– Нет ещё, – заволновалась я. Могла ведь и пропустить. – Отмечай пока всё здесь. Доделаем – посмотрим.
Уже нарисованные памятники я проверила на второй раз и действительно нашла парочку странных символов. Вернувшись, увидела, что Лейф на всякий случай выписал их рядом.
Забегались мы порядком – взмокли, несмотря на холод осенней ночи, и едва переставляли ноги. Я вернулась позже вампира. К моему приходу он уже сидел на скамье, тяжело дыша и ловя ртом воздух. Заслышав шаги, глянул в мою сторону и страдальчески спросил:
– Как ты ещё на каблуках ходишь?
Я недоумённо посмотрела на свою обувь.
– После тех ходуль, что я носила у Элеоноры, мои сапожки почти как тапочки. Здесь же всего три-четыре ногтя. Я даже не замечаю, – объяснила я и поспешила перевести тему: – Есть успехи?
– Я не смотрел – тебя ждал. Устал сильно. Букв всего четыре – «а», «в», «с» и «х». Из них даже слово не составишь.
– Схав? – предположила я насмешливо.
– Вахс, – передразнил Лейф и, прокряхтев, встал. – Жаль, что до утра не подождёт – я сейчас плохо соображаю.
Однако стоило нам подойти, как в голову пришла одна и та же мысль. За любовника я, правда, не ручалась – он обнял меня со спины и как-то подозрительно поглаживал. Возможно, мысли в его голове бродили совсем другие. А я хотела искать систему в знаках или в покойниках, но так и застыла, разглядывая получившийся рисунок. После минуты молчания озвучила:
– Похоже на остров Абигель.
– Надо же, и ты заметила.
– Что значит «и ты»? – тут же возмутилась я и ткнула вампиру палочкой под рёбра. – Я нормально знаю географию, просто на карте, а не на местности.
– Даже не думал, что у тебя такие проблемы, – рассмеялся Лейф. – Имел в виду, что не только мне чертёж напоминает остров.
Стало как-то неловко, поэтому я быстро перевела тему:
– Давай поищем кого-нибудь оттуда.
Пока мы пытались прочитать свои каракули, чуть глаза не свернули. Даже нашего вампирского зрения не хватало, а иногда и ума. К одной из ближайших к нам могил – как раз подходящего человека – Лейф сделал таинственную приписку «зол». Что это значило, он вспомнить не мог – как отрезало. На самом памятнике ничего подобного не нашлось. Мы уже начали грешить на божественные силы, как вампир стукнул себя по лбу и обрадовался:
– Тридцать лет! Он здесь самый молодой, я ещё удивился. Вот и подписал.
Бюрократ – захотелось выругаться мне. Я даже не соображала, что переписываю, не говоря уж о подсчётах. От переизбытка чувств, я полезла его душить, а он – целоваться. Пришлось немного отвлечься.
Ещё в нескольких умерших не было ничего особенного, а вот одного отметили буквой «Х». К нему мы и поплелись, на всякий случай запомнив, где остальные памятники с таким же знаком.
Серая, невысокая табличка гласила, что здесь похоронен прах некого Йозефа Айвирнейда, который жил больше сотни лет назад и создал первый музей на острове Абигель. Остальные отмеченные тем же символом памятники принадлежали основателям музеев, только совсем в других местах.
– Сдаётся, это была не буква, а просто крестик, – решил вампир. – Выходит, мы определились?
– Музей на Абигеле?
– Да. Спать?
И, согласившись, я взмахом палочки стёрла все наши труды. Лейф смотрел на чистую землю, как на пепелище.
– Чтоб конкурентам не досталось, – пояснила я невинно.
– Никогда не думал, что мне так просто разбить сердце.
Глава 24
Корабли меня настораживали, но до Абигеля мы добирались круизным лайнером, вместе с лошадьми и не спорили по пустякам. Поездка уже не казалась нудным заданием, а превратилась в увлекательное путешествие. Лейф, который и раньше вёл себя куда приятнее меня, окончательно «распустился»: дарил цветы, закармливал пирожными и спаивал игристым вином за баснословные деньги.
Туристов на острове оказалось очень много. Мы едва нашли подходящий номер в гостинице. Лейф хотел что-нибудь подороже, но остался простенький. Он попытался ещё прикупить мне парадное платье перед музеем, но я заартачилась:
– Здесь кого только нет. Наверняка даже чародейки бывают. Какая разница, во что я одета? Зато время сэкономим. И что за внезапные фокусы с номером? Никогда такие дорогие и снять не пробовали. Побереги лучше государственные деньги.
– Я плачу из своих. Думал сделать тебе подарок, – слегка раздосадовано пожал плечами любовник.
Видно было, что моя реакция его задела. Да я и сама внезапно смутилась, поняв, что он творит.
– Лейф, – мягко обратилась я, стараясь не обидеть неосторожным словом, – мне безумно приятно твоё внимание. Но я его вижу и так – совершенно необязательно швыряться деньгами. Просто потратиться вполне достаточно. А новое платье мне в дороге ни к чему. И в номере главное, чтоб не было клопов и был ты.
Здесь он ожидаемо растаял, и мы без лишних разговоров отправились в музей. Очередь в кассу оказалась хоть и не чрезмерно длинная, но не обрадовала. Я скривилась, вампир только пожал плечами. Да уж, разбаловал меня Лаврик, а Лейф мог купить мне новое платье, но не взять билеты вперёд всех. И не его в том вина, но не стоять же покорно полчаса?
– Держи очередь, если я вдруг отлучусь, – попросила я. Любовник кивнул – это было нечто само собой разумеющееся.